Свами Вивекананда – О себе (страница 6)
Друга, должно быть, задели мои слова. Едва ли он мог понять, какое страшное несчастье побудило меня так говорить! Иногда, когда я замечал, что дома на всех не хватает еды, а денег больше нет, я притворялся перед матерью, будто меня пригласили на обед или ужин, и почти не ел. Из чувства собственного достоинства я не мог рассказать об этом другим. Обеспеченные друзья иногда приглашали меня к себе домой или в сад, чтобы я спел им. Мне приходилось соглашаться, когда иначе было нельзя, но мне не хотелось рассказывать им о своих печалях, и они сами не пытались выведать о моих трудностях. Некоторые из них порой спрашивали меня: «Что это ты сегодня такой бледный и слабый?» Лишь один из друзей узнал о моей бедности и время от времени, втайне от меня присылал анонимную помощь моей матери, за что я в большом долгу перед ним.
Некоторые мои старые друзья, которые зарабатывали на жизнь нечестно, предлагали мне работать с ними. Часть из них, которых заставили вступить на этот сомнительный путь неожиданные повороты судьбы, вроде того, который произошел со мной, искренне мне сопереживали. Появились и другие проблемы. Я столкнулся с разными искушениями. Одна богатая женщина сделала мне отвратительное предложение, приняв которое, я мог покончить с нищетой; я сурово и с презрением его отверг. Другая женщина тоже предлагала подобные вещи. Я сказал ей: «Вы впустую растратили жизнь в поисках плотских наслаждений. Перед вами маячат мрачные тени смерти. Готовы ли вы спокойно встретить смерть? Отбросьте эти низменные желания и вспомните о Боге!»
И все-таки, несмотря на подобные неприятности, я не терял веры ни в существование Бога, ни в Его Божественное милосердие. Каждое утро, с Его именем на устах, я вставал и отправлялся искать работу. Однажды мама услышала, как я молюсь, и с горечью сказала: «Замолчи, глупый! С детства взываешь к Богу, и уже охрип от плача, и что Он для тебя сделал?» В мое сознание закрались сомнения. «Существует ли Бог? – думал я – и если да, слышит ли Он пламенные молитвы людей? Почему же тогда Он не отвечает на мои страстные мольбы? Почему в Его благодатном Царстве так много горя? Почему во владениях милосердного Бога правит Сатана?» В словах
Мне от природы не свойственно действовать тайно. Напротив, с детства я привык не скрывать от других (из страха или других побуждений) даже собственных мыслей. Поэтому, естественно, я начал доказывать всему миру, что Бог – миф, или даже если Он существует, взывать к Нему бесполезно. Вскоре стали поговаривать, что я атеист и не брезгую выпивкой и даже заглядываю в дома, пользующиеся дурной славой. Такая незаслуженная клевета еще больше ожесточила мое сердце. Я открыто заявил, что не стоит осуждать человека, который в мире, полном несчастий, хочет отдохнуть от них, готов прибегнуть к любым средствам; мало того, если я однажды буду убежден, что это работает, то не стану из-за страха перед людьми избегать таких средств.
Вскоре до ушей Учителя и его преданных в Калькутте дошли новости об этом, хотя и в искаженном виде. Некоторые преданные приходили ко мне, чтобы самолично узнать, что происходит, и намекали, что верят, по меньшей мере, некоторым слухам. Когда я понял, что они могут считать меня способным на такую низость, мое сердце переполнило чувство уязвленной гордости. В крайнем раздражении, я дал им понять, что верить в Бога из страха перед адом – трусость, и стал спорить с ними о Его существовании, подкрепляя свои аргументы цитатами из трудов западных философов. В итоге они оставили меня в покое, убедившись, что я безнадежен – и я был рад этому. Когда я подумал, что Шри Рамакришна тоже может верить слухам, мне стало очень больно. «Ерунда, – сказал я себе, – если мнение о человеке (плохое или хорошее) зиждется на таком шатком основании, оно меня не волнует». И я был изумлен тому, что узнал позднее. Учитель сначала холодно воспринял эту новость, ничего о ней не сказав. Но когда один из его любимых учеников, Бхаванатх, обратился к нему со слезами на глазах: «Почтенный, я не мог себе вообразить, что Нарендра может так низко пасть», он пришел в ярость и сказал: «Молчи, глупец! Мать сказала, что такого не может быть. Если ты еще раз об этом скажешь, я не смогу на тебя смотреть».
