Стивен Сейлор – Рейдеры Нила (страница 65)

— Она?

— Ты знаешь! Кто еще может заставить хозяина сделать все, что она пожелает?

Джет оглянулся через плечо и указал на Аксиотею - настоящую Аксиотею, - которая стояла в дверях. В такой убогой обстановке ее красота казалась еще более изысканной. Выглядя немного настороженной, она вошла в тускло освещенную камеру, мгновение спустя за ней последовал Тафхапи.

Их взгляды были прикованы сначала к Джету, а затем ко мне. Оба кивнули, признавая, что Джет был прав: вот я и вернулся из своего путешествия, но оказался под царским  арестом. Затем, когда они стали осматривать остальную часть камеры, их взгляды остановились на Артемоне, который уставился на них с выражением крайнего изумления.

Аксиотея ахнула. Тафхапи напрягся и отшатнулся.

— Брат!!! - воскликнула Аксиотея.

— Сын! - прошептал Тафхапи.

Сбитый с толку, я переводил взгляд с одного лица на другое. Джет, казалось, был так же озадачен, как и я.

Мгновение спустя в камеру вошел Зенон, а за ним царь Птолемей, который едва протиснулся в дверной проем. Я пришел в ужас.

XXXVIII

Аксиотея подбежала к Артемону и упала на колени прямо на  грязную солому. Она обвила его своими тонкими руками и разрыдалась.

— Мой дорогой, милый брат, как давно это было! Как я скучала по тебе! Я думала, что больше никогда тебя не увижу.

— Лучше бы ты так и сделала, — пробормотал Артемон сдавленным от волнения голосом. Он попытался ответить на ее объятия, но цепи помешали ему. — Моя сестра Артемизия! Почему ты здесь? И почему ты с ним? — Он сердито посмотрел на Тафхапи, который держался на расстоянии, отводя глаза и заламывая руки.

— Эта девушка... — прошептал я. — Эта девушка - Артемизия, твоя сестра-близнец? А Тафхапи – ваш отец?

Камергер стукнул посохом о каменный пол, требуя внимания; — Отойдите от пленника, девушка! Для вашей же безопасности...

— Не будьте смешным. — Аксиотея бросила на Зенона испепеляющий взгляд. — Мой брат никогда не причинит мне вреда.

По кислому выражению его лица я понял, что камергер, так же, как и я, был сбит с толку . Он был не из тех, кто любит сюрпризы. — Какие бы отношения ни были у тебя с  Кукушонком, девушка, это не причина, по которой царь пришел сюда. Сначала мы разберемся с текущим делом. Тафхапи, ты пришел к царю этим утром, чтобы срочно просить об освобождении другого заключенного, римлянина, который называет себя Гордианом. Это действительно тот человек, которого ты имел в виду? — Он указал на меня своим посохом. — Я дернулся назад, чтобы он не ткнул меня в нос.

Ошеломленный, Тафхапи взглянул на меня и кивнул.

— Ты сказал, что этот Гордиан приходил к тебе некоторое время назад в поисках информации о своей украденной рабыне - девушке, с которой его вытащили из гавани. — При этих словах я увидел, как загорелись глаза Артемона. — Ты говоришь, что навел его на след банды Кукушонка, и в качестве попутчика отправил с ним своего мальчика-раба. Это так?

Тафхапи кивнул.

— Значит, когда Гордиан сказал нам, что его единственной целью в банде Кукушонка было возвращение своей собственности, он говорил правду?

— Насколько я знаю, - прошептал Тафхапи.

— Однако есть осложняющий фактор, - сказал Зенон. — Мне показалось знакомым имя «Гордиан», и, конечно же, среди документов в моем кабинете есть ордер на арест этого человека, выданный отцами города Канопуса по обвинению его в убийстве и воровстве. Говорят, здесь замешан рубин ...

— Это ложь! — сказал Джет. — Римлянин никогда никого не убивал и не грабил.

— Помолчи, пока тебя не спросят, раб! — Зенон сердито посмотрел на Джета, который спокойно смотрел на него. Отрешенный Тафхапи, казалось, был не в состоянии вмешаться, и в течение долгого времени все в камере стали свидетелями необычного зрелища: мальчик-раб и камергер царя Египта  стояли уставившись друг на друга – кто кого переглядит.

Зенон, наконец, моргнул: — Ладно, говори, мальчик! Ты пропутешествовал бок о бок с этим римлянином все время?

— Днем и ночью, - сказал Джет. — Он самый храбрый человек, которого я когда-либо встречал. Он спас нас от Голодного крокодила, затем от Дружелюбного гиппопотама! Он одержал верх над Мангобблером и подружился со львом Чилбой...

— Нас не интересуют звери, с которыми вы могли столкнуться в своих путешествиях. Этот человек убил набатейского торговца в Канопусе? Затем он присоединился к банде Кукушонка? Принимал ли он участие в преступных деяниях?

Я затаила дыхание. Минутой назад мне казалось, что Джет стал моим спасителем, заставив Тафхапи прийти сюда, чтобы защитить меня. Теперь, одним неосторожным словом, Джет  мог ускорить мою казнь.

