Сурути Бала – Пойман с поличным. О преступниках, каннибалах, сектах и о том, что толкает на убийство (страница 14)
Нет ничего плохого в том, чтобы жить в трейлере, и, как мы увидим, переезд не был главной причиной состояния Андреа, но он определенно не пошел ей на пользу. Семья поселилась в трейлере не из соображений экономии. Расти работал на НАСА, и у него были деньги, чтобы жить в обычном доме. Но дело в том, что не только Андреа беспокоили мысли о дьяволе. Вернувшись в колледж, Расти начал следовать учению Майкла Воронецки – пылкого уличного проповедника, который попутно баловался христианской электронной танцевальной музыкой. Воронецки считает себя независимым христианским миссионером и не относится к какой-либо конфессии. Еще в девяностых годах вместе с женой Рэйчел и шестью детьми он покинул Мичиган и отправился в путь на своем автобусе, который выступал своеобразной церковью на колесах, чтобы славить Иисуса в стиле «Дикой семейки Торнберри»[48]!
Они путешествовали по США (и по ряду других стран), проповедуя свой особый вид христианства – аскетизм, возвращение к библейским основам и идею, что лишь очень немногочисленная группа избранных сможет попасть на небеса (
В год, когда они поселились в автодоме, Андреа снова забеременела, и у нее случился выкидыш. Но вскоре она зачала еще раз, и в 1997 году у Йейтсов родился третий сын – Пол. После этого видения стали еще более страшными, а голоса усилились: они принялись убеждать Андреа убить детей. Расти по-прежнему ничего не замечал.
Мальчики росли не по дням, а по часам, и через год отец семейства обменял трейлер на старый автобус «Грейхаунд» площадью 32 квадратных метра. И словно трех мальчиков и двух взрослых было недостаточно для этого дома на колесах, когда всего через несколько месяцев появился четвертый ребенок, Люк. Бытовые условия были отвратительными, но Расти все время пропадал на работе, и именно Андреа каждый день оставалась наедине с четырьмя детьми, старшему из которых не было и четырех. Она даже не использовала одноразовые подгузники или стиральную машину, опять же из соображений аскетизма. Андреа казалось, ее жизнь идет ко дну. Теперь голоса уже не разговаривали, они вопили.
В эпизоде «Безумие матери», снятого в 2002 году в рамках телешоу «Полицейские снимки», ясно показано, как рушилась жизнь Андреа; она учила на дому трех старших мальчиков и кормила новорожденного, все свое время проводя в автобусе. Женщина также переписывалась с Воронецки – хотя изначально учению проповедника следовал Расти, именно многодетная мать теперь погрузилась в него с рвением неофита.
Медленно, но верно в течение того лета проблемы Андреа начали усугубляться и сливаться с ересью, которую она регулярно впитывала. Ее голова была забита всей этой чепухой. По словам доктора Люси Пурьер, свидетеля-эксперта, нанятого адвокатами Йейтс, ключевым посланием Воронецки своим последователям было следующее: «Если вы считаете себя хорошим человеком и христианином, надеясь попасть на небеса, то вы заблуждаетесь, потому что проявляете гордыню. Только Бог решает, кто попадет в рай». Он также называл всех женщин злом и даже написал Андреа, что она дочь Евы, порождение вредоносной ведьмы. Этот парень был абсолютно отмороженным, и, как вы понимаете, подобные его выпады только усугубляли ситуацию.
К тому времени окружающие начали замечать, что с Андреа что-то не так, но она по-прежнему не получала той помощи, в которой нуждалась. Женщина становилась все более отчужденной и продолжала регулярно общаться с Воронецки.
Это было фатальное стечение обстоятельств: Майкл Воронецки разглагольствовал о добре, зле, Боге и дьяволе, а для измученного разума Андреа все это приобретало особый смысл. Как было сказано выше, судя по заявлениям доктора Пурьер в суде, Воронецки считал особенно важной проблемой то, как современные женщины относятся к воспитанию, и Андреа зацепилась именно за это. По мысли Воронецки, работа женщины – сидеть дома и растить детей, но сегодня они слишком ленивы, чтобы делать это правильно. Проповедник даже написал на эту тему причудливое стихотворение, которое опубликовал в своем бюллетене под кошмарным названием «Пагубные времена». За несколько дней до убийства он отправил Андреа этот опус, который заканчивается суровыми строками: «Современная мать в мирской жизни брошена в ад! Что теперь станет с детьми такой Иезавели[49]?» В суде как обвинение, так и защита использовали это сочинение в качестве доказательства.
