Светлана Антонова – Вкус Жизни (страница 3)
Глава 3
Семье Ли Минён сообщили сразу о найденных останках. Психиатр Чхве посоветовал родителям не смотреть тех страшных фотографий. Из-за всех сил Чхве пытался привести в чувства мать, ведь ей ещё предстоит опознать свою дочь. Мистер Пак наблюдал со стороны, как пожилая женщина падает на колени, хватаясь трясущимися руками за штанину супруга, она не сдерживает крик. Невысокий, слегка смуглый мужчина, не скрывал печали и ужаса. Поднял голову вверх, скривив лицо, он ни звука не произнес. Супруга бьёт его ладонью, слабо уловимыми ударами. Мистер Пак не хочет смотреть на разбитую горем пару, что дочь свою единственную потеряли. Пак вернулся в кабинет, и там обнаружил Ассистента. Сидел он лицом к окну. Рассматривал облака, что безмятежно протекали по небу. Казалось бы, обычный день из жизни любого человека. В эту же секунду где-то кто-то рождается, и в это же мгновение, кто-то покидает наш мир. Это цикличность нашей жизни. Бесконечный круг. Каждый человек в нём, словно змея, пожирающая сама себя. Но не всем дано понять столь простую истину. Ведь тот же самый Ассистент Вон никак не мог принять первую в своей жизни смерть. Он никогда до этого не видел скорбь, не видел мёртвые тела. И уж тем более, не видел столь ужасные картины, что сотворил человек. Такой же человек, как и он сам.
- Мистер Пак… - Тихо произнеслось из уст юноши. Мужчина лишь слабо промычал в ответ. – Разве так бывает? Разве человек способен на подобное? Кому в здравом уме пришло бы в голову ТАК обойтись с юной, ещё совсем не знающей жизни, девушкой?
- Ты юн ещё. Потому и наматываешь сопли на кулак. Не бойся, скоро привыкнешь. Этот мир… - Мужчина вздохнул, усевшись в своё старое, протёртое кресло. – Жестокий мир нас окружает. Честно говоря, даже у меня, стынет кровь в жилах, когда я вижу подобное. Сердце предательски стучит, как сумасшедшее, когда я слышу крики отчаянья от потери близких. Та женщина, Мисс Ли, никогда не сможет прийти в себя. Ставлю свою жизнь на кон, душа её погибла в ту самую минуту, когда полицейский сообщил страшную новость. Люди, живущие ради других заведомо несчастны. Ведь люди уходят. Все однажды покинут тебя. Уйдут, сбегут, умрут… В конце концов и ты сам всех бросишь. Так что жить стоит только ради себя, чтобы потом вот так вот: ты не стоял на коленях и жалобно не скулил. – Мистер Пак закурил. Комнату накрыл тяжелый смог. Ассистент всё понимал, но принимать эту истину, как часть мир, наотрез отказывался.
- Да и к тому же одну вещь ты сказал совершенно верно. "В здравом уме" никто не совершит подобное, но маньяки - это не люди со здоровой психикой. В них таится много зла, ненависти, эгоизма. У таких людей есть некий комплекс Бога. Совершая преднамеренное убийство, люди ставят себя выше. Они получают удовольствие, прилив адреналина. Чем извращеннее совершающие преступление, тем величественнее они себя ощущают.
- Неужели – это всё… - Всхлипывает парень.
- К сожалению. Хватит ныть, лучше включи свою отстойную шарманку! – Крикнул мужчина. Ассистент встал, тяжелыми шагами добрался до проигрывателя, достал пластинку, с надписью: «Yann Tiersen». – Включай любимую. – Приказывает Пак.
На весь отдел звучит «Sur Le Fil». Ассистент стоял, наблюдая за крутящийся пластинкой. А Мистер Пак, закрыв глаза, вновь встретился с той тьмой, что, окружив, ласкала душу. Как самая страстная женщина, набросилась на него пустота. Она яркой молнией пронзила сердце Пака. И жалом впилась в губы напоследок. И, Мистер Пак, жалостью томя, к себе, пытается сдержать слёзы. Хоть он и старается показаться чёрствым, он сам привязан до сих пор к супруге. Которая словно верёвками обвила его шею, и никогда не отпустит. При жизни он её хранил лишь в сердце, не говоря и слова о любви. Сейчас же он любовью ярко пышет, привязанный на век печальным рабством к ней. Играющая в кабинете композиция – он знает её. В голове ярко представляет, как Ариан перебирает пальчиками по клавишам старого пианино. Он любил так сильно, и так же сильно боялся потерять, что запер её дома. Не давая свободы, и сам не навещал. Он загубил навязчивой заботой, то солнце, которое всегда верна ему была.
Мистер Пак открыл глаза, взглянул на младшего, и наконец, решился взяться за дело.
- Что ещё известно?
- А? – Ассистент повернулся полный растерянности. – Ааа…- Вон начинает постепенно приходить в себя. Юноша подошел к своему столу, взял папку и направился в сторону Мистера Пака. Он положил на стол, и раскрыл документы.
- Нужно работать, собери все свои слёзы в кулак, чтобы дать тому гадёнышу по морде. – Мистер Пак был полон решимости. Ассистент, утерев слёзы, кивнул в знак согласия.
- И то верно, нужно найти поддонка, пока он не совершил ещё одно жестокое убийство. – Окончательно успокоившись сказал Вон.
Разглядывая битый час фотографии, Мистер Пак наконец-то обнаружил зацепку. Слегка заметное пятно в форме букв, на ребре убитой. Подозвав младшего, он попросил прочесть надпись.
- Подождите, но это всего лишь пятно!
