Светлана Алимова – Беата умрет последней (страница 19)
— Беата, выслушай меня, — торопливо заговорил он, — я собирался рассказать тебе, просто не знал как! Не умер я, потому что мать отвела меня в вересковые пустоши и отдала Калунне, с просьбой спасти от смерти. Богиня приняла меня на службу и продлевает мою жизнь, пока я ей служу. Лишившись ее покровительства, я тут же умру, поэтому привязан к Хисширу и не могу его покидать. Даже лес могу пройти лишь до середины. Но я люблю тебя! Только тебя, ты единственная мне нужна!
— Замолчи, лжец! — крикнула она. — Рассказывай о сделке с демоном! Ты же все слышал тогда, да? Что ты украл? Кто призвал демона? Ты?
— Нет! Я не знаю точно, но выходит, что Голди! Я слышал твой разговор с демоном и сделку Адалинды, она была после твоей. Демон разбудил меня и не усыпил заново, как тебя. Потом он исчез, все очнулись и бросились бежать!
— Какую сделку заключил ты? Демон навязал ее всем, вряд ли он отпустил бы тебя просто так. Что ты украл и у кого?
— Ничего! Беата, я с детства был в тебя влюблен, но не знал, как привлечь твое внимание. Вы смеялись надо мной, и я мстил, как маленький дурак. Но когда ты отдала мне десять лет своей жизни, пусть и не хотела этого, я понял, что ты — особенная. Просто слушала подлых подруг, а они настраивали тебя против меня, — глаза у Джеральда лихорадочно блестели, — я попытался вернуть тебе украденное Адалиндой. Я сказал демону: «Хочу быть рядом с Беатой. Нравиться ей и быть нужным. Я сам буду любить ее, вместо того, украденного парня». Демон рассмеялся: «Договорились. Через тридцать лет она вернется сюда на последнем году жизни, и ты будешь рядом. И даже понравишься ей. Ненадолго. А вот ждать будешь всю свою жизнь. Но женщину-мечту нельзя забывать. Ты и не забудешь». С тех пор я постоянно видел сны о твоей жизни. Я видел тебя веселую, юную, игривую, и все время думал, что ко мне ты приедешь постаревшей и увядшей, как цветок. Моей матери было тогда сорок, и я представлял тебя похожей на нее. А ты росла, целовала и любила других парней, совсем забыв о моем существовании. Меня это сводило с ума.
Беата окаменела.
— Ты смотрел, как я трахаюсь? Постоянно следил за мной, чертов извращенец?!
Джеральд отвел взгляд.
— Не постоянно. Я не мог контролировать эти сны и видел лишь то, что мне показывали. Подмечал, что тебе нравится, и готовился к твоему приезду. Я боялся, что ты снова начнешь игнорировать меня, вот и ходил за тобой по пятам, под выдуманным предлогом. Я понимал, что демон не выполнил мое желание честно, и все время ждал подвоха. В моих снах ты была женщиной-праздником, веселой, свободолюбивой и сводящей с ума любого мужчину, что тебе приглянется. Я думал, что от твоей доброты не останется и следа, что она погаснет, и ты станешь бесчувственной и злой, как другие ведьмы. Но ты оказалась иной: не капризной стервой, а ленивой, домашней и спокойной женщиной. И я полюбил тебя еще сильнее. Твое доброе сердце никуда не исчезло. Ты все еще не такая, как другие. Теплый, рыжий огонек, мерцающий в хрупком стеклянном сосуде. Я буду защищать тебя и беречь. Буду любить. Я сделаю для тебя все, что пожелаешь.
Глаза Джеральда горели жадным огнем. Он действительно был влюблен, а вернее, одержим ею. Выдумал себе идеальный образ и лелеял его десятилетиями, ожидая выстраданной награды и мня себя благородным рыцарем, разглядевшим среди «злых» ведьм одну «добрую». Хотел поиграть в героя и прекрасную даму, идеализируя ее и вознося на пьедестал. От таких мужчин следовало держаться подальше.
Беата была опустошена. Она услышала и поняла куда больше, чем он ей сказал.
— Понятно. Ты обвинял моих подруг в воровстве, но сам тоже вор. И предатель. Ты украл у меня волю и надежду. Я думала, что это мое решение — приехать сюда и пустить тебя в свою постель. Но все это было лишь внушением демона. Я ничего не решала сама. Вот почему ты показался мне неотразимым на вокзале. Ты должен был мне понравиться, в соответствии с твоим желанием. К черту все, я поеду домой завтра же.
Джеральд побледнел:
— Беата, не надо! Я убью демона, клянусь тебе! Убью, и это все закончится! Я люблю тебя и всегда любил!
