Сурути Бала – Пойман с поличным. О преступниках, каннибалах, сектах и о том, что толкает на убийство (страница 16)

По сути, «невиновен по причине невменяемости» означает следующее: человек либо не отвечал за свои поступки, либо не осознавал, что поступает неправильно. Как мы увидим при анализе различных случаев в этой главе, проблема в том, что «неправильное» – очень субъективное понятие. Неправильно по чьим меркам? «Неправильность» – чисто философская идея. А если чье-то психическое заболевание искажает его восприятие реальности до такой степени, что у него развивается такое представление о правильном и неправильном, которое больше не соответствует нашим общественным нормам? Непростые вопросы, правда? Не волнуйтесь, дальше – больше.

Вообще говоря, если представители защиты хотят потребовать признать подсудимого «невиновным по причине невменяемости», они должны выполнить два условия:

1. предъявить показания экспертов с целью доказать, что подсудимый психически болен;

2. суметь обосновать, что это психическое заболевание лишило подсудимого способности рассуждать, понимать свои действия или иметь умысел.

Чтобы обвиняемый был объявлен невменяемым, психическое заболевание этого человека должно исказить его восприятие реальности до такой степени, чтобы (1) он не понимал, что его действия незаконны; (2) он вообще не осознавал, что делает; или (3) был вынужден действовать под давлением непреодолимой силы (например, голосов или зрительных галлюцинаций). Доказанность одного из этих факторов абсолютно необходима для такой стратегии защиты. Какое именно из этих условий необходимо доказать, зависит от штата – и мы вскоре об этом поговорим.

Если кто-то психически болен, но это заболевание не лишило человека способности понимать, что он делал и у него все еще был умысел совершить преступление, его нельзя признать невиновным по причине невменяемости. Потому что (повторяйте за нами вслух) одного психического заболевания недостаточно для признания «невиновным по причине невменяемости». Итак, наличие психического расстройства не превращает вас в убийцу или жестокого индивида, не делает вас автоматически «невменяемым» и, следовательно, не несущим ответственности за свои действия. Запомнили? Хорошо.

Теперь давайте поговорим о правилах и конкретных условиях, которым нужно соответствовать, чтобы быть признанным невменяемым в суде. Эти условия не универсальны; они различаются в зависимости от страны, а внутри США – от штата. Об этой лотерее почтовых индексов важно помнить, так как это означает, что кто-то, признанный невменяемым в одном штате, возможно, не смог бы избежать уголовной ответственности, если бы его дело рассматривалось в другом месте.

Около половины штатов США, а также Великобритания и Канада используют так называемое правило Макнотена. Другая половина штатов опирается на Модельный уголовный кодекс. (За исключением Нью-Гэмпшира, где решили действовать по-своему и следуют правилу Дарема. Вот уж действительно, «Свобода или смерть!»)

ПРАВИЛО МАКНОТЕНА

Правило Макнотена – старейшее из условий для признания человека «невиновным по причине невменяемости». Оно восходит к случаю, имевшему место в 1843 году в старой доброй Англии, когда шотландский токарь по имени Дэниел Макнотен попытался убить тогдашнего премьер-министра Великобритании Роберта Пиля. Но вместо этого он застрелил секретаря Пиля, Эдварда Драммонда. На суде Макнотена признали полностью невменяемым, поскольку он был убежден, что за ним шпионят и правительство сговорилось против него. Его оправдали по причине невменяемости, и этот прецедент стал переломным моментом для британской юриспруденции.

Даниэл Макнотен был отправлен в психиатрическую больницу на всю оставшуюся жизнь, но общество пришло в ярость. Люди чувствовали, что ему все сошло с рук. Даже королева Виктория пыталась вмешаться, но ничего из этого не вышло.

Итак, в чем же заключается правило Макнотена? Вероятно, большинство из нас, размышляя о признании кого-то невиновным по причине невменяемости, вспоминает аргумент о том, что подсудимый не понимал, что делал во время совершения преступления, или, если осознавал, то не мог отличить правильное от неправильного из-за дефекта сознания, вызванного психической болезнью.

Сегодня штаты, пользующиеся правилом Макнотена, могут делать это с дополнительным использованием другого правила (или без него) – теста на непреодолимый импульс. Этот тест, введенный в США в 1960-х, был создан с целью помочь судам в ситуациях, когда обвиняемый в момент преступления понимал, что делал нечто «неправильное», но из-за психического заболевания не контролировал себя и не мог отказаться от совершения поступка.

Ни одно из этих правил не является идеальным, даже с натяжкой. И они довольно запутанные, поэтому, прежде чем продолжить, давайте проясним, какие проблемы возникают с каждым из них.

