Сулари Джентилл – Женщина в библиотеке (страница 14)

У Мэриголд покраснели даже уши. Я бросаю взгляд на Келли. Интересно, ей приятно издеваться над Мэриголд?

Уит вклинивается в разговор:

– Я все говорю матери, что из-за этого дурацкого молотка наш дом выглядит как замок Дракулы. Я бы тоже сбежал подобру-поздорову.

Мэриголд все еще боится на него смотреть, но мне хочется обнять Уита за этот комментарий. К сожалению, в присутствии Келли этого сделать не получится.

– Нам нужно будет взять показания у каждого из вас, – осторожно говорит детектив, разглядывая нас по-ястребиному. – И нам придется забрать ваш телефон, мисс Кинкейд.

Я киваю:

– Конечно.

– Кто-нибудь из офицеров запишет ваши показания и остальные детали.

Когда детектив выходит из палаты, Уит косит глаза.

– Как твое самочувствие, Уит? – прерываю я молчание, оставшееся после визита Келли.

– Устал, да и рана болит немного, – признается он, – но в целом неплохо, учитывая обстоятельства. Через пару дней отпустят домой. – Он ерзает на кровати, сжимая зубы. – Правда, мать под предлогом произошедшего добивается для меня всяких поблажек в универе, так что завалить экзамены станет сложнее.

Каин усмехается:

– Придется сдавать.

– Только через мой труп. – Повисает тревожная тишина, и Уит морщит нос. – Плохая шутка?

– Может, тебе чего-нибудь принести? – спрашиваю я. Мэриголд все еще не способна говорить.

Уит смотрит на нее:

– Пончики. Мэриголд знает, какие я люблю.

– Из того местечка у площади Копли? – Мэриголд наконец справляется со смущением. – Не вопрос, я куплю.

– Думаете, это правда связано с убийством Кэролайн Полфри? – вдруг спрашивает Каин.

– Должно быть. – Я думаю о крике.

Уит пожимает плечами:

– Наверняка после новостей о случившемся в библиотеке куча всяких сопляков звонят по случайным номерам и кричат в трубку.

– Да, только эти сопляки ударили тебя ножом.

– Я не забыл, – мрачно сообщает он. – Но я не знаю, связан ли напавший на меня сукин сын с Кэролайн. Все-таки уровень преступности растет…

– Может, и правда кто-то нападает на студентов, – осторожно предполагает Каин.

– Кто-то, укравший у тебя телефон, – резко добавляет Уит.

Каин поднимает бровь.

Уит стонет:

– Прости… это все морфин виноват.

– Нам пора. – Я дотрагиваюсь до руки Уита. – Тебе надо отдыхать, к тому же остальные твои друзья тоже хотят тебя увидеть. А нам надо купить пончиков.

Его глаза темнеют.

– А как же показания?

– Дадим их на выходе.

– Вы же вернетесь, да? – затревожился Уит.

– Хочешь, чтобы мы остались? – спрашивает Мэриголд.

Уит слабо улыбается:

– Не… Я не умираю, и меня защищает бостонская полиция… не говоря уже о маме. Но вы же зайдете завтра?

– Непременно.

– А пончики не забудете?

Каин пожимает ему руку. Несмотря на обстоятельства, хватка Уита кажется сильной.

– Купим утром, прямо из печки.

Дорогая Ханна.

У вас тянется лето, а у нас – ледниковый период, который выдает себя за зиму. Знаю, ты представляешь идиллические картинки – детишки играются в снегу, но на самом деле такая погода лишь прибавляет забот. Грести лопатой, ходить с осторожностью, снимать и надевать свитера и куртки каждый раз, когда нужно куда-то пойти. Все это отнимает целые часы. Свеженький снег, конечно, красивый, но через пару дней он превращается в неприятную слякоть. Я скучаю по зеленому цвету. Наверное, австралийцам нас не понять. Представь: зеленого нет нигде.

