Светлана Бурилова – Сэминн из клана золотых имургов (СИ) (страница 13)

В школу прибыли далеко не первыми. Соседки по комнате радостно повизжали, увидев меня, правда, Амина опять смущённо застыла, натолкнувшись на весёлый взгляд Дирака. Странно всё же он на неё действует. Вот только что была нормальная девчонка, а вот стоит замороженная статуя, которая двух слов связать не может.

Едва друг убежал в свою комнату, мы зашли к себе. Долго болтали, делясь впечатлениями от отдыха, а потом я всё же задала Амине вопрос, который так и зудел на языке.

— Ты Дирака боишься что ли?

Щёки подруги тут же порозовели, она молча потупилась, а вот Имани захихикала.

— Ей просто твой друг жуть как нравится, — выдала она «вселенскую» тайну.

— Правда?!

Амина зарылась лицом в ладони и всё же тихонько кивнула.

— Вот здорово! — мне было приятно знать, что кто-то ещё обожает милашку Дирака. — А чего ж тогда стесняешься?

— Так он же тебя любит, — выдала Амина, быстро взглянув на меня.

— Конечно, любит, — продолжала улыбаться я, — он же мой друг, почти брат.

— Сэми, Амина хочет сказать, что он любит тебя несколько иначе, — намекнула Имани.

— Как иначе? — тупила я.

— Ну, как парень девушку, — разъяснила Имани.

— Да, ну, глупости, — отмахнулась я, и только когда все улеглись спать, задала себе вопрос, а что если Имани сказала правду?

Если бы была чуть старше, заметила бы и пылкие взгляды Дирака, и его нежность, но сейчас, в четырнадцать, казалось, что всё, как обычно, ничто в отношении друга ко мне не изменилось. Поэтому понаблюдав за парнем несколько дней, махнула рукой на глупые россказни подруг.

Второй год в школе запомнился множеством мелких шалостей, неизменных наказаний за это. И, конечно же, тренировками с гораком Катрамом, сменившим на посту капитана команды Акрана. В середине года должны были пройти первые игры с нашим непосредственным участием, от этого много волновались. В команде соседней школы целителей и травников было больше мальчишек, поэтому я переживала, что их сила окажется выигрышней, хотя Дирак и заявил, что на их силу мы ответим ловкостью и гибкостью.

Когда прибыли соперники, что устроило очередной ажиотаж в толпе девчонок, мы были собраны и серьёзны. Парни из другой команды улыбались в сторону глупеньких болельщиц, впрочем, смеющимся взглядом сначала одарили и нас, ведь половина команды состояла из девочек. Хм, надеются выиграть как в прошлом году?! Вот уж дудки! Переглянулась с каждым из команды. Кивнули друг другу, и столь же нагло улыбнулись гостям.

После взаимных расшаркиваний, объявлений глав школ и, наконец, утихнувшей толпы болельщиков, мы выстроились друг против друга. Ленты противника были красного цвета, наши — зелёного, вполне удобный вариант. Парень, стоявший в центре недалеко от меня и являвшийся главной головной болью лично для меня на сегодня, был слишком громоздким для центрового, вот только я не обманывалась этим его видом. Раз поставили на эту точку, значит противник он серьёзный. Меня будет давить силой и харизмой, в данном случае от слова «харя». Вот же вырастит громадина, если уже сейчас такой шкаф вырос.

С ударом гонга игровое поле пришло в движение. Мой «шкаф» вместо того, чтобы ускользать от зелёных лент, хотя и успевал делать это довольно успешно, попытался загнать меня под красные. Ха, не тут-то было! Думаю, он навсегда запомнит маленький вёрткий вихрь, проскользнувший у него под самым носом и вынудивший резко уйти в сторону, задев зелёную ленту. Толпа восторженно взревела, ведь ошибка моего оппонента принесла нам сразу пять очков.

Сказать, что долгожданная победа далась нам легко, было нельзя. Мы опередили противника лишь на три очка, выложились полностью, еле держались на ногах, но счастливо улыбались. Противники оказались неплохими ребятами, с уважением, совершенно не наигранным, пожимали нам руки и хлопали по плечам.

— А ты, мелкая, — весело обратился ко мне «шкафчик», — как школу окончишь, куда собираешься поступать?

— А тебе зачем это знать? — нахохлилась я.

— Если к артефакторам подашься, может, попадём в одну команду.

— Так там тоже в ленты играют? — удивилась я.

— Ещё как играют! Мой двоюродный брат дважды становился чемпионом там!

— А ты, никак, собираешься побить его рекорд? — рассмеялась я, глядя на шагающего к нам хмурого Дирака.

— Если ты будешь в нашей команде, тогда точно побью!

— О чём речь? — спросил Дирак, вставший так, что часть его плеча немного загораживала меня от собеседника.

Я быстро пересказала наш разговор. Дирак рассмеялся, как-то быстро расслабившись.

— Тогда готовься побеждать. Сэминн точно поступит учиться на артефактора.

— Что ж, тогда до встречи!

— А разве вы в следующем году к нам играть не приедете?

