Стивен Кинг – Спящие красавицы (страница 75)

– Нет проблем, – ответил Фрэнк. Его спокойствие и прямота вселяли уверенность.

– Значит, все… – Терри глотнул еще чудодейственного кофе, – так же?

– Как вчера? Да. А это означает, что все по-другому. Во-первых, теперь ты – исполняющий обязанности шерифа. Несколько минут назад звонили из управления. Прежний шериф не выходит на связь.

У Терри дернулся желудок.

– Лайлы нет? Господи!

– Поздравляю. Продвижение по службе. Не хватает лишь оркестра.

Фрэнк изогнул правую бровь. Оба рассмеялись, но смех Терри быстро оборвался.

– Эй! – Фрэнк нашел руку Терри, сжал. – Держись, хорошо?

– Ладно. – Терри сглотнул. – Сколько женщин еще бодрствует?

– Не знаю. По этой части все плохо. Но ты, я уверен, справишься.

У Терри такой уверенности не было. Он пил кофе с бурбоном. Ел бекон. Его собеседник молчал.

Фрэнк сделал глоток кофе и посмотрел на Терри поверх кружки.

– Я справлюсь? – спросил Терри. – Действительно справлюсь?

– Да. – В голосе Фрэнка Джиэри не было и тени сомнения. – Но тебе потребуется помощь.

– Ты хочешь, чтобы я взял тебя на службу? – Идея показалась Терри здравой: помимо Лайлы, в их рядах появились и другие бреши.

Фрэнк пожал плечами.

– Я – сотрудник городской службы. Мое дело – помогать. Если ты захочешь дать мне звезду помощника шерифа, я не стану возражать.

Терри глотнул еще кофе с бурбоном и поднялся.

– Пошли.

Аврора вырубила четверть личного состава управления шерифа, но Фрэнк помог Терри составить список добровольцев и привез судью Сильвера, чтобы тот привел их к присяге. Дон Питерс входил в число новичков. Еще одним стал ученик выпускного класса средней школы Эрик Бласс, молодой, но полный энтузиазма.

По совету Фрэнка Терри ввел комендантский час с девяти вечера. Команды из двух человек начали объезжать жилые районы Дулинга, развешивая соответствующие объявления. А также успокаивая горожан, предотвращая вандализм и мародерство и – еще одна идея Фрэнка – фиксируя местоположение спящих. До Авроры Фрэнк, конечно, был всего лишь собаколовом, но теперь стал блестящим слугой закона, обладавшим потрясающим организаторским талантом. Терри понял, что может на него положиться, и воспользовался этим.

Им удалось поймать с десяток мародеров. По полицейским меркам не так уж много, учитывая, что мало кто пытался скрыть это неблаговидное занятие. Очевидно, воры думали, что на них никто не обратит внимания, но вскоре поняли, что ошиблись. Одним из нарушителей стал Роджер Данфи, уборщик женской тюрьмы Дулинга, который не пошел на работу. Во время первого воскресного патрулирования города Терри и Фрэнк засекли Роджера, шагавшего по улице с прозрачным полиэтиленовым пакетом, набитым ожерельями и кольцами, которые он украл в комнатах женщин из дома престарелых «Вид с вершины», где иногда подрабатывал.

– Им это не нужно, – заспорил Данфи. – Да ладно вам, помощник шерифа Кумбс, не цепляйтесь ко мне. Это просто сбор утильсырья.

Фрэнк схватил уборщика за нос, да так крепко, что затрещал хрящ.

– Шериф Кумбс. Отныне будешь называть его шериф Кумбс.

– Да! – воскликнул Данфи. – Я готов называть его хоть президент Кумбс, если оставишь в покое мой нос!

– Вернешь все туда, откуда взял, и мы закроем на это глаза, – изрек Терри. Наградой ему послужил одобрительный кивок Фрэнка.

– Конечно! Можете не сомневаться!

– И чтоб больше такого не повторялось, потому что мы проверим!

За первые три дня Терри понял, что нравилось ему во Фрэнке больше всего: тот как никто другой понимал невероятную напряженность ситуации, в которой Терри приходилось выполнять свои обязанности. Он никогда не давил, но всегда мог предложить здравое решение и, что не менее важно, имел при себе обтянутую кожей серебряную фляжку – крутая вещь, может, черные изготавливали такие для своих, – которую и предлагал Терри, когда тот впадал в уныние и ему начинало казаться, что день никогда не закончится, а колеса буксуют в ужасной, сюрреалистичной глине бытия. Фрэнк постоянно находился рядом с Терри, надежный и верный помощник. Стоял он с ним плечом к плечу и в понедельник, пятый день Авроры, у ворот женской тюрьмы Дулинга.

За выходные исполняющий обязанности шерифа Кумбс несколько раз пытался убедить Клинта, что тот должен передать Иви Блэк в его юрисдикцию. О женщине, которая убила двоих варщиков мета, ходили слухи, будто, в отличие от других женщин, она спит и просыпается. В управлении шерифа Линни Марс (она все еще держалась, ай да молодец) получала на сей счет так много звонков, что вешала трубку, едва речь заходила об Иви. Фрэнк сказал, что они должны выяснить, обоснованны ли эти слухи. Эту задачу он считал первостепенной. Терри с ним соглашался, но Норкросс проявил невероятное упрямство, и Терри все с большим трудом удавалось хотя бы поговорить с этим неприятным человеком по телефону.

