Сурути Бала – Пойман с поличным. О преступниках, каннибалах, сектах и о том, что толкает на убийство (страница 9)

Как мы упоминали в главе 1, человек появляется на свет с набором предрасположенностей; генетический жребий уже брошен. То, что происходит дальше, – отношение родителей, получаемый детьми опыт и среда, в которой они растут, – точно так же, как и генетика, находится вне нашего контроля и тоже играет крайне важную роль.

А теперь давайте поместим эти теории в контекст. Поговорим о не самом известном убийце, у которого было довольно шокирующее детство, и попытаемся выяснить, как пренебрежение, плохое обращение, проблемы в семье, жестокие родители и травма повлияли на его поступки во взрослой жизни.

Юрген Барч. («Убийца-акселерат»)

6 ноября 1946 года в Эссене, ФРГ, у молодой незамужней женщины по имени Анна Задроцински родился мальчик, которого она назвала Карлом. К сожалению, мать умерла вскоре после родов. Младенца оставили в больнице на попечение медсестер, а затем перевели в приют.

В течение первых одинадцати месяцев у Карла были вполне приемлемые условия жизни, но никто не проявлял к нему любви и привязанности. Таким образом, мы почти сразу видим, что над его судьбой сгущаются тучи. Итак, прежде чем углубиться в историю этого человека, посмотрим, как этот ранний опыт мог повлиять на его дальнейшее поведение.

Первый год жизни ребенка очень важен с точки зрения эмоционального, психологического и речевого развития, и безответственность или даже безразличие по отношению к малышу могут оказывать колоссальное негативное влияние. Давайте поразмышляем о детском мозге и о развитии в нем нейронных связей. Если к ребенку проявлять любовь и внимание[28], его мозг будет развиваться, будут формироваться новые нейроны. Но в мозгу младенца, не получающего должного воспитания и ухода, выстраивается меньше нейронных связей. Когда эти возможности оказываются упущенными, возникшие психологические и речевые недостатки становится чрезвычайно трудно – а в некоторых случаях и невозможно – исправить в более позднем возрасте.

Как показало исследование, опубликованное в журнале Current Psychology в 2020 году, в этот период у ребенка также формируется способность выражать эмоции[29]. В главе 1 мы уже отметили, что для людей, которым поставлен диагноз антисоциального расстройства личности или которые проявляют психопатические черты, характерен уплощенный или притупленный аффект[30]. Им сложно передавать свои эмоции, у них менее оживленная мимика, а голос не отличается яркими интонациями. Одна из распространенных психопатических черт – неспособность распознавать эмоции других. Это может в некоторых случаях быть связано с безразличием со стороны родителей, с которым человек сталкивался в детстве. Когда ребенок не получает положительных и выразительных реакций, это часто приводит к тому, что его эмоции (и их выражение) остаются скупыми.

Так что же первично? Это ребенок («курица») с психопатическими чертами – такими как черствость и бесстрастность, – который, возможно, никогда не улыбается, мешает родителям проявлять теплые чувства и участие? Или безразличные родители («яйцо»), которые своим пренебрежением формируют проблемного ребенка?

На этот вопрос нет однозначного ответа, но исследования подтверждают теорию о привязанности и ее роли в развитии личности. Ведь помимо необходимых эмоциональных и психологических вех, существуют также ключевые этапы установления связи между ребенком и его родителями, которые приходятся на это время. И снова, если возможность будет упущена, последствия могут быть разрушительными. Первый год жизни, в частности, имеет решающее значение для адекватного становления зрелой личности, потому что именно в это время дети начинают развивать самоощущение и способность к раскаянию, состраданию и привязанности. Если младенец не получает достаточного эмоционального внимания или физического контакта в первые дни жизни, это может привести к развитию существенных личностных проблем в будущем.

Нам необязательно углубляться в мир серийных убийц – и человека вообще, – чтобы понять важность теплоты, привязанности и любви. В 1950-х годах американский психолог Гарри Харлоу провел свой знаменитый эксперимент с обезьяной. По сути, он дал детенышам этого животного выбор: проволочный каркас обезьяны-матери, держащей бутылку с молоком, или пушистая мать-обезьяна без бутылки. Каждый детеныш, участвовавший в эксперименте, выбирал мягкую обезьяну-мамочку, чтобы иметь возможность обниматься с ней даже в ущерб еде. Малыши были готовы голодать, но получить как можно больше нежности. Однако обезьянам, которые прошли аналогичное испытание в младенчестве, так и не удалось встроиться в сообщество сородичей и сформировать социальные связи в более позднем возрасте. Это связано с тем, что, хотя они инстинктивно и сделали выбор в пользу «привязанности» пушистой мамы-обезьяны, на самом деле им не довелось испытать столь необходимых заботы и любви. Эти обезьяны провели остаток жизни в смятении, страхе и изоляции.