- Там точно надпись! Ладно я – слепой, без очков не вижу, а ты то чё?! – Схватив юношу за волосы, он прислонил того лицом к фото.
- Там… Подождите! – Выпрямившись, Вон схватил фотографию, приближая к глазам. – Ничего не понятно! – Пак с некой злобой посмотрел на Вона.
- Ты слепошара! Поехали в морг!
- Слушаюсь, - тихо произнес Ассистент.
Приехав в морг, Пак устроил истерику.
- Что ты сказал?!
- Слушайте, Мистер Пак, я всё понимаю, но тело вот вот заберут для захоронение, вы не можете вот так вот ворваться!
- Что значит не могу?! Ч.Т.О?! Значит не могу! Мне нужно самостоятельно осмотреть тело на наличие улик, ведь вы - бездари, совсем разучились работать! На чёртовом ребре что-то написано!
- Не написано там ничего, не надо придумывать. Если бы была хоть малейшая надпись мы бы вам прислали!
- Просто дай мне пройти и не компостируй мне мозг, бездарь! - Пак толкнул мужчину, проходя к остатку тела Ли. Ассистент извинился и побежал за Паком.
- Чёртовы идиоты! Ты видишь?! Видишь блин?!
- Да... Это и правда надпись.
- Думаешь, татушка какая то?! На рёбрах изнутри делают татушки?! А?! - Судмедэксперт потупил взгляд в пол, не зная, что и ответить мужчине, который оказался абсолютно прав.
- Просто... Этот труп осматривал не я, поэтому...
- Поэтому заткнись! - Пак повернулся к Ассистенту. - Фотографируй. - Вон послушно сделал фото, а потом, будто бы что то вспомнив крикнул.
- Мистер Пак!
- Что?
- Я кажется догадываюсь, что это значит.
Глава 4
- Это, наверное, Моцарт. – Ассистент включает композицию Моцарта - Lacrimosa. Невероятно сильное произведение, всегда завораживала меня.
- Я уже слышал это ранее, - Мистер Пак как заворожённый вслушивается в композицию.
- Я удивлен. – Не скрывая легкой усмешки, произносит Вон. – Думал, что вы вообще музыку не переносите, особенно классику.
- Замолчи. - Вспомнив, что он слышал это название уже дважды, Пак посмотрел на Ассистента. - Слушай, а ты включал её при мне?
- Никогда. Я стараюсь выбирать для вас более спокойные композиции.
- Я слышал пару раз шепот, когда мы только вернулись с места преступления.
- Шепот? Мистер Пак, вы что, экстрасенс?
- Нет, - прорычал Пак. - Возможно я слышал её где то ещё. Но не могу вспомнить... В конечном счете это уже некая зацепка. И знаешь, что я тебе скажу, малой?
- Что?
- Что этот ублюдок решил с нами поиграть. Я уверен, что произойдёт ещё одно убийство. Обычно маньяки любят оставлять различные знаки, давая понять нам, что не намерены останавливаться на одном человеке. Он явно хочет, чтобы мы о нём узнали, чтобы называли его этим проклятым реквием. Иначе бы, он засолил труп девушки. Славы жаждет, ублюдок...
Мистер Пак прослушивал композицию ещё множество раз, будто бы та даст ему все ответы. Ассистент Вон уже ушёл домой. Светает. На улице проснувшиеся птицы поют, а Мистер Пак застыл… Композиция отправляет его в саму бездну. Туда, о чём Пак пытался забыть много лет.
Где-то вдали воспоминаний, сидит маленький мальчик. Он пел в церковном хоре, а его отец, жадно внимал каждую ноту. Маленький мальчик отводит глаза, боясь встретится со взглядом отца. Хмурые брови, накрывали отцовские очи, взгляд тяжелеет с каждой секундой. Маленький мальчик боится отца. Ведь вернувшись домой, его запрут в комнате. Маленький Пак так напуган и разозлен, что вселяет в себя ненависть к Богу. Почему-то ему кажется, что именно Бог повинен в его муках. В хмурых бровях отца. И белой двери, что отделяет его от остального мира. Лишь маленькая щёлка в замке позволяет взглянуть наружу. Когда отец маленького мальчика умер, тот никак не мог сдержать улыбки. Прощаясь с хмурым лицом, маленький Пак понял, что наконец-то свободен: от тирании, от печали, от веры… Мистер Пак не мог понять, почему ему чудилась эта композиция. Он просидел до утра, практически не подвижно, сигарета в его пальцах давно стлела. Только что пришедший Ассистент Вон, выключил проигрыватель. Юноша поставил стаканчик с кофе на стол Пака. Глаза мужчины были закрыты. Ассистент подумал, что тот вероятнее всего спит. Но Мистер Пак не спал, он был в своих воспоминаниях. Выражения лица отца до сих пор преследуют Пака. Несмотря на то, что хмурый мужчина умер много лет назад. Чувство: вины, превосходства, печали, смешанные воедино, не покидали его. Никто не знает, что именно Мистер Пак молился ночами, чтобы Всевышний избавил его от мучений. И Мистер Пак отрекся от веры, но глубоко в душе, осознавал, что именно Бог, был убийцей его отца. Если мужчине было бы и в самом деле жаль, он всенепременно рванул к Священнику Ан, отмаливать свой страшный грех. Но Мистер Пак был горд. Свалил всю вину на Бога. Сделав себя чистым и невинным перед самим собой. Маленький Пак подсыпал крысиный яд в кофе отца. Он стоял в углу комнаты и наблюдал, как всегда хмурый мужчина бьётся в агонии перед смертью. Глаза мужчины навсегда запечатлели маленького мерзавца, и его яркую, страшную улыбку.