Сусанна Ткаченко – Замок, жених и другие проблемы попаданки (страница 29)

Я распахнула дверь и тут же утонула в повышенном внимании.

— Что с вами, синарита Катарина?! — завопил приглядчик, хватаясь за сердце.

— Это же, это же... Трансформация Тварелюба! — ахнула Валенсия, тыча в меня пальцем. — Мы такую патологию в академии проходили!

— Так, без паники. Сейчас мы с Катариной очень быстро пройдем брачный ритуал и все решим.

Я бы, конечно, хотела истерично заорать: «Какой-какой мы пройдём сейчас ритуал?!» или «Я замуж не собираюсь!», но обстоятельства складывались так, что мне не стоило вообще рот разевать. Сейчас мне нужно быть паинькой и, преданно заглядывая Янису в глаза, беспрекословно выполнять его распоряжения. Иначе мне не жить.

А Валенсия и Витольд, между прочим, вообще этой поспешной спонтанной свадьбе не удивились!

— Отличное решение, — кивнула хозяйка грызобаров-подрывников.

— Я сбегаю за алтарем и ритуальным набором! — непривычно оживившись, выпалил Витольд и исчез.

А буквально через миг вернулся с металлической чашей на одной длинной ножке и ящиком под мышкой.

Янис подошел ко мне, взял за руку и подвел к чаше. Его пальцы были удивительно теплыми для такой ледяной решимости. Витольд открыл ящик — в нем на бархатной подушечке лежали два маленьких острых кинжала, исписанные рунами. Янис взял один и сказал:

— Я, генерал Янис Град, беру в жёны блудную душу, поселившуюся в теле Катарины Миловой, кем бы она ни была.

И резанул кинжалом по ладони. Сжал кулак над чашей, и в нее закапала кровь.

Витольд и Валенсия смотрели на меня, разинув рты и выпучив глаза. Но раз Янис решил раскрыть мою тайну, значит, дела наши совсем плохи, и медлить нельзя. Я схватила второй кинжал и, полоснув по ладони, поднесла сжатый кулак к чаше.

— Я, Екатерина Видова, попаданка с Земли, беру в мужья генерала Яниса Града, — сказала хриплым от волнения голосом.

Интересно, а разводы тут есть, или мы теперь навек связаны?

Янис положил свою ладонь на мой кулак и убрал его от чаши. Наша кровь на ее дне как будто ожила. Смешалась, завертелась воронкой, а потом взлетела и, разделившись на две равные части, ударила нам в грудь! Прошла через одежду и обожгла кожу в районе сердца.

— Ну все, призывай Актора! — велел мне новоиспечённый муж вместо поцелуя.

Я хлопнула на него глазами. А можно пояснительную бригаду?

— Каким образом? Крикнуть «Актор, на помощь!»? Как громко? Или, может, нужны ритуальные слова? — уточнила я, когда так и не дождалась внятных подсказок.

Но прежде, чем Янис успел ответить, снаружи снова раздался оглушительный грохот — будто обрушилась ещё одна башня замка. Стены содрогнулись, свет заморгал.

— Он здесь, — сквозь зубы процедил Янис. Его глаза метнулись к окну. — Оставайтесь все в комнате. Я разберусь.

С этими словами он ловко заскочил на подоконник и... прыгнул в темноту.

У меня сердце оборвалось, хотя я прекрасно знала, что генерал умеет летать. Ноги сами понесли меня к окну, но Валенсия резко схватила меня за руку.

— Не надо, Екатерина! — воскликнула синарита, впиваясь в рукав мёртвой хваткой. — Янис обязательно сдержит слово!

Я невольно улыбнулась ее горячности:

— Просто Катя, — поправила я мягко, отмечая про себя, как приятно, что девушка не шарахается от меня в ужасе и не тычет в меня ритуальным кинжалом в попытке заполучить силы блудной души.

Хотя... вполне возможно, у неё просто нет при себе этого магического оружия.

Уф-ф-ф, нет, нельзя всех подряд подозревать. Так и до паранойи рукой подать. А Валенсия мне по-настоящему нравилась — ее открытость, преданность грызобарам, эта детская непосредственность…

— Я так виновата перед тобой! — неожиданно всхлипнула синарита, заламывая руки. — Мои грызобары разрушили замок! Не понимаю, как они смогли... У стаи мощный коллективный разум, и в период смертельной опасности они очень изобретательны, но я никогда не хотела подвергать вас всех такому! — Валенсия всхлипнула и вдруг широко распахнула влажные от слёз глаза, найдя объяснение: — Видимо, хранитель Семи камней сильно ослаб во время спячки!

Я едва сдержала вздох облегчения — значит, она не догадывается, что это я отвязала Цюлуна. И слава всем любам во главе с Жизнелюбом...

— Я не совсем поняла, — осторожно начала я, косясь на разбитое окно, откуда доносились всякие странные звуки, — зачем Янис велел мне позвать Актора? Ты же понимаешь, я плохо разбираюсь в законах вашего мира. Можешь объяснить?

Валенсия оживилась, всплеснув руками:

— Все просто! Когда кровный брачный ритуал проходят два хозяина отдельных замков, они становятся... ну как бы совладельцами обоих хранителей. Теперь у Семи камней два хранителя, как и у Тверди. Значит Актор поможет Цюлуну восстановить замок!