1. Правило Макнотена основано на идее «противоправности», но существуют разногласия по поводу того, является ли это различие между добром и злом юридическим или моральным. (К этому вопросу мы еще вернемся, потому что он весьма важен.)

2. Основная проблема теста на непреодолимые импульсы состоит в следующем: существует мало научных доказательств, подтверждающих утверждение о том, что психические заболевания (даже если они серьезные и реальные) могут подавлять самоконтроль до такой степени, что у человека не остается выбора.

Другая половина штатов США, допускающих оправдание по невменяемости, использует Модельный уголовный кодекс, который на самом деле намного шире и, следовательно, немного мягче, чем правило Макнотена, поскольку он учитывает нюансы морали и того, что считать «неправильным».

Итак, как все это применимо к Андреа Йейтс и Сьюзен Смит? Давайте разберемся.

Судебные разбирательства

Андреа Йейтс

Андреа Йейтс судили в Техасе, где используют правило Макнотена с тестом на непреодолимый импульс, и бремя доказательства невменяемости лежит на обвиняемом. Позиция самой Йейтс с самого начала заключалась в том, что ее нужно наказать. Женщина стремилась к тому, чтобы ее признали виновной, так как считала себя ужасной матерью. Согласно ее убеждению, когда государство накажет ее за убийства, сам сатана будет уничтожен. Конечно, узнав о ее замысле, адвокат Венделл Одом убедил подзащитную вместо этого настаивать на невиновности по причине невменяемости.

Во время допроса Йейтс заявила полицейским, что любила своих детей, но продолжала слышать голоса, которые говорили ей, что она – дьявол. Именно из-за нее дети были обречены на ад и вечное проклятие. По мнению Йейтс, все было предопределено – они наверняка пошли бы по пути греха, и она не могла ничего сделать, чтобы исправить это. Единственным способом спасти юные души было отправить их на небеса, пока они еще оставались чистыми.

Психиатр защиты диагностировал у Йейтс демономанию – убежденность человека в собственной одержимости злыми духами. Но Йейтс настаивала на том, что она одержима не просто каким-то старым лесным духом, но «самим Сатаной».

18 февраля 2002 года Андреа Йейтс наконец-то была признана готовой предстать перед судом; ее группа защиты готовилась затребовать оправдание по невменяемости, в то время как государственное обвинение намеревалось сурово наказать Йейтс – они добивались смертной казни. В прокуратуре лучшим способом выиграть дело посчитали попытку полностью сосредоточить внимание присяжных на том, осознавала ли Йейтс, что хорошо, а что плохо, когда одного за другим убивала своих пятерых детей. Они не хотели, чтобы присяжные «отвлекались» на долгую историю психического заболевания женщины. Прокуроры утверждали, что Йейтс осознавала, что делает, так как была подготовлена, и сосредоточились на вещественных доказательствах.

Одним из их основных доводов было то, что Ной, старший ребенок, был убит последним. По их мнению, это произошло потому, что Йейтс понимала – справиться с ним будет труднее всего, борьба может напугать других детей и заставит их заподозрить неладное. Обвинение пыталось доказать, что Йейтс осознавала свои действия и принимала обоснованные решения. (Здесь можно возразить, что соберись кто-то совершить массовое убийство, полагая, что так угодно Богу, то сначала он устранил бы самую большую угрозу.)

У защиты возникла проблема с тем, какое впечатление подсудимая производила на публику. По словам адвоката Одома, сразу после ареста Йейтс была «самой больной женщиной, которую он когда-либо видел», но спустя несколько месяцев терапии и ухода она выглядела намного лучше. Конечно, присяжные должны были сосредоточить внимание на душевном состоянии обвиняемой в то время, когда она фактически совершила преступление, но сейчас Йейтс казалась почти «нормальной», и это не могло не отразиться на судебном процессе. Итак, защита показала присяжным все видеозаписи, на которых Йейтс сразу после задержания представлялась совершенно безумной. Все увидели, как она общается с героями мультфильмов, которые разговаривают с ней из телевизора и велят убить детей, чтобы спасти их от ада.

Разумеется, у обеих сторон были свои свидетели-психиатры. На стороне защиты выступал доктор Филипп Резник, а на стороне обвинения – доктор Пак Дитц. (Доктор Дитц, возможно, является одним из самых известных судебных психиатров в мире; он работал над делами Джоэла Рифкина, Джеффри Дамера и Унабомбера. Он также выступает экспертом в различных телешоу, таких как «Закон и порядок».)