Свами Вивекананда – ИЗ ДЖНЯНА ЙОГИ. РАЗВИТИЕ ЛИЧНОСТИ (страница 4)
Позвольте снова повторить, что точка зрения Веданты не является ни пессимистичной, ни оптимистичной. Веданта не утверждает, что мир совершенно ужасен, или что он прекрасен. Она говорит о том, что наши пороки ценны не менее, чем наши добродетели, что наши добродетели не более ценны, чем наши пороки. Они взаимосвязаны. Таков мир, и, зная это, нам нужно терпеливо работать. Зачем? Для чего нам трудиться? Если таково положение вещей, что мы можем сделать? Почему нам не превратиться в агностиков? Современные агностики понимают, что проблеме нет решения, что, говоря проще, от бедствия Майи не освободиться; поэтому они советуют нам не заморачиваться и наслаждаться жизнью. Здесь, однако, есть ошибка, огромная ошибка, самая нелогичная ошибка. И вот в чём она выражается. Что вы понимаете под словом «жизнь»? Вы имеете в виду жизнь через физические органы? Такая жизнь немногим отличается от существования животных. Я уверен, здесь нет никого, чья жизнь ограничивалась бы чувственными ощущениями. Тогда наша жизнь означает нечто большее. Наши чувства, мысли, стремления – неотъемлемая часть нашей жизни; и разве не является борьба за высокий идеал, стремление к совершенству одной из важных составляющих нашей жизни? Агностики говорят, что нам следует наслаждаться жизнью, как она есть. Но жизнь, помимо всего, означает поиск идеалов; суть нашей жизни в стремлении к совершенству. Это необходимо нам, и поэтому мы не можем быть агностиками и принимать мир таким, каким он видится. Позиция агностиков рассматривает человеческую жизнь за минусом компоненты идеала. Идеала, по словам агностиков, достичь невозможно, поэтому от идеалов следует отказаться. Такова Майя – эта природа, этот мир.
Все существующие религии в той или иной степени предпринимают попытки выйти за пределы природы; самые примитивные религии и наиболее развитые, основанные на мифах или символах, на историях о богах, ангелах или демонах, рассказах о святых и провидцах, великих людях или пророках, или на отвлечённых абстракциях философов, – у всех у них есть общая точка соприкосновения, все стараются выйти за пределы ограничений, поставленных нам природой. Другими словами, все они стремятся к свободе, освобождению. Сознательно или подсознательно, человек чувствует, что он связан; он не втом состоянии, в котором хотел бы быть. Он понял это сразу, как только взглянул вокруг себя. Он в одно мгновение ощутил, что закован в цепи, и что-то внутри него желает вырваться и улететь туда, куда тело последовать не может, но не в состоянии пока разорвать оковы. Даже в самых тёмных, неразвитых религиозных течениях, где объектами поклонения становятся души умерших предков и другие духи, в религиях самых жестоких и безжалостных, тайных, с кровавыми жертвами и крепкими напитками – даже в них проявляется тот же общий для всех религий фактор – стремление к свободе. Человек, желающий поклоняться богам, видит в них, помимо всего, большую свободу, чем та, которой обладает он сам. Если дверь закрыта, он уверен, что божество может проникнуть через неё, и даже стены не станут для него препятствием. Идея о свободе продолжает развиваться, пока не достигает идеала Личного Бога, главное в котором то, что это Существо за пределами ограничений, наложенных природой, за пределами Майи. Перед моими глазами стоит картина, как в дальних лесных убежищах проблема освобождения обсуждается древними мудрецами Индии, и на одном из таких сатсангов, где даже самые старые и мудрые не смогли найти решение, встаёт молодой человек и провозглашает: «Слушайте, вы, дети бессмертия, слушайте, вы, живущие в священных местах, я нашёл решение! Познав Того, кто за пределами тьмы, мы сможем вырваться из тисков смерти».
Майя везде и всюду. Это ужасно. И всё же нам нужно с этим работать. Человек, который заявляет, что он начнёт трудиться тогда, когда мир изменится к лучшему, и он сможет наслаждаться блаженством, достигнет не больше успеха, чем тот, кто сидит на берегу Ганга и говорит: «Я перейду реку, когда вся вода утечёт в океан».
Наш путь не вместе с Майей, а против неё. Нам нужно это осознать. Мы рождены не для того, чтобы помогать природе, а чтобы соперничать с ней. Мы её хозяева, но опустили себя ниже её. Почему здесь стоит дом? Его не природа построила. Природа говорит нам: «Идите и живите в лесу». Человек отвечает: «Я построю дом и буду бороться с природой», и делает так. Вся история человечества – постоянная борьба с так называемыми законами природы, и человек постепенно побеждает. Если говорить о внутреннем мире, там тоже продолжается борьба, борьба животного начала в человеке с его духовным началом, между светом и тьмой; и в этой борьбе тоже человек постепенно побеждает. Он, так сказать, прокладывает себе путь от природы к освобождению.