Благодаря такой риторике Андреа начала считать себя «Иезавелью», а своих детей – теми, кто заплатит за ее грехи. Она уверовала, что ее сыновья попадут в ад, потому что она ужасный родитель, хотя все знакомые считали ее любящей и ласковой матерью, каких еще поискать. Но так уж работает психоз. Влияние, которому может подвергнуться психотический человек, – например, со стороны религии – ложится в основу его заблуждений. В случае Андреа, когда психоз усилился, ее одновременно засыпали письмами о крайностях – добре и зле, Боге и дьяволе. И в результате все это перепуталось в ее сознании.
Через четыре месяца после рождения Люка Андреа позвонила Расти и просто сказала: «Приходи домой, мне нужна помощь». Когда Расти вернулся домой (к автобусу), Андреа сидела там и грызла пальцы – не ногти, а именно пальцы, – и ее трясло. К этому моменту женщину уже несколько месяцев преследовали яркие, навязчивые мысли об убийстве детей, которые полностью завладели ее разумом.
Расти отвез Андреа и мальчиков к родителям – он не знал, что делать. И хотя переезд из автобуса был хорошей идеей, его жена все еще нуждалась в медицинской помощи. На следующий день Андреа намеренно приняла огромную дозу снотворного, раздобыв лекарство у своего отца. Она была на волоске от смерти, но выжила.
После попытки самоубийства Андреа была доставлена в психиатрическую больницу, ей поставили диагноз «клиническая депрессия» и прописали антидепрессант «Золофт». Затем пациентку направили к психиатру доктору Эйлин Старбранч, которая порекомендовала заменить назначенное лекарство антипсихотическим препаратом «Зипрекса». Андреа требовалась серьезная терапия, но она по-прежнему находилась под влиянием идей Воронецки – по его словам, все врачи были плохими, а прием медикаментов и того хуже. Поэтому Андреа, находившаяся в состоянии параноидального психоза, тайно перестала пить лекарства. Ее состояние стало ухудшаться: она начала выдергивать волосы, безжалостно царапать кожу и вскрывать язвы и струпья на теле. Зрительные и слуховые галлюцинации также стали усиливаться. В ее голове снова и снова раздавались крики: «Возьми нож, возьми нож, возьми нож!»
Спустя несколько недель Андреа взяла в руки нож, но испугавшись своего намерения убить детей, она попыталась нанести
ЧТО ТАКОЕ ПОСЛЕРОДОВОЙ ПСИХОЗ?
Послеродовой психоз – не то же самое, что послеродовая депрессия. Послеродовая депрессия – серьезное, но довольно распространенное заболевание. Примерно каждая седьмая женщина может испытывать чувство постоянной печали, беспокойства и недостатка энергии, которые сопровождают послеродовую депрессию. Но, по данным Национальной службы здравоохранения Великобритании (NHS[50]), послеродовой психоз возникает у молодых матерей только в одном случае из тысячи. При этом они страдают от бреда, галлюцинаций и маниакального настроения – по сути, те же симптомы мы наблюдаем у больных психозом. Более чем у половины женщин с послеродовым психозом диагностируется биполярное расстройство или маниакальная депрессия, но большинство из них полностью выздоравливают, если получают адекватное лечение. Оно подразумевает прием лекарств, терапию и в некоторых особо тяжелых случаях – электросудорожную терапию (ЭСТ), при которой через мозг пропускаются небольшие разряды электрического тока, вызывающие судороги и изменяющие химический состав мозга.
Психиатр рекомендовал Андреа пройти ЭСТ, но они с Расти отказались, поэтому после трех недель пребывания в больнице женщину выписали, вручив рецепты на необходимые лекарства и план ежемесячных посещений врача. Многодетным родителям также недвусмысленно дали понять, что им больше не стоит заводить детей. Доктор Старбранч, психиатр Андреа, неоднократно подтверждала этот факт, повторяя о нем в каждом интервью, которые она давала на протяжении многих лет. Эта рекомендация связана с тем, что, когда у женщины уже был эпизод послеродового психоза, вероятность заиметь
Вернувшись к лекарствам и теперь поселившись вместе с семьей в красивом новом доме, Андреа начала поправляться. К сентябрю 1999 года ее здоровье значительно улучшилось, и она стала возвращаться к своему обычному состоянию. Два месяца спустя супруги приняли судьбоносное решение. Вопреки совету врача, Андреа перестала принимать противозачаточные средства и антипсихотические препараты. В следующем году у пары родился пятый ребенок и первая дочь – Мэри.