Сусанна Ткаченко – Та ещё звезда для миротворца (страница 10)

– Не нужно, Пени. Мы пока предоставляем гостям жильё, и решать, кому нужна наша помощь, а кому нет – только им. А для сотрудников коалиционной безопасности номера приготовили?

– Разумеется, о лучшая хо…

– Там, где я сказала?

– Разумеется, лу…

– Всё. Свободна. Скажи в столовой, пусть начинают готовить.

Андроид улетучилась, а мы спустились на нижний этаж.

– Занятная у вас помощница.

– У тебя, Полина. Мы ведь с тобой почти ровесницы. Ты какого года рождения?

– Девяносто седьмого.

– А я девяносто первого. Так что… Тая меня называй.

Ну, если рассуждать таким образом, то дар Платон Хазааш вообще для меня пацан.

Хмыкнула про себя. На малыша глава миротворцев совсем не тянул, но спорить с его матерью я не стала. На «ты», так на «ты».

– Хорошо. Как я поняла, мы будем жить в центре вместе со следственной группой коалиции?

– Да. Так вышло, что у нас нет гостиниц, потому что нет праздных туристов. Мы не пускаем на планету чужаков без нужды. У нас бывают подопечные центра, студенты академии и рекруты миротворцев – вот для них мы и организовали жильё. Студенческие общежития, казармы, номера для жертв переселения…

На слове «казармы» стало тоскливо. Кое-кто очень торопливый скоро поселится там, а не как остальные – в номере.

– …Собственно, первый этаж у нас как раз и отдан под гостиницу, столовую и информационный центр, – Таисия обвела рукой холл, разделённый эскалаторами на две части. – У андроидов в любое время можно будет попросить что угодно и задать любые вопросы. Вас мы поселим в правом крыле, а сотрудников КСБ в левом. Общение будет проходить в присутствии нашего юриста, психолога и меня. Так что не переживайте, никто вам ничего плохого не сделает и к нежелательным действиям не принудит.

– Это очень радует… А могут?

– Думаю, они бы с радостью. Но не будем о плохом. Предлагаю посмотреть мой любимый реабилитационный этаж. Там есть всё, что нужно для счастья! Релаксаторы, сауны, соляные пещеры, хамамы, два бассейна, массажные кабинеты, фитобочка, обёртывание, душ Шарко, гидромассаж и много-много всяких приятностей со всех планет и времён.

Боже, я попала в рай! И кто-то умный будет в нём жить долго-долго, а кто-то глупый пару дней, пока не улетят следователи. Хотелось себя отпинать и на втором этаже, и на третьем – там находились классы для обучения востребованным специальностям, и на четвёртом – там принимали специалисты: юристы, психологи и, да, медики, которые занимались прокачками. Но только по желанию и показаниям! На пятом этаже, где располагался кабинет Таисии и залы для самосовершенствования, тоже злость на себя не пропала.

– Мы делаем упор на развитие собственных каналов и наращивание внутренней энергии, а не на искусственное совершенствование. Даём базовые знания энергетически продвинутых рас. В основном, конечно, используем даурианские практики, но не брезгуем и другими нам известными. Так что подумай, Тая, ещё раз. Ты красивая, талантливая девушка, нужно ли тебе идти в боевики?

Да сто процентов не нужно! Только поздно пить «Боржоми».

– Хочу сделать что-то полезное и тогда со спокойной совестью продолжу развлекать народ, – уныло выдавила я из себя «правильные» слова.

– В любом случае двери центра для тебя всегда открыты и помощь моя обеспечена.

– Добрейшая из всех существующих хозяек хозяйка! – Пени опять подкралась незаметно, и Таисия, поморщившись, пробормотала что-то типа «ла-а-дно, теперь моя очередь». – Прибыл флаер агентов КСБ.

– Спасибо, Пени. Разместите гостей, познакомьте с нашим распорядком дня и правилами, а затем поинтересуйтесь пожеланиями. Скажите, что дар Раамн и дар Таамн встретятся с ними через час.

– Ваше слово закон для Пени и всех андроидов Феникса, наидобрейшая хозяйка, – отрапортовала андроид и стремглав умчалась выполнять.

– Когда я только познакомилась с Пени (на Фениксе всех андроидов тогда звали Пени), она не умела произносить слова длиннее пяти букв, – глядя ей вслед, с улыбкой сказала Тая. – Понять её было непросто. Но потом наши технари обучили роботов языкам и с тех пор иногда развлекаются. А я теперь даже не знаю, что хуже.

– Ну это мило, – оценила я близость правителей и технарей, – напоминает домашние подтрунивания.

– Что-то в этом духе, да. Ну что ж, Поля, Тони проводит тебя в твой номер, – не успела правительница Феникса договорить, как к нам подскочил отделившийся от стены андроид-мужчина, – а я вынуждена тебя на время оставить. Мне нужно переговорить с мужем перед встречей с чужими силовиками.

Я поблагодарила и отправилась за Тони.

