Стивен Эриксон – Врата Мёртвого Дома (страница 53)

– Это не сюрприз, – произнес Маппо, взглянув на подобную картину с порога.

Губы Икариума скривились в усмешке, затем он вышел из-за спины Трелла и приблизился к борту.

– Около пяти лет, не более – я еще ощущаю слабый запах соли. Ты можешь определить вид этой конструкции?

– Я проклинаю себя за то, что в свое время не проявлял интереса к подобным вещам, – вздохнул Маппо. – На самом деле я должен был предусмотреть возможность подобного события. О чем думала моя пустая башка!

– Я полагаю, – произнес Икариум, положив руку на киль лодки, – это именно та вещь, ради которой Искарал Пуст отправил нас в путешествие по замку,

– А я думал, что мы ищем метлу, – пробормотал Трелл.

– Не сомневаюсь, что его метла обязательно найдется где-то неподалеку. Да, она была причиной нашего путешествия, но скрытая цель оказалась совсем иной.

Глаза Маппо подозрительно сузились, рассматривая своего друга, затем показались клыки в знак одобрительной улыбки.

– Так всегда бывает, не правда ли? – он проследовал за Ягу-том по неровному каменному полу, широко раздувая ноздри. – Я не чувствую никакой соли.

– Возможно, мои ощущения оказались несколько преувеличенными.

– Я согласен: совсем не похоже на то, что этот борт пролежал здесь долгие века. Что полезного для себя мы можем почерпнуть из данного факта, Икариум? Рыболовная лодка найдена в комнате, выбитой глубоко в скале за тридцать лиг до любого источника воды, превышающего по размерам ручей. Да, верховный священник решил посвятить нас в какую-то тайну.

– В самом деле.

– Ты так и не определил вид этой конструкции?

– Увы, я в той же мере игнорировал все темы, связанные с водой, что и ты, Маппо. Боюсь, мы не оправдали надежд, возложенных на нас Искаралом Пустом.

Трелл что-то проворчал, а Икариум принялся придирчиво осматривать корпус лодки изнутри.

– Здесь имеются сети, причем сплетенные весьма искусно. А еще я вижу нечто, что когда-то могло быть рыбой... Ах! – Ягут потянулся вперед, и из лодки послышался какой-то грохот. Выпрямившись, он посмотрел в лицо Треллу и достал из-за спины метлу верховного священника.

– Ну и что, мы теперь будем подметать этот этаж?

– Думаю, нам лучше вернуть вещицу ее полноправному владельцу.

– Лодку или метлу?

Икариум в удивлении поднял бровь.

– Это интересный вопрос, мой друг.

Маппо нахмурился, а затем пожал плечами. Если в его вопросе и содержалась какая-то мудрая мысль, то она появилась там случайно. Он был разочарован. Слишком долго под землей, слишком долго без активного действия, и все по прихоти какого-то сумасшедшего... Как бы он ни пытался себя заставить, мозги Трелла отказывались здесь видеть хоть какую-нибудь тайну; все, что они делали, казалось Маппо какой-то бессмыслицей. Помолчав, он глубоко вздохнул.

– На это судно и его владельца упала тень, захватила с собой и кинула сюда. Неужели лодка принадлежала самому Пусту? Мне с трудом верится, что в его жилах течет хоть грамм рыбацкой крови: из уст старика я ни разу не слышал, ни портового ругательства, ни соленых метафор, ни острой шутки.

– Итак, эта лодка не принадлежала Искаралу Пусту.

– Да, уходим...

– Подожди, но еще имеются мул и слуга.

Маппо кивнул головой. Потерев щетинистый подбородок, он произнес:

– Класс! Представляю: мул, который сидит в лодке и тянет сеть, наполненную косяком рыбы... Да, подобная шутка богов достойна того, чтобы ее рассказывать следующим поколениям.

– Да, но какой толк от всего этого без озера или пруда, – произнес абсолютно серьезно Икариум. – Нет, думаю, что мул не подходит. Этот бот принадлежит слуге. Вспомни, какие у него способности в скалолазании...

– Я помню только этот ужасный суп.

