Сугралинов Данияр – Дисгардиум 13. Последняя битва. Том 2 (страница 1)
Данияр Сугралинов
Дисгардиум 13. Последняя битва. Том 2
Глава 37. Скиф
Мы с Лилит шагнули в портал. В момент перехода мироздание дробилось и перетекало, связывая миры и складываясь в новые узоры бытия, а мое сознание померкло… и восстановилось. Откуда-то я знал: в этот момент демон Ааз перестал существовать во всех мирах, а потом был воссоздан в прежнем состоянии – мне вернули все силы, способности и снаряжение, которыми я обладал до начала Игр. Пространственная сумка потяжелела, а тело окутала привычная экипировка.
А потом в глаза ударил свет – настоящий солнечный свет Дисгардиума, яркий и чистый, разительно отличающийся от тусклого свечения, что едва пробивалось сквозь пелену Окаянной бреши. На несколько мгновений я ослеп и замер, ожидая, пока восстановится зрение.
Оглянувшись, увидел, как гаснет сияющий пространственный разлом, выпустив в Мертвые пустоши последних гостей из Окаянной бреши: меня и Лилит.
– Дисгардиум… – благоговейно прошептала демоница. – Земля предков…
Вокруг уже кипела жизнь: под непривычно веселые команды и понукания центурионов легионеры уверенно обустраивали лагерь, занимая свои места в новом мире. Я подумал, что когда-нибудь это место превратится в полноценный город демонов в Дисгардиуме. Первый за всю историю, но не последний – ведь мы вернулись не как беглецы или изгнанники, а как народ, закаленный в горниле Преисподней. Народ, познавший цену единства и горечь предательства, научившийся находить союзников там, где ждали лишь врагов.
Демоны и раньше появлялись в Дисгардиуме – как прислужники чернокнижников, исполнители черных ритуалов или как незваные гости, овладевшие телом смертного в уплату за услугу.
Теперь все изменилось. Мы пришли как равные, готовые сражаться за этот мир плечом к плечу со смертными.
Я смотрел на лица соратников: демонов и смертных, воскрешенных и выживших, недавних врагов и верных друзей. Впереди нас ждали новые битвы. Бездна и Люций не из тех противников, что простят или забудут свои унижения – нет, я был уверен, что сюда уже движутся армии последователей Сверхновой богини, а в Преисподней лютуют демониаки Владыки.
Но сейчас, глядя на этот лагерь, растущий посреди пустошей, я чувствовал не просто уверенность в победе. Я ощущал завершенность, словно последний фрагмент великого замысла наконец обрел свое место…
…и тут меня накрыло.
Внезапно, без предупреждения. Может, дело было в солнечном свете Дисгардиума, а может, в осознании, что Игры успешно закончены. Или в том особом ощущении дома, что возникает, только когда возвращаешься после долгого отсутствия.
Так или иначе, в голове что-то щелкнуло, и мир взорвался калейдоскопом образов. Перед глазами поплыли разноцветные пятна, в ушах зазвенело, а сознание будто расширилось, пытаясь вместить лавину нахлынувших воспоминаний. На мгновение я потерял равновесие, меня повело в сторону – все органы чувств разом взбунтовались, пытаясь справиться с информационным штормом.
И тогда первые воспоминания хлынули в мое сознание подобно волнам океана памяти, каждая из которых приносила не просто образы или знания, но саму суть того, кем я был когда-то.
Имя Алекс Шеппард пришло первым – не просто набор звуков, а целая жизнь: семнадцать лет моего человеческого существования устремились в сознание потоком образов и чувств. Все навалилось скопом, а разум начал терпеливо структурировать имена, лица, события, разнося их по разным временны́м промежуткам.
Школьные коридоры, наполненные гомоном во время перемен… Мистер Ковач, учитель современной истории, всегда веривший в меня… Папа, мама и дядя Ник… Подтрунивания Ханга Ли и Эда Родригеза, первый поцелуй с Тиссой Шефер, смерть Малика Абдуалима… Нежные касания моей любимой Риты Вуд… Укрытие на Аляске… Тренировки с Хайро Моралесом и Вилли Брисуэлой… Дистиваль… Беляши Марии Саар и армейские истории Роя ван Гардерена… Калийское дно… Мэнни Альмейда, Дьюла Катона, Трикси Фуртадо… Космическая яхта Майка Хагена…
Скиф. Это имя пришло следом, неся с собой целый мир – мир Дисгардиума, где каждое мое решение весило больше, чем просто выбор в игре. Предвестник, избранный Неотвратимой, Любимчик Фортуны, спаситель Торфу, союзник Гроэля, покровитель кобольдов-отщепенцев и канализационных троггов… и инициал Спящих богов, тот, кто должен был стать мостом между древними силами и новым миром.
Лидер клана «Пробужденных»… я!
Я настоящий Скиф! А тот, что появлялся на Демонических играх, был всего лишь имитацией, неполноценной копией, которую «Сноусторм» смог реализовать только в рамках искусственного мирка «Окаянная брешь» на своем сервере. И управлял им… кто-то из реального мира: так же, как игроки, находясь в капсулах полного погружения, управляли своими персонажами.
