Светлана Бондаревская – Дети Ковчега (страница 15)

– Маленькому господину не пристало так себя вести, – склонившись к племяннику, с озорной строгостью прошептала Самарина и слегка щёлкнула его по носу. – Он должен быть примером для подражания и гордостью своей семьи.

Красный аэромобиль с золотым гербом семьи Мюрей взмыл в небо, оставив после себя едва заметный след на песке. Шумный город с башнями небоскрёбов, ещё недавно казавшийся миражом на горизонте, проглотил его, как голодный зверь. Квартира знатного рода занимала несколько верхних этажей здания, расположенного в центре мегаполиса. Из панорамных окон больших комнат открывался великолепный вид на столицу и небо над ней. Острые крыши высоток взмывали на сотни метров, почти задевая звёзды. Между блестящих гигантов из стекла и бетона проложили ровные дорожки разноцветные аэромобили, расчертив небо на строгие прямоугольники. Данлар любил наблюдать за жизнью, раскинувшейся у его ног, за облаками, которые стучались в окна, за тем, как на горизонте всходит Перу и тянет за собой Сва, заливая солнечным светом миллионы окон просыпающегося города. Но больше всего на свете он любил проводить время с матерью, отцом и Самариной. С ними было весело, беззаботно и спокойно. С ними он чувствовал себя безмерно счастливым.

Сурового дядю Омарана малыш побаивался всем своим детским сердцем. От его грозного вида веяло опасностью и холодом. И хотя дядя бывал дома нечасто, Данлар всячески старался избегать встреч с ним. Омаран же любил племянника той светлой любовью, на которую способны только отцы. Ведь он был единственным ребёнком в семье, единственным наследником могущественного рода. Своих чувств Омаран никогда не показывал, и мальчику было сложно понять, что сердце дяди, как и отца, полностью отдано любви к нему. Ещё при рождении племянника дядя поклялся защищать его и приложить все усилия для его благополучия. Ни детей, ни семьи у старшего брата не было.

В Великих семьях рептилоидов главой рода считался носитель Божественного гена, придающего серо-голубой цвет коже. Только он мог иметь семью и детей. Остальные мужчины в роду лишались такого права навсегда, что, впрочем, не мешало им иногда содержать даже большой гарем. Нелепый закон привёл к тому, что из восемнадцати Великих родов, берущих своё начало от древних богов, осталось только восемь. Носителей Божественного гена становилось всё меньше и меньше. Дошло до того, что их практически возвели в ранг всемогущих небожителей, преклоняясь перед ними и с благоговением смотря им вслед. Поэтому маленькому Данлару сложно было найти друзей: дети с молоком матери впитывали в себя обычаи и историю великой расы рептилоидов. Ему ничего не оставалось делать, как большую часть времени играть с родителями, слугами и наложницами дяди. Как и положено по древним традициям, вся семья жила вместе. Мужчины-рептилоиды никогда не покидали родительский дом: все жили под одной крышей, делили общие радости и печали, решали семейные проблемы. Девочки же жили в семейном доме только до замужества. После свадьбы менялся не только их статус, но и принадлежность к роду. У рептилоидов не существовало неравенства между мужчинами и женщинами. Все свободно выбирали свой путь. Женщины могли вольно распоряжаться своей судьбой, получали признание в науке, медицине и искусстве. Были и те, кто посвящал себя семье, занимаясь не менее почётным и достойным делом. Такие фундаментальные традиции скрепляли всё общество, делали его сильнее, искореняли внутренние разногласия и двигали вперёд.

Омаран, следуя по стопам предков, с детства решил стать великим воином. Вся его грудь сияла от медалей за отвагу и доблесть, проявленные в сражениях. Он стал гордостью семьи, гордостью рода и того же хотел для племянника. Набилисон – прямая противоположность старшего брата. Он никогда не питал пристрастия к военному делу и с детства тянулся к дипломатии, решая все разногласия с её помощью. Проницательный и рассудительный младший брат за время государственной службы стал отличным политиком. Уже в молодые годы он возглавлял правительственный Совет рептилоидов, а сейчас ещё и состоял в Высшем Совете Межзвёздной Ассоциации, возвеличивая, как и старший брат, могущество рода.

Набилисон и Омаран довольно часто спорили о том, в каком направлении воспитывать Данлара. Старший брат настаивал на военной школе и академии, отец же предлагал дипломатическую школу. Споры вокруг будущего для ребёнка разгорались нешуточные. Самарина поддерживала Набилисона, предлагая для племянника мирный путь. Елена была на стороне Омарана.

– Вы посмотрите в его глаза, – говорила она. – За этими синими алмазами скрывается столько отваги и ярости, что только в военном деле их удастся усмирить.

– Нет! Я категорически против, – качал головой отец. – Он не воин, а будущий политик. Данлар ласковый ребёнок.

