Сулари Джентилл – Женщина в библиотеке (страница 12)

– Ты испугалась? – Теперь Каин выглядит более проснувшимся. – Конечно испугалась. Боже, прости. Я сейчас приеду – дай мне минутку одеться.

– Не надо приезжать, – говорю я, смутившись. – Я немного запаниковала, но теперь я в порядке.

– Да, к тому же с ней я, – добавляет Мэриголд. – Мы просто подумали, что ты должен знать, чем занимается твой телефон.

Каин трет глаза ладонями:

– Давайте я вас обеих свожу утром на завтрак? В качестве извинения за хулиганство моего устройства? Разберемся со всем за блинчиками.

Мэриголд ждет, что отвечу я.

Я пожимаю плечами:

– Давай.

Я сооружаю постель для Мэриголд на диване – она догадалась прихватить сумку с вещами.

– Спасибо. – Проверяю, что ей достаточно одеял. – Извини, что вытащила тебя из дома из-за такой глупости…

– Не переживай, Фредди. – Она взбивает подушку. – И к сведению: твоя реакция совершенно адекватная. Все это странно и немного жутко. И если мы найдем нашего маленького монстра, укравшего телефон Каина, то хорошенько его отшлепаем.

Моя дорогая Ханна.

Буду короток.

Мы обычно говорим «мобильник». Американцы любят точность. А еще «дурацкие звонки». «Неприятные звонки» вполне понятный термин, главное, чтобы его не употребляли американские персонажи.

Размышляю, не должен ли кто-нибудь отметить, что о потере телефона Каину верят на слово… или такой комментарий слишком рано намекнет читателю на убийцу? Можно дать читателю достаточно информации, а можно разболтать весь финал – это тонкая грань.

Забыл упомянуть в прошлом письме: ехал в метро и видел не одного, а целых трех человек, которые читали твою книгу. В метро! Фото прилагаю.

А теперь возвращайся к роману! Мне нужна следующая глава, и как можно скорее!

Глава восьмая

Мэриголд настаивает, чтобы мы позвонили Уиту и рассказали ему о встрече за завтраком.

– Он может обидеться, если подумает, что его не пригласили, – говорит она.

Я в этом сомневаюсь, но, подозревая, что между Уитом и Мэриголд что-то происходит, даже если они сами об этом еще не знают, с ней не спорю.

– Не отвечает, – говорит она через минуту.

Я слышу нотки разочарования и чувствую гордость, ведь я заметила их взаимное влечение еще при знакомстве в библиотеке. Девушка с Фрейдом и Героический Подбородок.

– Можешь скинуть ему сообщение, когда Каин сообщит, куда мы пойдем.

С Каином мы встречаемся в фойе. Он разговаривает с Вайнбаум и Джексон – вернее, они его допрашивают. Коварные престарелые подружки сообразили, кто прислал корзинку, и теперь выпытывают у него информацию о йогурте. Когда наше появление прерывает их беседу, я почти слышу мысли Каина: «слава богу». Представляю его и Мэриголд соседкам. Подружки интересуются моим здоровьем, помог ли мне йогурт. Проще заверить их, что помог, и смыться.

Покидая дом, Каин шепчет извинения:

– Я не думал, что йогурт окажется предметом споров.

Я смеюсь:

– Это даже неплохо. Раньше они со мной не разговаривали, а теперь так переживают о моем здоровье, будто мы старые друзья. Чувствую себя как дома.

Каин ведет нас в блинную на Бойлстон-стрит. Она оформлена под французское кафе: круглые столы со скатертями в красно-белую клетку, свечи в винных бутылках, на обоях рисунок Эйфелевой башни. Посетители тоже кажутся элементами декора. Похоже, сюда спокойно можно приходить в беретах и не выглядеть при этом смешно. Наоборот, мне кажется, что это мы трое одеты не по дресс-коду. Мы заказываем еду, а Мэриголд пишет Уиту.

Я передаю свой телефон Каину, чтобы он мог посмотреть на историю звонков, пока мы обсуждаем произошедшее.

– У тебя непрочитанные сообщения, – говорит он.

Я не знала. Со вчерашнего вечера мне не хотелось даже трогать телефон.

Каин хмурится:

– Они с моего номера.

Я забираю телефон. Сообщений два. Я едва сдерживаю порыв вернуть телефон Каину и попросить его их открыть – все-таки я решила не вести себя как перепуганная дамочка. Нажимаю на первое сообщение, и открывается фотография. Я смотрю на нее, пытаясь понять, что изображено на маленьком экране. Фотография темная, зернистая, сделанная в полумраке. Дверь с медным молотком в центре – на нем, кажется, грифон. Во втором сообщении тоже фотография – еще одна дверь. Только эту я узнаю мгновенно. Это дверь моей квартиры на площади Кэррингтон. Я роняю телефон.

– Фредди? – зовет меня Мэриголд. – Что случилось?

Каин поднимает телефон и смотрит в экран.

– Двери? – Он передает телефон Мэриголд.

– Вторая моя, – говорю я, стараясь не нервничать. – Первую не узнаю.

– Я узнаю. – Мэриголд увеличивает изображение. – Этот молоток… Это дверь Уита… в доме его родителей.

– Ты была у его родителей? – удивляюсь я.

– Уверена? – Каин жестом просит принести счет, хотя еду еще не приготовили.

Мэриголд кивает, поднимаясь.

– Вы куда? – спрашиваю я, так и не успокоившись.

– Думаю, надо отнести фотографии в полицию, – отвечает Каин. – Мэриголд, позвони Уиту еще раз.

Мэриголд уже набирает его номер. Мы с Каином ждем.

– Алло… Уит? Слава богу! Мы пытались до тебя…

Ее глаза округляются.

– О господи! – запинаясь, восклицает она. – Нет… мы скоро будем. – Она отвечает на еще не заданный вопрос: – Уит в Массачусетской больнице.

– Что случилось?

Мэриголд качает головой:

– Я не знаю… но… – Она смотрит на мой телефон, словно тот одержим злым духом.

– Может, ему удаляют вросший ноготь, – ровно говорит Каин. – Давайте без паники узнаем, что произошло.

– А полиция? – спрашиваю я.

– Сначала проведаем Уита.

Машина Каина – старый черный джип – припаркована чуть ниже по улице. На заднем сиденье валяются кучи коробок и бумаг; Каин сдвигает их в сторону, освобождая место для Мэриголд. Она необычно молчалива.

– Вчера ночью он был у твоей квартиры, – наконец говорит она, пока Каин ведет машину через Бэк-Бей. – Из-за него Уит попал в больницу.

– Мы этого еще не знаем наверняка, – предупреждает Каин, хотя нам уже все понятно.

Я оборачиваюсь посмотреть на Мэриголд:

– Уит же с тобой разговаривал? Как он по голосу?

Мэриголд на секунду прикрывает глаза:

– Слегка не в себе.

Каин бросает на меня взгляд:

– Может, от болеутоляющих.