Стивен Кинг – Книга ужасов (страница 19)

– Что если бы в доме кто-то двигался, сигнализация обязательно бы сработала.

Хью ждал, что собеседник продолжит, но на том конце трубки молчали.

– И что это значит, сэр? – спросил он.

– Это означает, что в доме был кто-то, кто знает код или…

– Или?

– Или в вашем рассказе что-то не сходится.

– Не сходится?

– Да, сэр.

– То есть вы утверждаете, что я лгу?

– Я не…

– Но вы именно это имели в виду?

– Мы рассматриваем все возможности, сэр, – и через несколько мгновений полицейский добавил: – Может, это был полтергейст, – он кашлянул, прочищая горло, и пробормотал что-то вроде привидениязубами.

– Простите, не понял, – сказал Хью.

– Я сказал, что мы рассматриваем все возможности.

– Нет, после этого.

– После этого я ничего не говорил, сэр.

Должно быть, это туман так действовал на телефонную связь, но Хью показалось, что мужчина едва сдерживает хохот.

– Спокойной ночи, сэр.

Хью положил трубку.

Он пошел на кухню и начал набирать на контрольной панели код сигнализации, но вдруг ему в голову пришла идея получше. А что, если Энджи возвращалась домой? У нее ведь был ключ. Хью направился к ключнице и проверил. Ее ключа не было… но это еще ничего не доказывает.

Привидения с зубами, раздался голос в его голове – Вот что он сказал, тот парень в телефоне. Привидения с зубами.

– Кто-то стучится в дверь? – Гарри Аронсон кинул куртку на кухонный стол и вытащил из кармана ключи от дома. – К какому часу ты их приглашала?

– К восьми, – крикнула Сара. – Я еще не начинала готовить.

Гарри подошел к входной двери. Сквозь запотевшее окно он разглядел лишь один силуэт, и тот был ростом гораздо выше его начальника.

– Подожди минутку, – крикнул он Саре. Казавшаяся знакомой фигура на пороге была скрыта тенью, Гарри так и не смог узнать, кто это.

– Давай скорей и закрой… – только и смогла сказать Сара, подойдя к мужу. – Ох…

Мужчина, улыбаясь, сделал шаг вперед.

– Вы что-то забыли? – спросил Гарри шерифа.

– Вы ее нашли? – перебила Сара.

– Давайте-ка лучше закроем дверь, – сказал шериф, и наружная дверь за его спиной с шумом захлопнулась, а внутренняя просто медленно закрылась. – Как… Как вы это сделали? – спросил Гарри.

– Давайте поговорим о полтергейсте, – сказал Фрэнк Гозински. И когда он повернулся, Гарри увидел, что за его спиной стоят плоские фигуры, выглядывающие из-за плеча шерифа и улыбающиеся. Одна за другой фигуры стали раздуваться и принимать человеческие очертания. Они как будто пришли что-то ремонтировать, у всех в руках были инструменты: пилы, молотки, дрели, мотки проволоки.

– Гарри? – сказала Сара.

Гарри внезапно почувствовал непреодолимое желание развернуться и бежать из дома в холод и дождь. Но это желание никак не отразилось ни на его лице, ни на руках, ни на ногах. Внешне он казался абсолютно спокойным; только внутри все переворачивалось, а сердце колотилось, как у рысака на финишной прямой.

Вдруг включилось радио, и чей-то голос произнес: Здравствуйте, Гарри и Сара. Добро пожаловать на праздник Хэллоуин. Ваши гости вас будут развлекать. Поприветствуйте их.

Гарри неожиданно для себя улыбнулся и махнул рукой. Уголком глаза он заметил, что жена сделала то же самое, и простонал «Сара», но она его не слышала. Между ними и дверью теперь стояло шесть человек.

Гарри повернулся, чтобы посмотреть на Сару, а Сара посмотрела на него. Не издав ни звука, она одними губами произнесла его имя. Ему показалось, или у нее на глазах действительно выступили слезы?

Ну же, ребята, не будьте буками, поздоровайтесь.

– Привет, – сказал Гарри.

– Привет, – сказала Сара.

– Беспокойная у нас с вами будет ночка, – заметил Фрэнк, – давайте лучше начнем. Ну что, сласти или напасти?

Это было похоже на шум моря. Хью спал. Он стоял на яхте, Энджи рядом возилась с оснасткой и улыбалась ему. Когда он подошел к жене ближе, то вдруг заметил, что она плачет.

– О, милый, – произнесла она; ее губы двигались синхронно словам, но не издавали ни звука… голос звучал у него в голове, так же, как и шум моря. – Прости меня.

– За что? – мысленно спросил он.

Яхта утюжила воду, гордо поднимаясь и опускаясь на волнах. Ш-ш-ш-ш, шептала она.

Энджи с надеждой и страхом повернулась направо, глаза ее округлились, а рот приоткрылся.

– Оно приближается, – произнесла она. Только он начал поворачивать голову, как перед ним, словно барьер, возникло что-то большое и темное, похожее на тяжелый занавес. Громкий треск заставил его открыть глаза.

Хью лежал в своей кровати – нет, не своей; в кровати, которую они делили с женой. Это была их кровать.

Уже нет, милый, прошептал у него в голове едва различимый голос Энджи.

Он посмотрел на часы. Было тридцать семь минут второго.

Свет по-прежнему горел.

Он взглянул на скомканную ночную рубашку Энджи, подтянул ее к себе, прижал к лицу и вдохнул запах.

Ш-ш-ш…

– Кто там?

Недалеко от комнаты кто-то двигался. Хью положил ночную рубашку на подушку и встал с кровати.

– Энджи?

Движение прекратилось прямо у двери спальни. Хью вдруг почувствовал, что на него давит какая-то энергия, словно он стоит на штормовом ветру. Сердце колотилось в груди и в висках. Но это было еще хуже, оно заглушало все звуки, доносящиеся из-за двери.

При этом Хью знал, что звуки никуда не делись.

Неплотно закрытая дверь начала открываться внутрь, и Хью завороженно смотрел на это. Приоткрывшись на пять, от силы на десять сантиметров, дверь остановилась. В комнате повисла тишина, но не спокойная и безмятежная. Это было полное отсутствие звуков, словно все они куда-то делись. Хью хотел произнести имя жены, прошептать его, но первый же слог «Эн» застревал у него в горле, как мягкая нуга. Что, черт возьми, происходит?

Хью подошел к двери и распахнул ее.

– А! – сказал шериф Фрэнк Гозински. – Вот вы где!

– А где еще мне, по-вашему, быть? Я здесь живу.

– Конечно, живете, Хью.

– Как вы вошли?

– Через входную дверь, Хью. Вы же не возражаете, что я вошел, правда, Хью?

– Я ее запер.