Сугралинов Данияр – Дисгардиум 13. Последняя битва. Том 2 (страница 17)
– Это так, босс? – спросил Флейгрей, глядя на меня горящими глазами. – Краулер и Бомбовоз рассказали такое… Голова кругом! Демоны наконец-то вернулись в Дисгардиум?
– Правда, – широко улыбаясь, ответил я, и сатир, проблеяв что-то невразумительное, бросился обниматься.
Когда он разжал руки, в таверне уже воцарилась тишина. Только Анф что-то прострекотал, но осекся после замечания Рипты. Оба стража сжимали в конечностях свитки, но терпеливо ждали, когда дойдет до дела.
– Ну наконец-то! – воскликнула Тисса. – Мы думали, вы там до утра… – Она осеклась под пристальным взглядом Ириты. – Что? Я всего лишь хотела сказать, что блинчики стынут. – Белокурая жрица невинно улыбнулась, поправляя прядь волос.
Бомбовоз грохнул кулаком по столу, едва не опрокинув стоявшие на нем кружки, и заорал:
– Вот теперь празднуем! – Он посмотрел на меня и ухмыльнулся. – Знал бы ты, каких трудов стоило не дать им всем нажраться! Еще немного, и все были бы в дрова!
Вся таверна пришла в движение. Обниматься пришлось с каждым, как будто они не верили своим глазам и обязательно хотели потрогать, прощупать и постучать по спине, чтобы убедиться, что я настоящий.
Больше всего радовались Мэнни и Дьюла. Первый – потому, что с нами к нему вернулась надежда снова увидеть семью. Второй – из-за Энико, его дочери, погибшей во время ядерного взрыва в Кали, которую он надеялся снова увидеть благодаря воскрешению Спящими. С ними даже не удалось толком пообщаться, потому что оба расплакались. Видимо, слишком долго сдерживали в себе напряжение.
Когда тетушка Стефани, сестра Дьюлы, вышла из-за барной стойки, я сразу заметил ее округлившийся живот. Патрик с гордостью наблюдал, как его жена приближалась к нам с сияющими от радости глазами.
– Дети… – прошептала она, крепко обнимая сначала меня, затем Ириту, – дорогие мои, вы не представляете, как я счастлива видеть вас!
Моварак, массивный вождь канализационных троггов, неожиданно проревел мне в ухо, облапив:
– А я говорил, что наш вождь справится с кем угодно! Все считали, что вы сгинули из-за Тук-Тука! И где этот Тук-Тук? Сам сгинул!
– На самом деле Гроэль нас спас, так что прояви уважение, – поправил я трогга, пообещав рассказать подробности позже.
В этот момент раздался грохот. Тролль Замканах, Пернатый Убийца, стукнул кружкой о стол и отрыгнул так громко, что находившийся рядом гобник Коляндрикс подпрыгнул.
– Выпьем! – взревел вождь племени Узул-Уруб. – За избранника Спящих!
– Замканах, выгоню! – закричала Стефани. – Ишь, раскомандовался! Сначала все пусть рассядутся за столом, потом я накормлю детей, а потом уже выпивайте! И вообще, все не влезут, помогите придвинуть еще…
Стол мгновенно расширился – все бросились сдвигать столы и лавки для общего праздничного ужина.
В этой радостной суматохе Ояма оставил своих учеников: Бахиро, Джемай’Капака и Коляндрикса – и с достоинством подошел к нам.
– Приветствую, мастер Скиф. – Он слегка поклонился, уже не как учитель ученику, а как равный равному. – С благополучным возвращением, леди Ирита.
– Учитель? – удивился я.
– Я поделюсь с тобой всем, что знаю, мастер, приемами и техниками, но ты уже превзошел меня, – грустно улыбнувшись, сказал Ояма. – Я всегда знал, что это произойдет. Просто не верил, что так скоро.
– Вы всегда останетесь для меня наставником, учитель, – ответил я, склонив голову. – Прошу, называйте меня как прежде или хотя бы по имени. Никакой я не мастер.
– Как пожелаешь… ученик, – с ноткой одобрения сказал Ояма. Обернувшись, окликнул: – Ученики!
К нам приблизились Бахиро, Джемай’Капак и Коляндрикс.
– Скиф, это мои лучшие ученики. Каждый из них в состоянии сдержать сотню равных себе противников. Чувствую, грядет большая битва, поэтому хочу, чтобы ты знал, что на них и их друзей ты можешь положиться. Они готовы.
Я посмотрел в глаза каждому. Они не отвели взглядов, встретили мой уверенно.
– Кто бы мог подумать, что из неумехи получится тот, кто превзойдет деда! – ухмыляясь, воскликнул внук Оямы.
– Мастер Скиф, – склонили головы Джемай и Капак.
