Сусанна Ткаченко – Та ещё звезда для миротворца (страница 22)

«Карающий» остался стоять где-то за лугом, который нам нужно было преодолеть незаметно. Платон подставил спину, я заняла привычное уже место, и мужчины снова побежали. Мы справились и оказались на финишной прямой никем не замеченные.

Вот только везти всегда не может.

– Вижу Кара. Он притворяется каменным курганом.

– Курган вижу. Но прямо на нём энергогады и стоят из себя пирамиду. Видимо, влезли на самое высокое место, какое нашли, – огорчила я своих спутников.

– Так, ладно. Если будем обходить с тыла, заметят? Много их?

– Нет. Но они же могут сверху нас засечь.

Платон думал несколько секунд, потом хлопнул эмонианина по плечу, как старого приятеля:

– Выбора нет, ист Бит, идём напролом. Кар нас подстрахует. Готовься поднимать земляные пласты. Полина, не своди с сирениумов глаз и кричи, когда заметят.

– Готов.

– Готова, – отрапортовали мы с эмонианином.

И мы пошли.

Поднимать пласты земли пришлось метров за пятьдесят до «Карающего», прикидывавшегося грудой камней. Сразу после того, как я объявила, что нас заметили.

Те, кто выстроили пирамиду, от своего занятия не отвлекались, но, видимо, подали знак стоящим внизу товарищам, и те принялись выстраиваться на нашем пути плотной стеной.

– Сейчас будут кидать шары, – предупредила я, когда светящиеся сущности вытянули вперёд руки, и на их пальцах заискрился воздух.

И вот тогда ист и дар на ходу как будто огромными острыми лопатами срезали верхний слой Вегги и принялись его толкать впереди себя. Наверное, большая часть шаров влетела именно в этот щит, но, к сожалению, вторженцы сами умели летать и потому имели возможность закидывать нас снарядами сверху.

– Попробуем их засыпать, – коротко выдал дар, и они с истом швырнули пласты вперёд, а новые поставили на их место.

Я не поняла, удалось ли кого-то нейтрализовать – не умела видеть сквозь землю, но этот манёвр разозлил сирениумов и на нас пролился дождь из шаровых молний.

Я думала, что нас спасали чудесные комбинезоны, потому что несколько снарядов попали в меня, но не причинили вреда. Так, невесомо стукнулись о поверхность и потухли. Только тёмные следы остались на серебристой ткани. Но, как выяснилось, я не показатель. Когда три снаряда разом попали в Платона, он ощутимо пошатнулся и был вынужден, бросив очередной пласт земли, защищаться, создав ударную энергетическую волну. А я от страха, что он упадёт и придавит меня, отпустила его плечи и слетела со спины на землю.

– Я в порядке! – закричала, чтобы он не отвлекался.

Ист Бит тоже создал вокруг себя энергетический защитный кокон и пытался укрыться от страшных шаров. Но у него выходило хуже, чем у Платона. Каждый попавший в цель шар заставлял эмонианина корчиться, как от разряда высокого напряжения.

Вот только одной мне они почему-то совершенно не причиняли вреда – они падали на костюм и тут же таяли, как снежинки.

Лишившись возможности атаковать землёй, защитники Вегги были вынуждены прижаться спинами друг к другу и двигаться к «Карающему» боком, очень медленно. Зачастую у них получалось сделать всего шаг вперёд и два назад. А вот у меня… Я совершенно случайно выбралась вперёд и, наткнувшись на сирениума, просто пробежала его насквозь…

Мои волосы давно стояли под шлемом дыбом, образно говоря, поэтому ещё больше обалдеть от этих странностей я просто не могла. Наверное, поэтому мой мозг выдавал несвойственные мне раньше варианты действий. Я села, загребла в обе руки перепаханной земли Вегги, а потом поднялась, сунула их в двух ближайших сирениумов, прямо в центр их светящихся тел, и разжала ладони. Сущности мгновенно потускнели и как будто втянулись в поверхность планеты. Я их как будто заземлила. И тогда, окрылившись успехом, я принялась работать, как конвейер: села, зачерпнула земли, встала, сунула в ближайших сирениумов, села, зачерпнула, встала, заземлила… и так много раз без устали и промедления. Спасибо скафандру, который заботился о моих мышцах.

Вскоре вторженцы сообразили или им сообщили верхние, что вражина, то есть я, косит их ряды, и они принялись от меня шарахаться, невольно освобождая коридор до самой насыпи. То есть до «Карающего». Платону и исту Биту оставалось прикрываться от шаров лишь с трёх сторон вместо пяти, так что двигались они теперь быстрее. Вскоре мы прижались к камням. И «Карающий» просто нас втянул в себя. Через миг мы рухнули на пол его грузового отсека, не в силах поверить, что добрались.

– Что ты такое? – спросил ист Бит в потолок вместо спасибо.

Ясное дело, вопрос он задал мне. Но как на него ответить, я не представляла, поэтому сделала вид, что не расслышала.

Зато Платон расслышал.

