Упс! Значит, медсестра – это очередная сталкерша на колесах, которая теперь переехала в Бостон, чтобы снова быть рядом со мной. Я получил судебный запрет, но она всего лишь переехала чуть подальше и стала медсестрой, ебучей медсестрой. О, сееестры! Они очень милые и полные – как в том фильме «Мизери». Может, женщины, которые наполняют себя пищей, хотят заботиться обо всех, кроме самих себя! Я сказал Сьюзан: «А! Избавься от этого номера!!!»
И теперь мне пришлось самому справляться с колесами. Ну что ж, я был в своей стихии. Я не принимал таблетки, а крошил и снюхивал. Глаза прищурены, мозг онемел. Не я один покупал колеса от дилера по соседству. Все тогда принимали оксикодон, у Джо дела обстояли хуже. Ну конечно, у нас были свои причины, э-э-э… отговорки. Колени Джо и мои разъебанные ноги. Эту жуткую боль надо чем-то глушить. К сожалению, на нас действовали только эти таблетки.
В течение первого месяца мне требовались серьезные обезболивающие, на второй месяц я должен был медленно слезать с них, а на третий – вообще отказаться. Но это мои ноги, и я хожу на операцию, так что к концу третьего месяца я был в запущенном состоянии. Я все еще не мог ходить, и боль была невыносимой. Однажды ко мне приехал один из парней команды, я знал, чем он занимается в дороге, поэтому спросил, нет ли у него сами-знаете-чего. Я и так уже принимал, так почему бы не увеличить дозу. И я бы так и сделал, если бы мой дорогой друг не скупил у него все часом раньше. Через месяц я стал одним из его постоянных клиентов. Я рад, что он согласился, но после того как я вышел из «Лас Энсинаса», многие друзья начали говорить: «Вот же ублюдок! Он уволен!» Мне правда казалось, что его лучше не подпускать ко мне, поэтому я не хотел, чтобы он работал на группу, но я никогда не думал о нем ничего плохого. Черт, мне было очень больно, а он хотел сделать так, чтобы мне стало хорошо!
Мне не хватало средства, чтобы заглушить боль в ногах.
Но обезболивающие и транквилизаторы были не единственной проблемой. Однажды ко мне пришел друг и сказал:
– Хочешь снюхать пару дорожек?
– Что? У тебя с собой? – так я и сказал, прямо кинулся на его слова. – Он сейчас у тебя с собой?
– Да, вот, – ответил он.
– Можно мне чуть-чуть?
Боже, я трясся как лист на ветру. Я не принимал ничего пятнадцать лет.
Весь этот наркокутеж продолжался месяц… или два… или три. А потом в конце марта Джон Генри, владелец «Ред Сокс», позвонил мне и попросил спеть на открытии матча. А я такой: «Дай-ка подумать. Ну да, ладно». И вот, 4 апреля 2007 года я поехал на «Фенвей Парк» и спел национальный гимн. На словах «Звездно-полосатый знак» я понимаю, что лечу. Слова плавились, как воск от свечи, и текли по голубому небу.
Но в какой-то момент я сказал: «С меня хватит!» Поэтому я поехал в Лос-Анджелес и надрался еще сильнее. Мнимая причина для того, чтобы это устроить, заключалась в том, что в течение третьего месяца после операции Guitar Hero выпустили версию игры с Aerosmith. Я должен был выйти и выступить, на обезболивающих, а еще и в гипсе на ноге. В начале четвертого месяца я снял гипс – в кроссовке с отрезанным носком ходить было вполне удобно. У меня есть парочка интересных одиночных носков и презерватив для ноги, который я ношу на сцене.
Я был так увлечен Guitar Hero. Я люблю мультфильмы и комиксы. Когда я был ребенком в Нью-Гэмпшире в Троу-Рико, то читал комиксы «Арчи» и «Скрудж Макдак» – очень крутые штуки. Это было до безумия прекрасно, но кто знал? Кто это все написал? Скрудж Макдак ныряет в свой бассейн с монетками, чтобы найти счастливую.
Я всегда хотел стать героем комиксов. И сейчас у меня появился шанс. Мультик про меня! Тайлертик!
– А как я буду двигаться в Guitar Hero? – спросил я.
– Ну, мы вас нарисуем.
– Но от чего вы будете отталкиваться?
– Мы наденем на вас костюм с приделанными шариками, камера будет их считывать и создавать двумерную фигуру.
Мне пришлось немного покопаться, чтобы выяснить, что меня будет рисовать парень, который создавал персонажей для всех других Guitar Hero. И тогда я такой:
– Ого! В смысле, какой-то парень будет рисовать моего персонажа?
Директор отвел меня в сторону и сказал:
– Если бы мы знали, что вы этого хотите…
– Разве вам никто не сказал, что я приеду? – спросил я.
– Нет, ваши менеджеры сказали, что вы не захотите этим заниматься.