Поняв, кто это был, я усмехнулся. Он сам признавался, что на Земле у него только одно воплощение: Исмаэль (Самаэль) Кальдерон, лидер Объединенного картеля. Надеюсь, он сдох окончательной смертью – ведь, в отличие от сущности, управлявшей им, он – всего лишь хрупкая, очень старая и изношенная смертная оболочка.
С каждым новым воспоминанием-осознанием-озарением граница между Аазом и моей истинной сущностью становилась все прозрачнее, пока не растворилась совсем.
Радость победы и чувство единения с демоническим народом померкли, когда я физически ощутил вес обрушившихся на плечи задач. Каждая из них казалась невыполнимой: свергнуть Бездну и уничтожить Люция, не допустить пробуждения Спящих; спасти застрявших в Дисгардиуме игроков, причем сделать это до того, как остановится неумолимый таймер, отсчитывающий время до смерти моего мозга в реальном теле.
А еще бета-тестеры, Утес, Кусаларикс, Макс, которой я поклялся вернуться, и другой Дэка, Третий… И, конечно же, спасение человечества – куда без этого.
Ненадолго я даже пожалел, что перестал быть Аазом. Его проблемы ограничивались только спасением демонов – почти отпуск по сравнению с моими.
Стряхнув тяжелые мысли, я заставил себя сосредоточиться на первом шаге. Нужно действовать последовательно, не давая себя раздавить грузу ответственности. Краем глаза я заметил, что Лилит уже занялась делом: она отошла к легионерам и мгновенно взяла командование на себя. Бывшие подчиненные Азмодана слушались ее без колебаний, безошибочно распознав прирожденного лидера.
– Разбить лагерь! – разносился над пустошью ее голос, властный и уверенный. – Первая когорта, занять северный периметр. Вторая – северо-запад. Остатки формируют третью когорту! Третья, запад ваш! Разведчики, доложить о любом движении на горизонте!
Что-то было не так.
Я покрутил головой, пытаясь понять, что именно меня тревожит, а когда сообразил, направился к небольшой группе у края лагеря.
Ирита, Краулер, Гирос, Бомбовоз и Тисса о чем-то тихо переговаривались, изредка бросая в мою сторону настороженные взгляды. Рядом с ними замерли четыре молчаливые фигуры: Морена, Жнец, Магвай и Айлин. Последних двух я видеть был не рад, но пока они подчинялись Большому По, проблем с ними не предвиделось.
– Смертные, где Йеми и остальные? – спросил я, подойдя ближе, чтобы начать разговор.
– Ааз, красавчик! Если бы не ты… Круто ты уложил обоих боссов! Ха-ха! – смеясь, воскликнул Бомбовоз. Он поднял руку, и я рефлекторно дал ему «пять». Смутившись, он ответил на вопрос: – Йеми, Сиска и Бабан сразу отправились в замок своего клана.
– Даже не попрощались? – удивился я.
– Пойми их, Ааз, – вмешалась Ирита. – Они себе места не находили, хотели узнать, что с их семьями и друзьями – после стольких месяцев в Чистилище без связи.
– Мы тоже планируем отправиться к себе… – проговорил Краулер, задумчиво поглядывая на меня. – На Кхаринзу. Это маленький островок в Бездонном океане, там находится наша клановая база.
В его голосе я уловил смущение и нетерпение, словно он надеялся, что я все-таки Скиф и его слова пробудят во мне воспоминания. Ирита и Тисса напряженно вглядывались в мои демонические глаза.
– Значит, Кхаринза… – Кивнув и помедлив, я произнес: – Вас долго не было. Уверены, что остров все еще принадлежит «Пробужденным»? Что храм Бегемота уцелел в отсутствие своих главных жрецов и последователей? Уверены, что Рыг’хар не спалил джунгли своими самокрутками? А может, Патрик давно пропил замок, разобрав его на кирпичи? Хотя нет, постойте, скорее всего, власть на острове захватил Монти.
С каждым словом моя устрашающая улыбка становилась все шире, а вскоре разинувшие рты друзья начали улыбаться вместе со мной.
– Мне нужно вам кое-что сказать, сволочи. Я вернулся. Это снова я… – В этот момент мой голос дрогнул, я ощутил комок в горле и как щиплет в глазах. – Скиф…
Первым отмер Краулер – гном, едва достающий мне до пояса, с неожиданной для его роста силой стиснул меня в объятиях. Следом подскочил Бомбовоз – массивный титан присоединился к остальным, стиснул меня, подергал восхищенно за рога. Гирос растерял всю свою невозмутимость – на его лице застыла широкая улыбка, он что-то восторженно кричал на японском.
Тисса и Ирита не сдержали слез. Соленые капли прочертили дорожки на их грязных щеках. Ирита первой вырвалась вперед, не устрашившись моего облика, обхватила мое лицо ладонями и начала покрывать поцелуями, шепча что-то нежное и бессвязное. Ее горячие слезы падали на мою кожу, и от каждой по телу разливалось тепло – словно само мироздание признавало: я наконец-то дома…