Светлана Алешина – С камнем за пазухой (страница 5)
– Кто?!
– Ты!
Под звуки очередной перепалки можно было отвлечься и подумать, что я и сделала с величайшим удовольствием. За окном автомобиля проплывали потрясающие зимние картины, которые можно наблюдать лишь в первые несколько часов после того как выпал снег, но сейчас даже они не способны были отвлечь меня. Как любой другой занятый работой человек, я время от времени погружалась в свои мысли, продумывала, просчитывала варианты. И сейчас была как раз такая минута.
Теперь, когда передача с Меранцевой меня более не страшила, я могла наглядно представить себе ее концепцию, вернее, тот вариант, в котором мне бы хотелось ее провести. Довольно поверхностно представляя себе презентацию блюд из открытого Меранцевой продукта, да еще такого экзотического, как страусовое мясо, я, однако, предполагала, что действо, несмотря на свою оригинальную сущность, все же пройдет в соответствии с традициями. Красивые, нарядно одетые девушки будут разносить блюда, предлагая гостям вкусить их и отвечая на вопросы относительно того, как называются эти яства и что они собой представляют. На лицах посетителей наверняка появится выражение восторженного любопытства, и камеры умелых операторов «запомнят» их для телевизионной передачи. Те же самые посетители, но уже в качестве зрителей потом будут присутствовать и на моей передаче, ведь, как сказала Меранцева, мы проведем ее практически сразу после презентации, вернее, после ее официальной части…
– Эх, и жрать охота! – протянул Павлик, прервав мои размышления. Мы трое – я, Галина Сергеевна и Лера – разом шикнули в ответ на его грубость, сделав это скорее для проформы, так как уже давно привыкли к отнюдь не безупречным манерам своего оператора. Костя Шилов ухмыльнулся и попытался встретиться с моим взглядом в зеркале заднего обзора.
– Вот подожди, приедем на работу, я тебя соевым мясом угощу, – пообещала Лера, которая слыла ярым борцом за пресловутый здоровый образ жизни. Она принципиально не ела животной пищи, зато полезные продукты всегда составляли основу ее рациона, что служило приманкой для мелкой воровской деятельности Павлика. Время от времени этот вечно голодный обжора потихоньку таскал у девушки то сухофрукты, то выпивал витаминный чай.
– А что это такое, соевое мясо? – поинтересовался Павлик, очнувшись от своей полудремы, но Лера лишь загадочно промолчала.
Весна потихоньку снова вступала в свои законные права. Высоко взошло солнце, старательно исправляя утреннее недоразумение, и от того многочисленные быстрые ручьи теперь весело бежали по слегка наклонным дорогам, стекая в углубления и образовывая длинные лужи. Если так дело пойдет, то уже завтра или послезавтра снова будет сухо. Все-таки тепло не за горами, и никуда оно от нас не денется! Надо бы приобрести себе на досуге что-нибудь нарядное, соответствующее весеннему настроению.
Глава 2
– Какая гадость! – брезгливо провозгласил Павлик, отведав Лериного обеда. – Как это вообще можно есть?
Определенно, соевое мясо нашему оператору не понравилось. Именно насчет него он и высказался столь нелицеприятно. Лера тотчас начала читать ему нотации по поводу того образа жизни, который он ведет.
– Пройдет лет пять, и ты начнешь маяться от всяческих болезней! А соевое мясо, между прочим, достойный заменитель обычного, в нем содержится множество полезных веществ, таких, например, как фосфор, цинк…
– Вот уж никогда не думал, что кусочки вареной резины можно считать полезными, – проворчал Павлик и с надеждой окинул взором нас с Галиной Сергеевной. – А у вас, случайно, не найдется человеческой еды?
– Вообще-то найдется, – были вынуждены признаться мы, доставая свои запасы. К побирушке-оператору все давно уже привыкли, и постепенно он перестал раздражать общественность: попрошайничество стало таким же неотъемлемым качеством Павлика, как его лень. Галина Сергеевна щедро выложила на общий стол куски пирога, испеченного собственноручно, достала банку с консервированной фасолью и белый батон. Я могла предложить только варенье и бутерброды, но и на это непривередливый Павлик посмотрел с немым обожанием, очевидно, желая отблагодарить своих кормилиц – Галину Сергеевну и меня.
– Ну, слава богу, нашлись люди, которые спасли меня от голодной смерти, – оживленно проговорил Павлик, радостно потирая руки. – А то от некоторых хорошего не дождешься, они могут предложить только лекции на тему, сколько того или иного металла содержится в вареной резине.
Лера, к которой относился этот отнюдь не двусмысленный намек, лишь нервно хихикнула в ответ. Опасаясь, как бы она снова не разразилась лекцией о вреде «нездорового» питания – нездоровым она называла большинство традиционных вкусностей, – я разлила всем чай и жестом пригласила к столу.