Вы можете подумать: «Ну, это же Guitar Hero, игра о гитаристах, какое им дело до солистов», но это не так. То, что они собирались выпустить, должно было называться Aerosmith, а я, как известно, время от времени был там солистом. И я решил, что было бы идеально засунуть в игру все те движения, которые мы с Джо придумали на сцене за последние сорок лет и за которые были известны, до такого не додумался бы ни один каскадер. Игра была бы бесценной, если бы в ней было то взаимодействие между нами, которое так любят наши фанаты. Разработчики думали, что мы с радостью позволим другим выступить за нас, потому что они всегда так делали. Им и в голову не пришло, что Стивен, возможно, сам захочет выступить перед группой и сыграть в игре самого себя. Пусть на видеоэкране загорится картинка, и там правда будет Aerosmith. Это видеоигра с гитарным контроллером, на нем есть лады в виде цветных кнопок, и люди играют на этой игрушечной гитаре, но ведь люди будут смотреть и на других членов группы, не так ли – включая, может, и солиста, особенно если они подпевают, пока выводят гитарные риффы? В смысле, когда люди играют Dream On в Guitar Hero, думаете, гитару вообще слышно за этим вокалом? «Каждый ра-аз, когда я смотрю…» Это как в песне Satisfaction, вступление играется на гитаре. Думаете, кто-то сможет услышать, что там играет гитара, если она вообще есть?
И вот весной 2008-го я поехал в анимационную студию Neversoft, чтобы из меня сделали мультяшку. Я четыре недели там прыгал в костюме с отслеживающими шарами, чтобы меня оцифровали. Их даже можно приклеить ко рту: верхняя губа, нижняя губа, улыбка – только это заняло час. Когда все было сделано, я снял эти шары с лица, положил в сумку и стащил их. Мне показалось, если я смогу унести с площадки свои шары в целости и сохранности, то их больше не сломает ни один менеджер. Они бывают ужасно злыми.
Guitar Hero Aerosmith получился таким офигенным, что может быть лучше – это как мультяшная биография группы, – а еще вы играете за Джо Перри. Хотя я знаю, что Джо попробовал и не смог пройти дальше первого уровня! Ну и ладно, он все равно постоянно играет сам с собой. Это своего рода не только игра, но и биорама. Вы можете проследить за Aerosmith от начала до конца – ну, по крайней мере, до 2008 года. Там мы играем в средней школе «Нипмак» в Массачусетсе наш первый концерт, а Max’s Kansas City в Нью-Йорке, где мы подписали контракт, в театре «Орфеум» в Бостоне. Это все равно что смотреть свой ежегодник на DVD. Ты видишь девушку, которую привел на выпускной, и говоришь: «Боже, посмотри, как я выгляжу. Что с волосами? И что за старперская прическа?»
Мы окунулись во всю эту тему с Guitar Hero, когда в третий выпуск, Legends of Rock, они вставили песню Same Old Song and Dance. Из-за этого спрос был огромным, и мы задумались: «Хммм… а что, если первый выпуск этой игры, полностью основанной на одной группе, будет о нас!» Это казалось отличной идеей, особенно учитывая то, что мы не выпускали новые альбомы с 2001 года, и люди уже начали жаловаться: «Ребят, когда уже вы придумаете что-то новое?»
Я только расстроился, что игра про гитару, а не про вокал, но они еще одумаются. Думаете? Я вот думаю, что лицо песни – это ее слова, вы не согласны? Знаете, что произойдет? Где-то через три года выйдет видеоигра со стоунами или другой группой с крутым вокалистом, а игроки будут подражать им и петь в микрофон, как в караоке.
Учитывая, что я был трезвым так много лет, это был просто позор, во что я превратился после операции ног. Я врезался в людей, творил безумные вещи. «Чувак, ты вчера уснул прямо посреди ужина», – говорили мне люди, а я отвечал: «Что я делал?» Я был просто типа: «О Господи, какой пиздец, я просто хочу жить». Но вы же знаете, как поет моя девчонка Эми…
Из-за наркомании в прессе снова поползли слухи. Я не отвечал. Я был слишком занят.
Я поехал на ежегодный концерт MAP Fun Benefit в честь Элиса Купера и Слэша. Я вручал Слэшу награду «От сердца» за то, что он помогал программе MAP: она предоставляла доступ к лечению от зависимости даже неимущим. Слэш был чист и трезв уже три года, и вот он я, все еще под кайфом. Аааа!
Я был под кайфом во время тура 2007 года, я настолько обдалбывался, что меня выводили из себя даже самые мелочи. О боже! Я подумал: «Я вернулся к тому, с чего начал, снова стал ебучим наркоманом». Меня захлестнула паника. Неужели я выйду в таком состоянии? Я думаю: «Я правда вот так выйду?» У меня с группой была смертельная договоренность, крайний срок.
Guitar Hero Aerosmith получился таким офигенным, что может быть лучше – это как мультяшная биография группы, – а еще вы играете за Джо Перри. Хотя я знаю, что Джо попробовал и не смог пройти дальше первого уровня! Ну и ладно, он все равно постоянно играет сам с собой.
В Лос-Анджелесе я совсем сошел с ума. После этого безумия я решил с этим покончить, но хотел сделать это сам – всегда не лучшая идея. Мой план заключался в том, чтобы снять номер в отеле и пригласить туда врача – чтобы он снял меня с таблеток, на которых я сидел.