Хотя должен признать, что наш климат лучше всего мотивирует писателя работать. Проще сесть за роман, чем напяливать на себя четыре слоя одежды и идти разгребать подъезд к дому, чтобы можно было куда-нибудь выехать. Я прислушался к твоему совету и начал кое-что новое. Вдохновившись методом Каина Маклеода, я создал свою комнату в полицейском участке. Признаю, что это весело. Не уверен, поспособствует ли созданию романа, но видеть свои идеи в трехмерном пространстве доставляет мне удовольствие. Возможно, я слегка переборщил с нитками… Соединил ими каждого персонажа и каждую сюжетную точку; в результате получилось нечто похожее на реакцию ядерного деления. Конечно, все друг с другом связано… но я пришел к выводу, что не обязательно связано нитями. Теперь красную пряжу я использую более бережно.

Вчера ночью на Масс-авеню произошло убийство. В газетах его едва упомянули, так что удивлюсь, если вы о нем слышали. Я как раз возвращался из библиотеки и проходил мимо. Подумал, что тебе будет полезно посмотреть на место преступления, чтобы ты могла описать детали: кордоны, полицейские ленты, как выглядит фургон коронера – в таком духе. Я сделал несколько фотографий, прикрепляю. Тело к тому моменту уже убрали, так что не бойся, что увидишь покойника… хотя, наверное, на него посмотреть тоже было бы полезно. Вы, авторы детективов, практикуете темное и жестокое, но такое притягательное искусство.

Еще мне пришло в голову, что Каину нужен сообщник – знаю, знаю, ты еще не решила, он это или нет, но на роль серийного убийцы Каин мой любимый кандидат. К сожалению, когда кричала Кэролайн Полфри, он сидел напротив Фредди, так что это придется объяснить. Возможно, настало время узнать о нем побольше, ведь пока нам известно только то, что он красивый и несколько недель проторчал на улицах в подростковом возрасте. Прошу, прости, если я перехожу границу… Конечно же, это твоя книга. Пожалуйста, отнесись к написанному как к энтузиазму вовлеченного фаната.

К менее важным новостям: я получил письмо от Александры. Она пишет, что ей понравилось читать мой опус, но она должна с сожалением сообщить, что не может предложить сотрудничество. Не уверен, что она действительно сожалеет, но так уж она написала. Реальность же, конечно, такова, что я белый гетеросексуальный мужчина, который не может предложить никакой диверсификации для того, чтобы сгладить модную нынче коллективную вину, висящую над издательским миром. Я понимаю, что популярная корректность требует, чтобы такие, как я, были лишены привилегий в качестве компенсации за все те годы, когда мы получали слишком многое. Я лишь жалею, что мне не дали шанса ими насладиться. Короче говоря, она сказала нет. Вот так.

Глава девятая

Детектив Келли просит нас зайти в отделение, чтобы дать показания. Мы сидим с офицерами полиции, которые записывают наши слова в электронные файлы, а затем распечатывают для подписей. Нас разделяют не случайно. Мое интервью безэмоциональное, простой сбор фактов: даты, время, места. Я четко пересказываю информацию. Мне кажется, что я стала частью процесса, частью машины расследования. Нас отпускают только после полудня.

Каин выходит последним. Он быстро улыбается нам с Мэриголд и пожимает плечами:

– Поехали отсюда?

– Ага.

По дороге к старому джипу Каина мы молчим. Даже внутри тишина продолжается.

Первой подает дрожащий голос Мэриголд:

– Что… – Она вдыхает. – Что теперь?

Каин оборачивается на нее:

– Я умираю с голоду. Мы в итоге так и не позавтракали, верно?

– Ты хочешь есть? – Похоже, Мэриголд не понимает, как можно испытывать голод в текущих обстоятельствах.

Каин кивает.

– Я могу приготовить что-нибудь дома, – предлагаю я.

Каин бросает взгляд на часы.

– Или у вас дела?

– Нет. Ничего такого. Просто подумал, что надо купить новые телефоны, пока магазины открыты.

– А, да. Конечно. – Я вспоминаю, что мой телефон забрала полиция, а телефон Каина остается в лапах предполагаемого убийцы. Происходящее кажется нереальным. Ненастоящим.

Так что мы едем в «Волмарт» за телефонами. Каин выбирает себе неплохой смартфон. Я останавливаюсь на более простой модели. Мне нужна замена только на время. Полиция же вернет мне мой телефон? Надеюсь. Конечно, запоминать новый номер неудобно, но, по крайней мере, дверь между мной и возможным убийцей закрылась.