Джет расправил плечи, выпятил челюсть и упер руки в бока. Он обратился не к камергеру, а непосредственно к царю, глядя ему в глаза: — Набатейца убил владелец гостиницы в Канопусе, а не римлянин. Да, он притворился, что присоединился к банде Кукушонка - это правда. Но он сделал это только для того, чтобы спасти свою жизнь и мою. Его единственной целью было вернуть девушку, которую у него отняли. Он такой же преступник, как и я!

Зенон хмыкнул: — Это ты так говоришь. Но слова ребенка, да еще и раба, вряд ли...

— О, прекрати пороть эту чушь! — Царь шагнул вперед. Его огромная фигура вынудила камергера отступить в сторону. — Очевидно, что этот римлянин именно тот, за кого себя выдает. Ты сам видел его с той рабыней вчера, после того, как мы вытащили их из воды. Они что, выглядели как опасные преступники? Думаю, нет, если только любовь - это преступление.

Камергер закатил глаза; — Ваше величество подумайте о том, что этот Гордиан может быть шпионом, засланным сюда Римом?

— О, я так не думаю, Зенон. А что, если это так? Римляне - наши друзья, не так ли? Они продолжают предлагать мне помочь сохранить мой трон, но с одной загвоздкой - я должен завещать Египет Римскому сенату в своем завещании, как Апион поступил с Киреной! Они наглецы, я признаю это. Но, нет, когда я смотрю на этого парня, я не вижу в нем убийцу или шпиона.

— Даже если римлянин не больше или не меньше, чем кажется, ваше величество, в таком деликатном вопросе есть и другие соображения ...

— Ты отменишь ордер на арест римлянина, затем немедленно освободишь его и его рабыню, Зенон. Тебе понятно?

Камергер вздохнул и склонил голову: — Все сделаю так, как прикажете, Ваше Величество. Охрана! Принесите ключ и снимите кандалы с этого заключенного. Затем освободите девушку из соседней камеры.

Он мог иметь в виду только Бетесду. Всю ночь она находилась всего в нескольких шагах от меня!

В считанные мгновения я был освобожден от своих цепей и смог встать, хотя и немного неуверенно. Я потер запястья в тех местах, где кандалы натерли их. Мгновение спустя в дверях появилась Бетесда, которая сразу же подбежала ко мне.

— Бетесда, они причинили тебе вред?

— Нет, хозяин. А, вам? У вас все запястья красные и ободранные.

— Это не имеет значения, теперь, когда ты вернулась ...

— О, замолчите, вы оба, пока я не передумал, - сказал царь. — Теперь, Тафхапи, хотя бы для моего развлечения, объясни мне, что за отношения между этими другими милыми молодыми людьми. Вон та девушка, прижимающаяся к Кукушонку. Ее зовут Аксиотея или Артемизия?

Челюсть Тафхапи задрожала: — И то, и другое. Ее мать назвала ее Артемизией, но много лет назад, когда она только начала работать в труппе пантомимов, она взяла сценический псевдоним Аксиотея. Именно под этим именем ее теперь все знают.

— А этот молодой человек, печально известный Кукушонок - он ее брат?

— Ее брат-близнец, - прошептал Тафхапи.

— Понятно. Артемон и Артемизия, брат и сестра - близнецы. Да, они действительно очень похожи. И ты их отец?

— Да! Это я!

— По крови, возможно, — проворчал Артемон, — но ни в чем другом этот человек мне не родственник. У меня никогда не было отца!

Царь поджал губы: — Что он имеет в виду, Тафхапи? Как ты стал отцом этих детей и каковы твои отношения с ними сейчас? Я приказываю тебе объяснить мне!

Тафхапи свел свои щетинистые брови вместе. Сначала он говорил с трудом, но затем слова все быстрее стали вылетать из его уст: — Мой сын говорит правду. Как я стал отцом этих детей, спросите вы? Когда я был маленьким, моего отца беспокоило отсутствие у меня интереса к противоположному полу. Он отвел меня в самый дорогой бордель Александрии, и чтобы меня не отпугнула пресыщенная натура или перезрелая привлекательность женщины, с которой я должен был переспать, он настоял, чтобы мне дали девственницу - девушку, которая как оказалось, была даже моложе меня. Так или иначе, мне удалось довести дело до конца, что очень порадовало моего отца, но к моему великому сожалению подобного со мной больше никогда не случалось. У меня больше никогда не было детей …

— Но на этом дело не закончилось. Несколько месяцев спустя девушка пришла ко мне на прием. Она сказала мне, что забеременела от меня. Вы можете задаться вопросом, как девушка в ее положении могла быть так уверена, что отцом ребенка был я. На самом деле, она была не простой рабыней и, строго говоря, не шлюхой. Она была дочерью свободного человека, который находился в ужасном положении, и ее единственный опыт пребывания в борделе произошел в ночь моего визита. Различными способами я убедился, что ее история не только достоверна, но и почти наверняка правдива. Ее поведение было настолько скромным и искренним, что у меня не было причин сомневаться в ее словах.