Мы видим, что философы Веданты находят кое-что за пределами Майи, что-то, не подверженное её влиянию; и, если мы сможем достичь этого, мы освободимся из пут Майи. Эта идея в той или иной форме присутствует во всех религиях. Но в Веданте она является началом религии, а не её завершением. Представление о Личном Боге, Создателе и Управителе вселенной, как Его называют, Хозяине Майи или природы, не является конечным идеалом Веданты; это только начало. Идея растёт и развивается, пока Ведантист не находит, что Тот, кто, как он думал, является отдельной сущностью, – это он сам, и находится, на самом деле, в нём самом. Он сам и является свободным, но, из-за ограничений природы, думал, что скован цепями.
МАЙЯ И СВОБОДА
«Мы приходим, оставляя за собой облака славы», – говорит поэт. Однако не все из нас приходят подобно облакам славы; некоторые приходят подобно чёрным туманам; в этом нет сомнения. Но каждый из нас приходит в этот мир как на поле боя, чтобы бороться. Мы являемся здесь с плачем, чтобы пробить свой путь через бескрайний океан жизни, и движемся вперёд, имея долгие века позади и необъятные просторы впереди. Так мы идём, пока не приходит смерть и не забирает нас с поля боя – победителей или проигравших, мы не знаем сами. Такова Майя.
В сердце ребёнка царствует надежда. Мир подобен золотому видению перед его распахнутыми глазами; он думает, что его воля превыше всего. По мере того как он движется вперёд, на каждом шагу перед ним встаёт непреодолимой стеной природа, препятствуя его будущему прогрессу. Он снова и снова бросается на эту стену, стремясь прорваться сквозь неё. Чем больше он старается, тем дальше отступает идеал, пока не приходит смерть, и это, возможно, и есть избавление. Такова Майя.
Появляется учёный; он жаждет знания. Никакая жертва не кажется ему слишком большой ради обретения знания, никакая борьба не выглядит безнадёжной. Он движется вперёд, раскрывая один секрет природы за другим, стремясь приоткрыть самые сокровенные тайны её сердца, но зачем? Для чего всё это? Почему мы должны признаватьвеличие учёного? Почему он должен становиться известным? Разве природа не творит гораздо больше, чем способно сделать любое человеческое существо – тупая, бесчувственная природа? Почему мы должны признавать великим того, кто подражает тупой, неодушевлённой природе? Природа способна метнуть молнию любой силы на любое расстояние. Если человеку удастся выполнить хоть маленькую часть этой задачи, мы превозносим его до небес. Почему? Почему мы должны восхвалять кого-то за подражание природе, смерти, за имитацию безмозглой и бесчувственной стихии? Сила гравитации способна разорвать на части самую большую массу вещества, которая когда-либо существовала; и всё же она бесчувственна, в ней нет души. В чём же величие того, кто подражает бездушной силе? И всё же мы стремимся это делать. Такова Майя.
Органы чувств тянут человеческую душу за собой. Человек ищет удовольствия и счастья там, где его никогда не найти. Веками нас учат тому, что это тщетно и бесполезно, в этом нет счастья. Но мы не усваиваем урока; это невозможно для нас иначе, кроме как через собственный опыт. Мы делаем попытку получить удовольствие через органы чувств, и получаем удар. Усваиваем ли мы урок? Даже тогда не усваиваем. Подобно мотылькам, летящим к пламени, мы снова и снова стремимся к наслаждению через органы чувств, надеясь найти в этом удовлетворение. Снова и снова мы возвращаемся к этому со свежей энергией, пока не умираем, искалеченные и обманутые. Такова Майя.
То же самое происходит и с нашим умом. В своём желании раскрыть секреты вселенной мы не способны остановиться и перестать задавать вопросы; мы чувствуем, что должны всё знать, и неможем поверить, что знание нам недоступно. Через несколько шагов перед нами встаёт стена времени без начала и конца, которую мы не способны преодолеть. Несколько шагов, и перед нами появляется стена безграничного пространства, которую нам не перепрыгнуть, и всё это безнадёжно погребено за стенами причины и следствия. Нам не выйти за пределы этих стен. И всё же мы продолжаем бороться, и нам придётся это делать. Такова Майя.
В каждом нашем вдохе, в каждом биении нашего сердца, в каждом движении мы чувствуем, что свободны, и в тот же самый момент нам дают понять, что это не так. Рабы, закованные в цепи природы, скованные в теле, в уме, во всех наших чувствах. Такова Майя.