И если подобные вещи недостаточно ярко описывают проблемы обездоленных детей, не волнуйтесь – это еще не все.

«Душегубки»

В поисках печального и яркого примера того, насколько разрушительным бывает отсутствие здоровой эмоциональной связи в детстве, перенесемся в Румынию. В 1966 году тогдашний диктатор Николае Чаушеску запретил аборты и любые формы контрацепции, чтобы не допустить резкого сокращения численности населения после Второй мировой войны. Но, как и ожидалось, принуждение граждан заводить детей, о которых они не хотели или не могли заботиться, привело к тому, что тысячи и тысячи малышей оказались в приютах по всей Румынии.

По приблизительным оценкам, около 170 тысяч детей попали в учреждения, которые стали известны как «детские лагеря» или «душегубки». В конце 1989 года коммунистическая диктатура окончательно пала, и положение Румынии стало столь плачевным, что этот феномен впоследствии окрестили «позором нации».

В 1990 году внешний мир узнал кошмарную правду о том, что происходило в стране. История разворачивалась перед глазами телезрителей во всех ужасающих подробностях: программа 20/20 на телеканале ABC показала шокирующие кадры с сотнями крайне истощенных детей, живущих в жутких условиях. В темных, холодных и переполненных корпусах практически без присмотра находились грязные дети, которые, бормоча и раскачиваясь, сидели в своих кроватках и клетках. Полы были покрыты фекалиями и мочой. Большинство воспитанников явно страдали от многочисленных заболеваний, которые никто не лечил. Позднее выяснилось, что некоторым из «детей» было около 20 лет, но их рост не превышал метра.

В 2000 году детский нейробиолог из Гарварда Чарльз Нельсон возглавил Бухарестский проект по раннему вмешательству[31]. Исследователи работали со 136 воспитанниками румынских детских домов в возрасте от шести месяцев до двух с половиной лет. В процессе работы специалисты попытались оценить степень привязанности между детьми и их опекунами или родителями. В контрольной группе, состоящей из местных детей, выросших в семьях, сто процентов испытуемых имели полностью сформировавшуюся привязанность к матери. Среди выходцев из детских домов привязанность наблюдалась лишь в трех процентах случаев. Хуже того, 13 процентов таких детей были признаны «неклассифицированными», то есть они вообще не проявляли соответствующих эмоций. Это стало шоком для исследователей. До эксперимента считалось, что ребенок будет привязан даже к самым жестоким взрослым, как те детеныши обезьян, цеплявшиеся за фальшивую маму, которая не проявляла любви. Никто не предполагал, что могут существовать дети, полностью лишенные способности чувствовать приязнь к другому человеку.

Таким образом, поиск утешения в стрессовых ситуациях – это выученное поведение (еще одно очко команде «Воспитание»). Эти дети выросли, не подозревая, что взрослый может помочь им почувствовать себя лучше. Сделанное открытие, наряду с экспериментами Харлоу, показало, что теплые отношения с родителями или опекунами – или то, что психологи называют «надежной привязанностью», – имеют решающее значение для здоровья и процветания в дальнейшей жизни. Было также доказано, что отсутствие здорового эмоционального контакта вызывает чрезвычайно широкий круг проблем: у таких детей развивалось схожее с аутизмом поведение, например, постоянное покачивание всем телом или головой. Они также имели физические отклонения: окружность головы значительно меньше средней, ослабленная иммунная система, сложности с набором массы тела.

Опять же, это крайности, и большинство людей, имевших плохие отношения с родителями или расстройство привязанности, никоим образом не становятся агрессорами, а тем более убийцами. Но, как сказал британский психиатр и отец теории привязанности Джон Боулби, нельзя отрицать, что привязанность – это эмоциональная связь, которая влияет на поведение человека «от колыбели до могилы». Сегодня некоторые социологи и психологи фактически считают психопатическое или социопатическое поведение механизмом защиты мозга, если в детстве человек столкнулся с безразличием или получил травму.

Итак, теперь мы знаем, что привязанность в раннем детстве абсолютно необходима для нормального развития личности. А значит, неудивительно, что в судьбе некоторых серийных убийц, таких как Дэвид Берковиц, Джоэл Рифкин и Кеннет Бьянки, присутствует общая черта: все они были усыновлены в этот наиважнейший возрастной период. Не будем, однако, забывать о том, что это лишь один из многих факторов. Очевидно, что не все усыновленные имеют серьезные личностные проблемы; многие дети попадают в любящие семьи и ведут нормальный образ жизни. Получив с самого рождения и в более позднем детстве теплоту и заботу, упомянутые преступники вряд ли демонстрировали бы столь агрессивное поведение.