Ах, вот оно что!

— Хочу на это посмотреть! — решительно заявила я и снова направилась к окну.

Но Валенсия, проворная, как грызобар, снова преградила мне путь:

— Не надо, Катя! — ее голос стал серьезным. — О произошедшем уже наверняка знают в Ордене. С минуты на минуту явится Верховный с боевыми монахами. Если он тебя увидит… — Она понизила голос до шепота. — Думаю, Янис не хочет, чтобы они увидели тебя раньше времени. Дай ему закончить с замком и переговорить с братом. Если его величество Сигизмунд встанет на вашу сторону, то беды удастся миновать.

В этот момент с улицы донеслись душераздирающие вопли. Я непроизвольно прикусила костяшки пальцев и глухо простонала:

— Там же еще и охотники за силой Ленностьлюба…

— А я говорил, что они выжидают момент, — проворчал Витольд, до этого молча слушавший нас.

Валенсия всхлипнула:

— Это они наверняка спровоцировали моих малышей! — Ее голос дрожал. — Хоть бы они не пострадали…

Не выдержав, она рванула к окну. Смела взмахом руки осколки со подоконника и смело высунулась по пояс в ночную тьму.

— Ну что там?! — не выдержала я, притоптывая от нетерпения.

Хорошо ей — ее внешность не светится бронзовыми узорами, а мне тут майся!

— Ого! Ого-го! — вскрикнула Валенсия так, что мы с Витольдом подпрыгнули. — Всемогущий Жизнелюб! Я такого никогда... Это что? Слияние замков?!

Тут уж я не выдержала — стремительно рванула к окну, опережая на диво проворного приглядчика.

— Мать честная! — не удержалась я, высунувшись из разбитого окна.

И тут же ахнула от приятного сюрприза — оказывается, мои новые золотые глаза не просто красиво светились, но и позволяли видеть в темноте, будто при ярком солнце. Ничего себе бонус! Наверное, подцепила еще и силу какого-нибудь Светолюба или Видолюба в тех проклятых шахтах.

Но разбираться с этим было некогда — перед моими глазами разворачивалось невероятное зрелище. На замковом дворе, где еще минуту назад лежали груды обломков, теперь творилось настоящее волшебство.

Огромный, с трехэтажный дом, Актор грациозно двигал руками, будто дирижируя невидимым оркестром, — и видневшиеся из окна горы послушно раздвигались. Рядом, не уступая ему в размерах, размахивал крыльями Цюлун, создавая мощные воздушные потоки, которые аккуратно укладывали обломки стен на свои места. А на плече у Актора, едва заметный на фоне гигантов, стоял Янис. Он раскинул руки в стороны, и от его пальцев тянулись тонкие нити синей энергии, опутывающие воздух. Похоже, именно он стабилизировал Семь камней — потому что наш замок оставался неподвижным, хотя все вокруг тряслось и грохотало. Но ни грызобаров, ни охотников, ни монахов не было видно. Зато...

Я ахнула, когда из-за отодвинутой Актором каменной гряды показались знакомые очертания гарнизонных стен и башен! Они приближались к нам... или мы к ним? От эпичности происходящего у меня буквально волосы зашевелились!

— Валенсия! — хрипло позвала я, не отрываясь от зрелища. — Ты видишь это?! Это Твердь…

Но мой голос потонул в новом грохоте — центральная башня гарнизона вдруг плавно «причалила» к нашему замку, и камни на стыке начали перетекать друг в друга, будто живые. Актор что-то прокричал Цюлуну на непонятном языке, и оба хранителя синхронно сделали магические пасы. Пространство вспыхнуло ослепительным светом...

— С ума сойти! Слияние! — только и расслышала я писк Валенсии, но ее голос оборвался, когда нас отбросило от окна волной этой странной энергии.

Я зажмурилась, а когда открыла глаза — обалдела от изумления. Окно теперь было огромным панорамным витражом с несколькими створками и занимало почти всю стену! А вид... Мы теперь смотрели на площадь с высоты семиэтажного дворца!

— Сенора! — воскликнул Витольд, и я оглянулась, инстинктивно насторожившись, ожидая увидеть Лебедяну.

Но нет — он обращался ко мне. Точно! Я же теперь сенора Град... А позвал он меня, чтобы я обалдела от остальных изменений, случившихся с моей спальней.

Я застыла, ошеломленно осматривая комнату — нет, целые королевские покои, в которые она превратилась. Воздух здесь был наполнен тонким ароматом ночных цветов и чем-то еще — может, древней магии, вплетенной в сами камни.

Громадное панорамное окно, в которое мы только что смотрели, было обрамлено тяжелыми бархатными шторами цвета спелой сливы. Под ногами стелился огромный ковер с причудливыми золотыми узорами, настолько мягкий, что ноги вязли в нем, как в свежем снегу.

Одну из стен занимала широченная кровать на мраморном подиуме — настоящее произведение искусства с резными деревянными колоннами, поддерживающими полупрозрачный балдахин из струящегося газа в цвет штор. Постель утопала в шелковистых подушках всех размеров и оттенков от нежно-жемчужного до глубокого винного.