Робот повёз меня на первый этаж на лифте, который останавливался прямо у входа в жилое крыло, но я всё равно успела заметить компанию людей разных рас в чёрной форме с красной отделкой, суровыми лицами, военной выправкой и с аурой силы. Особенно ощутимо её источал здоровенный эмонианин, который вперил в меня острый, как кинжал, взгляд, перед тем, как я скрылась за дверью. Эти жутковатые на вид инопланетяне часто занимали руководящие посты в силовых структурах коалиции. Говорят, потому что никогда не нарушают клятв и не ведают жалости. Я, наверное, в сотый раз за день порадовалась тому, что нахожусь под защитой центра помощи переселенцам, хоть и временно.

Глава 9

Платон

– Замечания или жалобы по размещению есть? – спросил Ра у КСБ-ушников, как только мы вошли в конференц-зал центра помощи переселенцам.

Мама возмущённо втянула в себя воздух и посмотрела на мужа. Типа «какие могут быть на безупречную меня жалобы?» Грозный дар Раамн прикинулся, что не заметил, и поспешил к столу, чтобы отодвинуть драгоценной жене стул.

– Всё на должном уровне, дар Раамн, выражаем благодарность, – ответил за всех старший группы командорус ист Бит Вал Алий.

Этого эмонианина я знал. Как-то раз пересекались на операции по предотвращению теракта на одной неблагополучной планете.

– Тогда сразу начнём координацию действий, – сказал я и первым уселся за стол переговоров.

Остальные последовали моему примеру. Кроме мамы. Она осталась стоять, проигнорировав любезно отодвинутый мужем стул.

– Уважаемые гости Феникса и центра помощи переселенцам, – начала она очень официально, а это знак, что настроение у мамули воинственное. – Хочу вам напомнить о том, что прибывшие с Энгина-24 являются не только подозреваемыми, но и пострадавшими. Поэтому они находятся под нашей защитой.

Гости склонили головы, показывая, что предупреждение принято, а ист включил портативный голопроектор. Через минуту перед нами появился кабинет бывшего директора театра, и сам он собственной ещё живой персоной.

Радовало, что следователи КСБ не теряли времени даром.

– Как мы можем понять из записи с ретропутешественника, акус Боржа успел отправить неизвестному лицу послание. – Директор на проекции в этот момент быстро отстукивал пальцами по клавиатуре компьютера какую-то сложную гамму. – На его дешифровку потребуется время, но и без этого можно предположить, что это было не любовное письмо.

Немного взяла досада. Такой аппаратуры в распоряжении миротворцев не имелось. Ретропутешественники – наследие, оставшееся от экспериментов по переселению и путешествиям в прошлое. Сейчас, когда глобальная программа под запретом и орбитальные станции с установками превратили в музеи, все изыскания в сфере путешествий во времени ведутся лишь в сторону отправки туда приборов и доступны только официальным властям. А миротворцы стоят к ним скорее в оппозиции, и по этой причине доступа к новинкам нам не выдавали. Жаль. Но у меня тоже кое-что имелось.

– Компьютер директора мы проверили от и до – следов послания нет, но в уничтоженных файлах удалось найти один интересный документ, – поделился я своими уликами. – Он похож на опись награбленного. И, судя по движению вещей оттуда и туда, у акуса есть тайник или неприкосновенный запас… или, судя по тому, что звездолёт, перевозящий сотрудников театра на Феникс, преследовал неизвестный летательный объект, это был не совсем тайник, а скорее общак.

– А кто-то из привезённых сюда сотрудников акуса что-то о нём знает, – закончил за меня ист и потёр чёрную паутину, вытатуированную на левом виске.

– Давайте дадим сотрудникам театра немного прийти в себя и попробуем разговорить их по-хорошему? – сразу приняла стойку курицы-наседки мама. – Я выяснила, что энгинцам основательно промывали мозги и сейчас они на контакт могут не пойти.

– Хорошо бы ускорить этот процесс, – тяжело проронил ист и посмотрел на правительницу Феникса пристальным взглядом.

Кроваво-красные глаза с узкими чёрными зрачками, наверное, должны были её впечатлить, но эмонианин плохо знал Таисию Хазааш. Она встретила этот взгляд совершенно равнодушно.

– Я понимаю, что время – деньги, но эти люди и так натерпелись. Они к вам в будущее не просились, однако их перетащили и бросили. Так что будьте добры проявить терпение.

– Вы не поняли меня, дара Таисия, – изволил объясниться командорус, сделав выражение лица менее грозным. – Дело в том, что я предполагаю нападение на Феникс и вторжение в центр помощи переселенцам. У всей этой истории знакомый почерк. Я почти уверен, что мы имеем дело с «Вершителями судеб». Это организация, которая хочет захватить Веггу и добраться до вегатворагов, если вы не знали. Эти фанатики не для того столько лет грабят, чтобы всё потерять. Они могут решиться на отчаянный шаг.