Сугралинов Данияр – Дисгардиум 13. Последняя битва. Том 2 (страница 15)
– Я вообще не уверен, что все еще человек, – ухмыльнулся я. – Демон! Яростный дьявол, слышала?
– О да-а-а! – протянула она, улыбаясь еще шире. – Демон Горвал с гордостью нам рассказывал, что ты первый, кто смог… э… как он выразился… оседлать легата Лилит!
Краска залила мне лицо, когда в голове всплыли яркие образы той сцены, но ничего, кроме стыда, я не испытал – все-таки демоницы слишком чуждые, даже если опустить анатомические детали. «Кто кого еще оседлал», – подумал я, но вслух сказал другое:
– Прости…
– Да брось, ты же понятия не имел о том, кто ты на самом деле, – отмахнулась Ирита. – Что я буду за дура, если начну обвинять тебя в таком? Это же просто еще одно в копилку твоих достижений.
– Не понимаю, – сказал я, мотнув головой.
– Ну, сам посуди: мало того что заставил демонов преклоняться перед собой, так еще и влюбил в себя могущественную бета-тестершу, которой десять тысяч лет! Ха! Да о таком парне мечтает каждая!
– Надеюсь, ты сейчас не издеваешься… – неуверенно пробормотал я, – ведь…
И тогда она просто запечатала мне рот поцелуем. Ошарашенный, я ответил не сразу, но быстро включился в игру. Целовались мы долго, самозабвенно, пока легкие не стали гореть от нехватки воздуха.
Разгорячившись до предела, я краем глаза заметил зависшего в воздухе Краулера. Гном постучал пальцем по запястью и закатил глаза. Вот же… Нашел время!
Показав ему кулак, я активировал
Лунный свет проникал сквозь узорчатые витражи моего королевского номера, рассыпаясь мерцающими бликами по поверхности бассейна-озера. Тени от декоративных деревцев танцевали на стенах, а с магического водопада доносился умиротворяющий плеск.
Мы оказались в постели, не замечая ничего вокруг. Ее губы на моих, руки, жадно исследующие тело, влажная от пота кожа – все это сливалось в одно невероятное ощущение возвращения домой. Время застыло, словно боялось потревожить наше воссоединение. Каждое прикосновение, каждый жаркий выдох и тихий стон, каждый миг этой искренней, настоящей близости стоил всех испытаний, через которые мы прошли.
Лихорадочная страсть нарастала как волна, чтобы разбиться о берег блаженного забытья, где существовали только мы двое. Вся вселенная сжалась до размеров кровати, а потом и вовсе до той грани, где сливались наши тела.
Когда первый порыв страсти угас, мы просто лежали в обнимку, наслаждаясь теплом и близостью друг друга. Я вспомнил нашу ночь с Иритой накануне моего боя с Дестуром – сколько всего произошло после этого! Сейчас я снова всем телом ощущал ее присутствие, кончиками пальцев прослеживая изгибы, заново знакомясь с любимой. Мы оба изменились, но тело помнило и жаждало еще – и не верило разуму, что я сдержу свое мысленное обещание и у нас будет еще много таких ночей. Да я и сам не верил…
Вдыхая запах любимой, я рассеянно теребил ее волосы и читал клановый чат, в котором парни упражнялись в остроумии и требовали, чтобы я немедленно двинул к ним. Тисса же обращалась к Ирите, умоляя притащить меня в таверну.
– Интересно, когда заработал чат? – озвучил я свои мысли, осознав, что раньше он не подавал признаков жизни.
– Через несколько дней после того, как ты исчез, – ответила Ирита. – Бегемот объяснял мне, что это было связано с перестройкой мироздания. Типа того, что Бездна включила бета-режим, и, пока время разгонялось, система сбоила… Черт, Алекс, я забыла тебе рассказать кое-что важное! В Чистилище мы встретили…
– …Лексу, мою неродившуюся сестренку, – перебил я. – Я знаю. Вы мне говорили.
Глаза Ириты распахнулись, она прошептала:
– Говорили, когда ты в облике Ааза пробрался в наш отсек… Вот только этого никогда не случалось, каждый из нас видел это во сне. Тебе тоже это приснилось?
– Приснилось? – Я наморщился, вникая в новые воспоминания. Они пришли раньше, когда я вернул свой облик, но терпеливо ждали своего часа. – И да и нет. Все сложнее.
– Значит, это было на самом деле?
– Смотря что под этим понимать… Погоди, мне надо осмыслить.
Я прикрыл глаза и попробовал понять, что все это значит. Вся та ветка
Я вспомнил голос Октиуса в голове: «В забвении найдется спасение…» Его рук дело? Спас меня, откатив во времени произошедшее? Но откуда у него такая же способность, как у Майка Хагена?
Мысль напомнила о полуистлевшей в памяти сцене с взрывающейся яхтой, после того как Хаген рассказал нам о книге ответов, написанной Филом Панфиловым. Отец-основатель «Сноусторма» тогда откатил время назад, мы выжили, но никто, кроме меня, ничего не помнил о (не)случившемся. Так-так… Мне казалось, что я близок к пониманию, к разгадке, и Ирита, словно чувствуя это, затаила дыхание.