Двухголовый огр, лидер детей из темного братства, когда-то был магом, но без маны переквалифицировался в бойцы ближнего боя. Хотя… с
– Мастер Скиф, возьми меня в ученики! – потребовал Коляндрикс. Гобник бросил на Ояму лукавый взгляд. – А то старик уже не может научить меня ничему новому!
Ояма влепил ему подзатыльник, потом кивнул мне и спросил:
– Как там Авад?
– Аваддон в порядке, он уже в Дисгардиуме, в Мертвых пустошах. Я могу отвести вас к нему.
– Обязательно, – закивал бородой мастер. – Но не сейчас. Пусть освоится, вспомнит, каково это – жить под синим небом.
Мы расселись за большой стол. С другого конца меня окликнул тролль Декотра, культист Морены:
– Избранный! Правда ли, что Неотвратимая скоро вернется к нам?
– Мы чувствуем, что она в Дисгардиуме, – добавил полуорк Ранакоц.
Судя по вопросу, Морена и Жнец не появлялись среди них – то ли мотались по свету, выполняя поручения Большого По, то ли не покидали логова Ядра.
– Да, – кивнул я, глядя на их сосредоточенные лица. – Она вернется, когда выполнит свой долг.
Лица культистов расцвели от радости, а когда Грог’хыр поинтересовался, о чем идет речь, с жаром начали рассказывать ему, какие блага принесет всем возвращение Старой богини.
Тем временем Верт помогал Стефани накрыть стол. Разнообразие блюд поражало: от привычных мясных похлебок до каких-то изысканных кушаний, которых я раньше здесь не видел.
– Откуда такая роскошь? – спросил я, оглядывая стол.
– Стефани стала легендарным гранд-мастером кулинарии, – с гордостью ответил Патрик, приобняв жену. – Когда все закончится, откроем ей ресторан в Даранте!
– Перестань, – отмахнулась она, краснея от смущения.
Мы расселись за большим столом, объединившись с друзьями. От уютных ароматов кухни и тепла очага мне стало так хорошо, что я размяк и зевнул.
– Значит так, Скиф! – воскликнул Патрик. – Вижу, как вы все устали, а потому отложим дела на завтра. Тем более Анфу и Рипте много чего будет рассказать, а для этого нужна свежая голова!
– Еда и разговоры! – провозгласила тетушка Стефани. – Дети… Вы все страшно исхудали. Поэтому сначала поешьте, отдохните, а завтра поговорите о делах!
– Расскажи все, что пережили! – потребовал Дьюла.
Я улыбнулся, втыкая вилку в блинчик, и заговорил:
– Началось все с того, что меня отправили в бета-мир…
Глядя в полные надежды глаза строителя, я принял решение. Пусть шансы найти Рой минимальны, мы его найдем.
Ради Энико.
Ради Малика.
Ради Трикси и всех остальных.
Но сегодня…
Сегодня только «еда и разговоры».
Глава 43. Пробужденный
Восемнадцать часов. Именно столько я проспал, когда мы с Иритой вернулись в мою личную комнату. Последний раз я так спал… в другой жизни и в другом мире: в замке Макс Пять-Четыре.
Терять концентрацию и клевать носом я начал еще в таверне. В безопасности, в окружении друзей и близких, я настолько расслабился, что и не помышлял покидать наши посиделки – уж слишком теплыми они получились. Но когда я, едва ворочая языком, на бис рассказывал, как мимикрировал в хищный сундук и поглощал демониаков, вмешался Бегемот.
– Быстро к себе и спать! – ворвался в мою голову его жесткий приказ. – Твой реальный мозг на грани!
Последнее, что запомнил, – как Ирита помогла мне подняться по лестнице в королевский номер. Ее тихий голос, шепот успокаивающих слов, шуршание одежды. А потом – провал.
Проснувшись, я долго не мог понять, где нахожусь. В постели я был один, вместо потолка над собой увидел ярко-синее небо без единого облачка, а вокруг спокойный океан. Моя королевская кровать мерно покачивалась на волнах, но настолько незаметно, что я осознал: это иллюзия.
– Вернуть стандартный вид, – скомандовал я, сообразив, что Ирита покопалась в настройках личной комнаты. Возможно, понадеялась, что солнечный свет ускорит мое пробуждение.
Иллюзия растаяла, сменившись привычным видом королевского номера. Резной потолок из темного дерева, инкрустированный перламутром и редкими самоцветами, отражал золотые блики закатного солнца, проникающего через витражные окна. Огромная кровать – та самая, что казалась мне плотом в океане, – занимала центр спальни, окруженная шелковым пологом бордового цвета. В дальнем углу комнаты мерцал магическими огоньками бассейн-озеро с хрустально прозрачной водой, обрамленный декоративными деревцами.
Перед кроватью на