– Думаю, Полина – потомок экспериментальных людей, которых веги создавали по образу и подобию сирениумов им в противовес. Видимо, то, что моя сотрудница видит их суть и песни, а их энергия не приносит ей вреда – следствие тех экспериментов. А прокачки и энергетическое развитие, которое Полина получила в нашем времени, дали толчок спящим генам проснуться. Ничего во Вселенной не происходит просто так. Велико и всемогуще Предопределение.

– Воистину велико, – эхом вторил дару эмонианин. – Оно прислало нам помощь из глубины веков.

– Прерву вашу радость, – раздался сварливый голос Кара, – и доложу обстановку, которая не такая уж радужная.

– Погоди. Мне срочно нужен энергетик. Остальным тоже, – дар легко поднялся на ноги, словно про энергетик преувеличил, и подал мне руку. – Продолжим разговор в столовой.

Я взялась за крепкую ладонь и поднялась. Правда, не с такой лёгкостью. В безопасности я ощутила страшную усталость и головокружение с тошнотой. Но жаловаться не стала. До спасения ещё ого-го как далеко и валяться в отключке некогда.

Глава 18

В столовой нас уже ждали энергетические коктейли, и мы, упав на стулья, жадно к ним припали.

– Можешь обо всём говорить открыто, – сказал Платон, осушив свой стакан до дна, обращаясь к звездолёту, – сейчас не до тайн.

– Наша дорогая матушка Таисия не смогла договориться с сирениумами, – не стал медлить тот. – Её способность на них не влияет, потому что они чужие в нашей Вселенной. Не подаются её законам. Удалось только создать щит, который не позволяет вторженцам вырваться. Дара Вииара занимается эвакуацией всех, кто находится на Вегге. Никто не знает, чего ждать от сирениумов и не примет ли правительство коалиции решение уничтожить материнскую планету вместе с опасными сущностями.

– Нельзя этого делать, – отрезал дар.

– Пока это только один из выдвинутых кем-то способов решения проблемы. Очень многие против. Но никто не смог предложить альтернативу. Сирениумов пробовали уничтожить, но наше оружие их не берёт. Присылать их землёй, как вы с истом Битом пробовали делать – не вариант. Этот способ им не вредит. Сущности просачиваются сквозь землю и восстают. Их пробовали нейтрализовать жидкой резиной и другими материалами – бесполезно. Выводит их из строя только нарушение целостности энергетической оболочки и помещение внутрь чуждого предмета. То есть единственная, кто может им навредить – наша Полина.

Вот не зря говорят: бойся своих желаний, они могут исполниться. Хотела спасти Вселённую, чтобы стать ровней главе миротворцев? Получи и ешь полной ложкой!

– Что? – немного нервно спросила я, обнаружив на себе два пытливых взгляда. – У меня нет объяснений моим способностям, а про звук я вам уже говорила. Давайте спросим у Ванессы про песню. Может, она её вспомнит?

– Нет, не вспомнит. Я уже выяснил, – пояснил Кар. – У девушки был договор с акусом, по которому она прошла несколько прокачек и согласилась работать ключом. Но! Ванесса в своём сознании никогда у тайника не была и никаких песен не учила. Девушка являлась к акусу по первому требованию и, как ей казалось, присаживалась в кресло. Затем она засыпала, а просыпалась разбитой. Она думала, что директор театра воздействует на её сознание психотропными веществами, а на самом деле в её тело вселялся сирениум и делал свои дела.

– Значит, им не любое тело подходит для подселения? – спросила я задумчиво.

Ведь то, что француженку сначала изменили, к тому же постоянно сирениум в ней не находился, говорит о том, что они не мечтают о наших телах, да? Коктейль подействовал, и я стала чувствовать себя гораздо лучше: прошли тошнота и слабость, а мысли стали работать живее.

– Похоже на то. Жаль, что мы так мало о них знаем, – согласился с моими выводами Платон.

– ДНК-симбионт сказал, что дара Таисия Хазааш пыталась договориться с сирениумами, но у неё не вышло, – вдруг перевёл тему ист. – Я слышал, что она изгнала споросевов в чёрную дыру. Как ей это удалось? Сейчас она пыталась сделать то же самое с сирениумами?

Платон не очень хотел отвечать на этот вопрос – по нему было видно. Он молчал слишком долго. Но потом потёр грудь в области сердца и посмотрел прямо в глаза командорусу.

– Моя мать ещё в первое посещение Вегги раскрыла уникальную способность влиять на события при помощи силы своего желания.

Да ладно?! Такое бывает? Да это же настолько мощная сила, что может крышу снести. Таисия предстала передо мной совсем в другом свете. Теперь я не была уверена, что хочу такую свекровь.

– Совет коалиции об этом знает? – угрюмо уточнил ист Бит.

– Конечно. Но её бояться нужды нет. Мать тоже носит на теле хард-шва. Она никогда не пожелает лишнего. К тому же она прекрасно знает закон Предопределения: за всё надо платить и не деньгами.