Однако, вопреки этому вынужденному атеизму, яркие воспоминания о видениях Бога, посещавших меня с детства, и особенно после знакомства со Шри Рамакришной, привели меня к мысли, что Бог должен существовать и что можно так или иначе постичь Его. Иначе жизнь будет лишена смысла. Несмотря на все эти беды и несчастья, я должен найти этот путь. Пролетали день за днем, а мой ум всё колебался между сомнениями и уверенностью. И мне всё еще надо было заботиться о пропитании.
Кончилось лето, начался сезон дождей. Я продолжал искать работу. Однажды вечером, после голодного дня, проведенного под дождем, я возвращался домой; мое тело утомилось, сознание было измучено; усталость взяла верх, и, не в силах больше идти, я опустился на цоколь какого-то дома возле дороги.
Кажется, на некоторое время я перестал что-либо чувствовать. Голову наполняли разные мысли, а я слишком ослаб, чтобы отгонять их и сосредоточиться на чем-то одном. Вдруг я ощутил, как некая божественная сила снимает покровы с моей души, один за другим. Все мои прежние сомнения относительно сосуществования божественной справедливости и милосердия, причин появления страдания в творении блаженного Провидения, сами собой растворились. В глубокой рефлексии я постиг смысл этих вопросов и был доволен ответами. Возвращаясь домой, я заметил, что от усталости в теле не осталось и следа, а в сознании появилась ясность, удивительная сила и спокойствие. Ночь была уже на исходе.
С тех пор меня перестали волновать похвалы и порицания мирян. Я был уверен, что родился не для того, чтобы, как обычные люди, работать и содержать семью, а тем более не для поиска чувственных удовольствий. Я начал втайне готовиться к отречению от мира, как мой дед. Я выбрал день, в который это сделаю, и обрадовался, узнав, что в тот самый день в Калькутту должен приехать Учитель. «Какая удача, – подумал я, – я уйду из мира с благословения Гуру». Когда я встретился с Учителем, он стал настаивать на том, чтобы я переночевал у него в Дакшинешваре. Я выдумывал разные отговорки, но всё было тщетно. Мне пришлось поехать с ним. В экипаже мы почти не говорили. Когда мы добрались до Дакшинешвара, он усадил меня в своей комнате вместе с другими учениками и в какой-то момент погрузился в транс. Вот он подошел ко мне и, очень нежно дотронувшись до меня, запел песню со слезами на глазах:
«Я боюсь говорить, но и молчать тоже. Мой ум полон сомнений, я не хочу потерять тебя – о, мой Раи, не хочу потерять тебя».
Долго я подавлял свои чувства, но теперь не смог сдержать слез. Я понял, почему Учитель поет эту песню – он знал о моих намерениях. Слушателей восхитили чувства, которые мы проявили друг к другу. Когда Учитель вернулся в обычное состояния, некоторые стали спрашивать его, что произошло. Он с улыбкой отвечал: «О, это наше с ним личное дело». Позднее, вечером, он отпустил остальных и, подозвав меня к себе, сказал: «Я знаю, что ты пришел, чтобы служить Матери, и не сможешь жить мирской жизнью, но ради меня, прошу, не уходи от мира до моей смерти». Сказав это, он снова расплакался. На следующий день с его разрешения я вернулся домой. Мысли о том, как содержать семью, заполонили мою голову. Я снова стал искать работу. Работа в адвокатской конторе и переводы книг едва позволяли мне сводить концы с концами – перебиваясь с хлеба на воду, без регулярного заработка. У меня не было постоянного дохода, который позволил бы содержать мать и братьев.
Однажды меня осенило, что Бог слышит молитвы Шри Рамакришны; почему бы мне не попросить его помолиться за меня Богу, чтобы тот избавил меня от нужды – в этом Учитель никогда не откажет! Я поспешил в Дакшинешвар и стал настаивать, чтобы Учитель обратился к Богу от лица моей голодающей семьи. Он ответил: «Мой мальчик, я не могу подобного требовать. Почему бы тебе самому не пойти и не попросить об этом Мать? Причина всех твоих страданий в том, что ты Ею пренебрегаешь». Я сказал: «Я не знаю Мать; прошу, обратитесь к Ней от моего имени. Вы должны это сделать». Он ласково отвечал: «Дорогой мальчик, я делал это много раз. Но ты не принимаешь Ее, и Она не исполняет моих просьб. Сегодня вторник – ночью иди в храм Кали, преклони колени перед Матерью и проси у Нее любой дар. Она даст тебе то, что ты хочешь. Она – Абсолютное Знание, Непостижимая Сила