Обеденный перерыв прошел в дружеской, почти семейной атмосфере. Я все чаще ловила себя на мысли, что здорово привыкла к этим людям и этой работе, со всеми ее минусами и положительными моментами. А вообще-то я мечтала о том, что когда-нибудь перейду на другой уровень, став основательницей собственной передачи: «Независимое расследование Ирины Лебедевой». Эта мечта, уже давно прочно поселившаяся в моем сознании, как всегда, сладко резанула тщеславие. Да, здесь мне хорошо, но ведь когда-нибудь нужно будет менять привычный, устоявшийся ритм и осваивать новые горизонты? Я считала, что нужно, а вот мой начальник не разделял этого мнения.
Но обед уже подходил к концу и пора было снова браться за работу. Философствование на рабочем месте в нашей организации не поощрялось ни морально, ни материально.
– Скажи честно, как я выгляжу?
Этот вопрос я задавала своему благоверному уже четвертый раз за последние пару часов. Я волновалась, причем так, что скрывать это было бы просто глупо. Тем более перед Вовкой, который, слава богу, знал меня не первый год и был достаточно внимателен ко мне, чтобы определить любое отклонение моего настроения от нормы. Нормой считалось настроение благодушное, максимально близкое к хорошему, но без сопутствующих эмоциональных эффектов. В общем, ровное, спокойное и безмятежное. Сейчас ничего подобного не было и в помине.
И вряд ли в тот момент я могла бы более или менее конкретно объяснить, в чем же причина подобного мироощущения, от которого хочется беспрестанно ходить из угла в угол, желательно в быстром темпе. Сегодня должна состояться моя передача с участием Меранцевой. Но это потом, а пока я, как и мои коллеги, исполню роль почетного гостя на презентации новых блюд ресторана «Классика», которую решено было провести в самом дорогом и элитном ночном клубе «Сильвер», и уже одно это говорило о невероятном масштабе проводимого мероприятия. Предпочтение клубу было отдано с той целью, чтобы вместить большее количество гостей и зрителей, так как в рамках упомянутого заведения такое было вполне возможным.
Однако не сознание огромной ответственности, возложенной на мои плечи, волновало меня в настоящий момент. Довольно продолжительная по времени карьера телеведущей накладывала вполне определенный отпечаток, в результате которого любые проявления социофобии исчезают бесследно. Я и раньше не испытывала ощутимых проблем, выступая публично или попадая в светское общество, а уж после нескольких лет работы на телестудии уже не страшилась этого в принципе.
– Дорогая, ты ведь сама не своя… Может, поделишься со мной своими переживаниями? – мягко попросил муж Володя.
Милый мой, родной, любимый и дорогой, если бы я могла это сделать! Но, к сожалению, даже самой себе я не могла объективно ответить на вопрос, что же меня мучает. Это было то самое неясное и непонятное предчувствие, от которого возникает неприятная расслабляющая нервозность, безотчетная боязнь чего-то, что может разрушить почти идиллическую картину существования.
– Не знаю, Володя, и сама не понимаю. Словно предчувствие какое-то гложет, будто что-то должно произойти. Ты не обращай внимания, может, я просто трушу, что придется выступать в студии с такими шикарными зрителями… Кстати, как же я все-таки выгляжу, ты ведь не ответил? – Я, конечно, прекрасно сознавала, что причина волнения вовсе не в моем виде.
– Замечательно! – честно вынес вердикт мой самый распрекрасный муж, и в глазах его засветилось восхищение. Вот так, просто и односложно, а зато сколько искренности в этом своеобразном комплименте, на который я сама же и напросилась. Обожаю Вовку!
Во дворе уже ждала студийная машина, которая должна была отвезти меня к месту действия. Слава богу, за рулем сегодня сидел не Шилов. Я была несказанно рада, что не придется видеть его тихое и молчаливое обожание, перед которым я всегда невольно испытываю безотчетную вину. Но нужно было ехать, несмотря на обуревавшие меня чувства, черт бы их побрал!
Подъезжая к «Сильверу», мы были вынуждены пристроиться в хвост длинной вереницы колоритных машин, направление которых явно совпадало с нашим. Определенно, в этих монстрах зарубежного и только зарубежного авторынка сидели все те, кто имеет непосредственное отношение к предстоящему действу: сотрудники «Классики», участвующие в создании раритетных блюд, которые сегодня будут продегустированы, многочисленные гости презентации и не менее многочисленные зрители. Наша «Волга» заметно выделялась на фоне этого разноцветного пиршества дорогущих иномарок. Ну и ладно, должен же хоть кто-то представлять отечественную автопромышленность!