– Вы его слишком изнежили, – грубо подытожил спор Омаран. – Где это видано, чтобы наследник был таким мягким и… – слова оборвались на полуслове, как только взгляды братьев встретились. Спорить с главой семьи никто не осмеливался.

– Он не воин, – повторил Набилисон. – В нашей семье достаточно воинов, Омаран. Твоя слава бежит впереди тебя, а он должен развивать в себе качества, достойные дипломатов. Будущее галактики и Ассоциации – за мирными и дипломатическими решениями. Рептилоиды и так пролили много крови, пора бы усмирить нашу воинственность.

– Ребёнок ещё совсем мал, а вы решаете за него, – вмешалась Самарина. – Он должен сам определять свою судьбу и сам избрать путь, по которому идти.

– Твои вольные речи оскверняют этот дом, сестра! – сердито отреагировал старший брат. – Ты можешь говорить об этом со своими друзьями, но не вносить вольнодумство в устои семьи.

– Ваши устои давно устарели. Вы живёте прошлым.

– Все семьи поддерживают родовые обычаи. Если мы не будем этого делать, то весь наш вид исчезнет.

– Набилисон, спустись с небес, посмотри на жизнь простых смертных, – попыталась убедить брата в своей правоте сестра, но он только хмыкнул в ответ и отошёл к окну.

Перу уже почти скрылась за горизонтом, окрасив небо в ярко-жёлтый цвет. Сва, догоняя старшего брата, застряла в пыльном небосводе тусклым фонарём. Набилисон задумчиво смотрел на раскинувшийся под ногами город.

– Я подобрал тебе мужа из рода Авастон, – тихо сказал он, поправляя тёмные, слегка волнистые волосы, упавшие длинными локонами на глаза. – Мы уже переговорили с его семьёй. Их младший сын скоро вернётся из военной миссии, и мы вас познакомим. После твоего совершеннолетия подпишем брачное соглашение.

– Ты не можешь так поступить со мной! – возмущённо вскричала Самарина. – Кто ты такой, чтобы распоряжаться чужими жизнями?

– Сами, успокойся, – Елена доброжелательно обняла за плечи сестру мужа. – Он твой брат – глава этого рода. Он решает судьбу этой семьи.

– И ты туда же? – Самарина грубо оттолкнула её. – Я выйду замуж только по любви, как ты, Набилисон!

Брат улыбнулся, довольный сравнением, но сразу же нахмурился, раздражённый проявленной дерзостью младшей сестры. Звонко смеясь, в комнату вбежал Данлар. Все семейные споры сразу прекратились. Набилисон подхватил сына на руки и примирительно добавил:

– Он тебе понравится, сестра моя. Он такой же вольнодумец, как и ты, несмотря на божественный цвет своей кожи.

Самарина что-то хотела возразить, но Елена прервала её, взяв за руку.

– Успокойся. Брат плохого ничего не сделал. Он действует в твоих интересах.

– И это говоришь мне ты? – Самарина задохнулась от негодования. – Они поработили твой вид на вашей же планете! – Она махнула рукой в сторону брата. – Они ненавидят людей, а ты защищаешь их. Набилисон привёз тебя сюда, оторвав от дома. Держит здесь как рабыню!

Елена отдёрнула руку.

– Не надо так, – тихо, но строго сказала она. – Я здесь по своей воле и по воле своего сердца. Я люблю своего мужа! Я люблю эту семью! Человечество никто не порабощал. Мы сами поработили себя.

– Самарина, уважай свою госпожу, – грозный бас раскатами грома прокатился по комнате. – Неуважение к своей жене я не потерплю. Моё решение ты слышала! Немедленно извинись перед своей госпожой.

Никто из присутствующих не ожидал сурового тона от всегда спокойного брата и особенно удивилась сестра – его любимица. Она испуганно и покорно склонила голову перед Еленой.

– Простите меня, госпожа, – еле слышно произнесла Самарина, ввергнув жену брата в смятение и неловкость.

– Сами… – Елена протянула руку, но мятежница уже покидала гостиную.

– Оставь нас, – тихо попросил Набилисон брата.

Склонившись, Омаран вышел из комнаты.

– Подойди ко мне, жена моя, – очень нежно обратился Набилисон к супруге. – Я так соскучился по тебе. – Он обнял Елену, целуя в лоб.

– Не нужно было так с Самариной, – лёгкий упрёк слышался в её голосе. – Она твоя сестра, и пока она здесь, ты её защитник.

Жёлтые глаза строго смотрели в ответ.

– Ты её госпожа, пока она живёт в этом доме. – Набилисон распустил золотые волосы жены, стянутые в тугой хвост. – Скажи, сынок, мама у нас ведь самая красивая? – Он дал понять, что не желает больше возвращаться к неприятной теме.

– Да, – Данлар с серьёзным видом кивнул.

Отец ласково потрепал сына по голове.

– Никто не должен обижать маму. Правильно?