Я отчетливо вспомнил, как моя рука самопроизвольно сжалась, уничтожая флакон с Эреб’Нахаром. Моим телом управляли!
– Это случилось на самом деле и в то же время никогда не происходило, Ирит, – заговорил я. – Мы настолько вжились в эти шкуры в Дисе, что совсем забыли, что являемся всего лишь строками кода на серверах «Сноусторма», где бы они ни находились. Отцы-основатели защитили ядро мира от вмешательства, но вспомни, где все это произошло, когда нас поймали?
– В отеле «Бурдж-аль-Араб»… – быстро ответила моя девушка, но тут же поправила себя: – Стоп, нет, это была виртуальная локация!
– Вот именно. Игрокам создали там аватары и подключили к ним сознания. Понимаешь?
– А неписям?
– Неписи – файлы. Их могли просто перенести вместе с их ИскИнами… – Вспомнив, что все демоны оказались в отеле с отрезанными навыками, я добавил: – Или скопировать, подредактировать и… Да неважно, Ирит, главное – локация та была под полным контролем «Сноусторма». И никакой игровой механики, заметь. Наверняка Октиус тоже имел доступ к этому серверу – сам или через доверенных людей.
– Октиус? При чем здесь…
– При том! Именно он, получается, спас нас. Не знаю, на самом ли деле случилось разоблачение Ааза, и Хаген откатил время назад, чтобы Октиус смог изменить ход событий, или второй просто вмешался в наши файлы на сервере локации, чтобы внедрить этот «сон» в сознание, но в целом все понятно.
Я рассказал ей о голосе Октиуса, о том, как разбил флакон с зельем, и подвел итог:
– Орк возьми, наверняка все это часть той самой синергии Девяти! И чертов Хаген все это предвидел! Октиус, пользуясь положением, спас Ааза.
– А Дэка? – напомнила Ирита.
– Да, он… – Я помрачнел. – Думал, что он нам нужен, чтобы помочь с бета-тестерами, с Третьим… А вышло совсем иначе…
Минут пять мы лежали в тишине. Отбрасывая тяжелые мысли, я начал ласкать Ириту, но она отстранилась, резко села и выругалась:
– О боже, Тисса!
– Что? – удивился я.
– Она мне уже в личку шлет всякое пошлое! Нарывается, дрянь белобрысая! Ладно, погнали в «Свинью и свисток», я ей надеру тощий зад за такие слова!
– Какие?
– Да ну тебя! – Ирита покраснела. – Идем, а то там Краулер с Бомом уже по потолку бегают от нетерпения. Если бы могли попасть сюда, давно бы вломились, несмотря ни на что!
– А Гирос?
– Гирос, конечно, тоже, – согласилась Ирита. – Но он умеет держать себя в руках. – Ее взгляд затуманился. – В Чистилище о его стойкости среди демониаков легенды ходили. Достал он их, короче говоря, своей невозмутимостью. Поэтому и истязали его намного страшнее, чем нас… К черту это, Алекс! – Ее глаза просияли, улыбка озарила лицо. – Идем? Не терпится узнать, как там остальные! В порядке ли? Как они тут жили без нас?
Подумав, я не смог сдержать улыбки и легкой грусти. Наставник Ояма, его внук Бахиро, Патрик О’Грейди и тетушка Стефани, Дьюла и Мэнни, сатир Флейгрей и суккуба Нега, коликод Анф и раптор Рипта, кобольды Рыг’хар и Грог’хыр, канализационный трогг Моварак, тролль Замканах, дети из Темного братства, культисты Морены… И гребанный Большой По! Я же на самом деле соскучился по всем ним!
Но…
Бездна, я и так потерял время, а встреча с друзьями затянется надолго. Один мой рассказ о приключениях займет не один час… Нет, сначала нужно сделать кое-что, что не отнимет много времени, но гораздо важнее. Протестировать новые навыки, к примеру, а если получится, прыгнуть за Торфу на Террастеру. О, еще можно все-таки попробовать заглянуть за покров Меаза!
Ирита поняла все без слов. Похоже, научилась читать мои мысли.
– Алекс, ты снова исчезнешь? После всего, что произошло? Это свинство! Встреться с теми, кто тебя ждет, а потом иди и делай то, что должен. Спасай миры. Сражайся с богами… – Запнувшись, она вгляделась в мое лицо, глубоко вздохнула. – Ты все равно уйдешь?
– Ты слишком хорошо меня знаешь… – улыбаясь, сказал я, но не договорил, потому что почувствовал щемящую грусть.
Неужели я и правда потерял человечность? Что может быть важнее встречи с близкими после такой долгой разлуки?
– Нет, Иритка, никуда я не уйду. Погнали в «Свинью и свисток», только пешком. Хочу вспомнить, как выглядит наш замок.