К понедельнику все пожары угасли сами собой, однако территория вокруг тюрьмы по-прежнему воняла, как пепельница. Утро выдалось серым и влажным, снова накрапывал мелкий дождь, который с пятничного утра то начинался, то прекращался. Исполняющий обязанности шерифа Терри Кумбс, чувствуя себя заплесневелым, стоял у аппарата внутренней связи и монитора перед воротами женской тюрьмы Дулинга.

Норкросс по-прежнему не соглашался подчиниться ордеру на перевод Иви Блэк, подписанному судьей Сильвером. (Фрэнк помог и с этим, объяснил судье, что у женщины, возможно, уникальный иммунитет к Авроре, и убедил старого юриста в необходимости действовать быстро, дабы удержать ситуацию под контролем и не допустить беспорядков.)

– Оскар Сильвер не уполномочен подписывать такие бумаги, Терри, – пробулькал из динамика голос доктора. Создавалось ощущение, что он говорит со дна пруда. – Я знаю, он направил ее сюда по требованию моей жены, но забрать ее обратно он не может. Как только она поступила ко мне для освидетельствования, его полномочия закончились. Теперь тебе нужно обращаться к окружному судье.

Терри представить себе не мог, почему муж Лайлы, всегда такой рассудительный, вдруг оказался камнем преткновения.

– Сейчас в окружном суде никого нет. Судья Уайнер и судья Льюис спят. Так уж нам повезло: в нашем округе судьями оказались женщины.

– Ну хорошо, позвони в Чарлстон и выясни, кого они назначили вместо них, – ответил Клинт. Будто они достигли компромисса, будто он уступил хоть на чертов дюйм. – Но чего напрягаться? Иви Блэк сейчас спит, как и остальные.

От этих слов в желудок Терри словно упал свинцовый шар. Ему следовало подумать дважды, прежде чем верить слухам. С тем же успехом он мог попытаться получить нужную информацию от своей жены, мумии в подвале, лежавшей на грязном пледе на старом диване.

– Она заснула вчера во второй половине дня, – продолжил Норкросс. – Бодрствуют у нас только несколько заключенных.

– Тогда почему он не позволит нам взглянуть на нее? – спросил Фрэнк. До этого он молча стоял рядом.

Хороший вопрос. Терри нажал кнопку аппарата внутренней связи и задал его.

– Вот что мы сделаем, – ответил Клинт. – Я пошлю тебе фотографию на мобильник. Но в тюрьму никого пустить не могу. В тюрьме действует запрет на вход и выход. Передо мной – перечень инструкций начальника тюрьмы. Зачитываю, что здесь написано: «Власти штата должны ввести режим изоляции и могут снять его по собственному усмотрению». Власти штата.

– Но…

– Не будем нокать, Терри. Я эту инструкцию не писал. Таковы правила. Поскольку Хикс в пятницу утром покинул тюрьму, я – единственный оставшийся сотрудник тюремной администрации, и инструкции – это все, чему я могу следовать.

– Но… – Он начинал походить на двухтактный двигатель: но-но-но-но…

– Мне пришлось ввести режим изоляции. У меня не было выбора. Ты видел те же новости, что и я. По округе бродят люди, сжигающие женщин в коконах. Думаю, ты согласишься с тем, что мои подопечные станут основной целью этих самоуправцев.

– Ну хватит. – Фрэнк с шипением покачал головой. В управлении шерифа не смогли найти форму достаточно большого размера, поэтому Фрэнк не застегивал ее на груди, демонстрируя майку. – Это звучит как бюрократическая галиматья. Ты – исполняющий обязанности шерифа, Терри. Это покруче врача, тем более мозгоправа.

Терри поднял руку, останавливая Фрэнка.

– Я все понимаю, Клинт. Понимаю твою озабоченность. Но ты же меня знаешь. Я проработал с Лайлой более десяти лет. Начал до того, как она стала шерифом. Ты обедал в моем доме, а я – в твоем. Я ничего не сделаю этим женщинам, так что пойди мне навстречу.

– Я пытаюсь…

– Ты представить себе не можешь, сколько дерьма мне пришлось разгрести в этом городе за выходные. Какая-то дама оставила плиту включенной и сожгла половину Грили-стрит. К югу от города выгорело сто акров леса. У меня труп спортсмена-старшеклассника, который пытался изнасиловать спящую. Еще одному парню разбили голову блендером. Я просто говорю, что это глупо. Забудем об инструкциях. Я – исполняющий обязанности шерифа. Мы друзья. Позволь мне убедиться, что она спит, как и остальные, и я от тебя отстану.

Караулка дежурного по ту сторону забора пустовала. Дальше, за автомобильной стоянкой и вторым забором, ссутулила свои серые плечи тюрьма. За пуленепробиваемыми стеклами парадной двери не было никакого движения, заключенные не бегали по дорожке и не работали в огороде. Терри подумал о парках развлечений глубокой осенью, о том, как убого они выглядели, когда аттракционы замирали и детвора не бродила по аллеям, поглощая мороженое и смеясь. Диана, его дочь, уже выросла, но раньше он частенько возил ее в самые разные парки развлечений. Это были хорошие времена.