— Уйди. Я тебе больше не верю. Ты свое получил, хватит с тебя. Мне умирать через год, и я не хочу проводить его рядом с похотливым лжецом, одержимым своими фантазиями. Убирайся!
Беата выгнала его и заперла дверь.
Села прямо на пол. Фамильяры прильнули к ней, утешая. Беата поцеловала всех троих по очереди.
— Домой. Поедем домой, хорошие мои. И никаких больше мужчин. Умру рядом с теми, кто меня по-настоящему любит.
Она поколебалась.
Джеральд вор, но что же украла сама Беата? Почему она никак не могла сложить полную картину произошедшего, словно не знала чего-то очень важного? Она так и умрет в неведении? Как Адалинда, Валери и Голди, не знавшие, что проживут не больше двадцати лет?
Она тихо всхлипнула. А затем ощутила, как застарелые боль и горечь превращаются в гнев.
Проклятый демон сломал ей жизнь, лишил подруг и надурил с возлюбленным. И продолжал издеваться.
— Хватит, — коротко бросила Беата и встала, — мне все это надоело.
Время трусить прошло. Она боялась смерти всю свою жизнь.
Пора было встретиться со страхом лицом к лицу.
Она достала костяной кинжал, книгу заклинаний и учебник по демонологии.
— Пуховка, Мгла, Пламя! Идите сюда. Будем ворожить. Пора, наконец, использовать подарок Валери правильно.
Беата приехала в Хисшир отомстить и умереть. Ее предсмертное проклятье не повредит демону. А вот нож, зачарованный правильным образом — еще как.
И черт с ним, с оставшимся годом жизни.
Глава 9
Утром, едва выйдя за порог дома, Беата наткнулась на ожидающего ее человека.
— Здравствуйте. Это вы — Беата Хоффман?
— Да. Что вы хотели?
Мужчина откашлялся.
— Я — офицер Харт. Мне велели встретить вас на вокзале, но я не смог: в этот же день сломал ногу на ровном месте. Только сегодня вернулся из морландской клиники. Коллеги сказали, вы спрашивали обо мне?
Беата замерла. Оглядела его: мужчина был полноват и круглолиц, а над ремнем брюк у него нависало солидное пузо. И он был в полицейской форме. Типичный деревенский полицейский.
Невозможно.
— Вы Джеральд Харт?
— Совершенно верно. Вам объяснить наши правила безопасности, или вы их уже знаете?
— Вы — тот мальчик, на которого напал демон?
— Что? — он явно растерялся. — А, нет, конечно. Это был мой кузен, мы с ним тезки. Но он умер двадцать лет назад. Утонул, бедняга.
— У вас есть коллега с тем же именем? Голубоглазый, русоволосый, широкоплечий? Лет сорок на вид?
Офицер Харт уставился на нее с недоумением.
— Нет. Да нас там вообще три человека служат: Трэвис Джонсон — он шеф полиции и по совместительству староста деревни, Гарри Ли, но ему за пятьдесят, и он лысый, ну и я. Все.
Беату затрясло. Опять обман. Джеральд не был Джеральдом вовсе. С кем она вообще переспала? С кем вела расследование? Кто знал о ее приезде в деревню, кроме полиции?
Демон. Демон, который любит играть с глупыми детишками. Он снова затеял с ней «веселую» игру. Решил свести с ума, изобразив из себя пылкого возлюбленного, а затем заставил страдать.
Но как же его пропускал вересковый круг защиты? А руны? Почему Пуховка игнорировала его, а не предупредила хозяйку об опасности? И почему тогда он не выглядел, как мужчина ее мечты, а, наоборот, не подпадал под ее вкусы?
Проклятый демон морочил ей голову.
Она убьет его.
— Все в порядке? Если вам нужна информация о том давнем деле, то она должна быть в участке. Идемте.
Беата последовала за ним.
Полицейский участок был разгромлен. Все вокруг было перевернуто, а в воздухе витал отчетливый запах серы.
Офицер Харт испуганно вскрикнул и бросился к двум людям, лежащим на полу.
— Гарри! Трэвис! Что с вами? Ох, им нужен врач!
— Не нужен, — Беата присела и коснулась обоих по очереди, — они просто без сознания.
— Что произошло? У нас же мирная деревня, кто мог на них напасть?!
Беата огляделась.
Картина произошедшего внезапно сложилась.
Она все поняла.
— Это демон. Он охотится за мной. Он принял облик вашего кузена и морочил меня.
Офицер Харт задрожал.
— Тогда вас надо спрятать! У меня есть подходящее место, идемте! Спрячу вас и запрошу подкрепление из Морланда!
— Мне нужно зайти домой.
— Нет, нет, он наверняка вас там караулит! Нужно увести вас из деревни!