— В следующем году нас пригласили в северную школу магов, так что…

— Здорово!

— Вас, как победителей, тоже куда-нибудь отправят. Может, повезёт и побываете в школе воинов. Вот где высший класс! Правда, в ленты они играют, эммм, словно очередной бой собираются выиграть, очень жёстко. Ни разу без травм не обошлось. Зато смотреть на такую игру… незабываемо.

Мы с Дираком, переглянувшись, хмыкнули. Воины, что ещё сказать?!

Получив заслуженную похвалу, все стали расходиться, делясь впечатлениями. Ребята отозвали Дирака, и я побежала к подружкам, уже во всю прыгавшим от нетерпения.

— Как мы их! — блестя глазами, вскрикнула Имани. — А вы просто великолепны!

— Дирак такой красивый, — вздохнула Амина.

— А тебя приревновал что ли? — снова затянула свою песню Имани.

— Глупости, просто… — осеклась, видя, как погрустнели глаза Амины, ткнула Имани в бок.

— А я что?! Ай, ну вас! Идёмте лучше праздновать, слышала, что ани Фаулла, в случае нашей победы, обещала организовать праздничный стол. Там и гости будут… — мечтательно протянула подружка.

— А не рано тебе на «гостей» заглядываться?

— Никогда не поздно приглядеть себе симпатичного красавчика. Я же расту, и запросы мои меняются.

— Да, ну, тебя!

Дни снова потянулись, сменяя одно время года на другое. Школу снова посещали представители проверки наших талантов, но, к моему сожалению, на этот раз Шаэля в её составе не было. О нём я продолжала думать и мечтать о встрече, представляла, как буду вести себя, что говорить.

С Дираком… с ним становилось непонятно… Всё чаще наблюдала перепады настроения друга, особенно когда он приходил к нам в комнату. Я не понимала его злости по отношению к Амине, ведь подружка почти не раскрывала рот в присутствии Дирака, всё так же впадая в ступор, а потом плакала по ночам в подушку. Тогда мы с Имани окончательно поняли, что наша Амина влюбилась в Дирака. И пусть, пока это были девчачьи чувства, но день ото дня они становились лишь сильнее.

В конце учебного года, сдав все экзамены, отправились домой. На этот раз за нами приехал только мой отец и старший братик, вот уж кому я радовалась. Ведь родители часто навещали меня в школе, а Ирмана я могла видеть только в каникулы, так как он сам был занят учёбой.

— Ну, что, Сэми, рассказывай об успехах. Слышал, мне есть чем гордиться.

Этому благодарному слушателю я была готова рассказывать обо всём часами, поэтому дорога до дома пролетела незаметно. Правда, когда Дирак, попрощавшись, ушёл к себе, Ирман поинтересовался молчаливым поведением моего друга. Я лишь пожала плечами.

— Любит он нашу малышку, а она ещё мелковата, чтобы такое замечать, — ласково улыбнулся отец.

— То, что любит, давно понятно, а вот почему хмурый такой? Сдаётся мне, неспроста это.

Я не желала обсуждать такое с мужчинами, надеясь тихонько поговорить с мамой, которая, кстати, уже выбегала из ворот, чтобы обнять свою девочку, меня то бишь. Позади неё вывалились из дома близнецы. Ух, и выросли! Скоро совсем женихами станут, только я на их фоне всё такая мелкая и щуплая. Вон у Имани и Амины грудь уже оформляется, а я… Эх, что уж там говорить!

Объятья родных, счастье от тепла родимого очага, быстро заставили выбросить из головы все неприятные мысли.

Дирак, против обыкновения, не заходил целую неделю, тем самым обижая меня, даже ани Фаррин недоумённо разводила руками. Только на десятый день каникул друг нашёл меня в лесу за сбором очередных трав. Насупив брови, смотрела на него. Дирак, конечно, всё понял, потому и виновато пытался заглядывать в глаза.

— Вот почему ты такой?! Я переживала, что обидела тебя чем-то, что тебе больше не хочется дружить со мной…

— Сэми, я… мне… Мне нужно было время, чтобы обдумать кое-что…

— И что же?

— Подожди, не перебивай, — попросил Дирак, взяв в руки мою маленькую ладошку. — Мне сложно об этом говорить. Хм, о чувствах всегда сложно говорить…

Я испугалась. Вот Дирак сейчас признается мне в любви, а что говорить в ответ? Я люблю его, сильно, но другой любовью, не той, что нужна моему другу. Попыталась даже вытащить руку из его ладоней.

— Знаешь, я никогда не думал, что бывает так… Ведь думал, что настоящая любовь уже живёт в моём сердце. А тут словно все внутренности переворачивает, и делается так сладко в душе только от одного взгляда…

Ох, ну, точно! Как же быть? Руку, наконец, отпустили, и я прижала её к сердцу.

— Сначала всё списывал на разыгравшееся воображения, — меж тем продолжал Дирак, — но с каждым днём становилось всё сложнее не замечать этого влечения. Я злился, вначале не желая чувствовать то, что чувствовал, но… Ты же знаешь, с инстинктами бороться бессмысленно. Я чувствую в ней свою пару…