– Это же была прачечная, Маппо.

– Да. Ну что ж, Икариум, я согласен с тобой. Слуга когда-то курсировал на этой лодке по морям-океанам.

– В таком случае, мы пришли к общему знаменателю.

– Да, для этого бедного человека жизнь в миру оказалась слишком сложным занятием.

Икариум кивнул, затем взял в руки метлу и поднял ее, как флаг.

– Теперь у нас имеются новые вопросы к Искаралу Пусту. Пора возвращаться обратно, Маппо.

Тремя часами позже двое утомленных мужчин обнаружили верховного священника Тени сидящим за столом в библиотеке. Искарал Пуст склонился над Раскладом Дракона.

– Вы опоздали, – протрещал он, не поднимая глаз. – Расклад уже наполнился яростной энергией. Окружающий мир пришел в движение, и ваша любовь к невежеству теперь перестала быть в цене. Прислушайтесь к моим словам, путешественники, или вам будет суждено остаться затерянными в этих песках...

Фыркнув от отвращения, Маппо широкими шагами подошел к полке и снял большой кувшин с вином. Было заметно, что даже Икариум оторопел от подобных известий верховного священника, так как он бросил с грохотом метлу о пол и, резко дернув стул, сел напротив Искарала Пуста: возбужденное настроение Ягута вовсе не располагало к спокойной полуденной беседе. Маппо наполнил две чаши вином и возвратился к столу.

Верховный священник поднял обеими руками Расклад, закрыл глаза и шумно вздохнул, беззвучно вознеся молитву Повелителю Теней. Затем он принялся раскладывать деревянные карты, предварительно бросив одну из них в центр.

– Обелиск! – вскричал Искарал, нервно заерзав в своем кресле. – Я так и знал! Прошлое демонстрирует будущее – здесь и там, сейчас и тогда...

– Дыханье Худа! – выдохнул Маппо.

Вторая карта легла, перекрыв своим верхним левым краем нижний правый уголок обелиска.

– Веревка – Убийца Аркана Теней – ха! – Вслед за ней одна за другой быстро последовали и остальные карты. Искарал Пуст объявлял их так громко и важно, будто находящиеся вокруг люди были слепы или, по крайней мере, абсолютно невежественны. – Вот и Опонн, один из честных близнецов, встреча с которым толкает людей на преступления. Это плохая удача, да, это ужасное несчастье, просчет, нелепое стечение обстоятельств... Скипетр... Трон... Дама из Аркана Жизни... Пряха из Аркана Смерти... Воин из Аркана Света... Рыцарь Жизни, Каменщик Тьмы... – за ними последовала дюжина других карт, а затем верховный священник откинулся на спину и сузил глаза до маленьких щелок, что придало его выражению лица ухмыляющийся вид. – Возрождение – воскрешение человека, который не прошел через ворота Худа... Возрождение, – он поднял голову, встретившись с взглядом Икариума. – Скоро вам придется начать новое путешествие.

– У тебя что-то потерялось вновь? – спросил Ягут так тихо, что волосы Маппо на задней поверхности шеи поднялись в тревоге.

– Да неужели вы не видите, придурки?

– Не видим чего? – прошептал Икариум.

Абсолютно не подозревая о нависшей над собой опасности, Искарал Пуст взвился со своего места и широким жестом показал в сторону карт. – Да ведь все перед вашим носом, идиоты! Все так же четко, как если бы это сделал мой Властелин Тени!

И как только до сих пор выжили такие тупицы, как вы? – в своем неистовстве верховный священник схватил себя за оставшиеся на голове редкие клочки волос и начал рвать их с корнем, одновременно подпрыгивая на месте.

– Обелиск! Неужели вы не видите? Каменщик, Пряха, Скипетр, Дамы и Рыцари, Короли и... дураки!

Движение Икариума было молниеносно: он бросился через поверхность стола и моментально схватил верховного священника за шею. Подняв человечка в воздух, он протащил его через весь стол к себе. Искарал Пуст забулькал; его глаза чуть не вылезли из орбит, когда он попытался слабо сопротивляться.

– Друг мой! – предупредил Ягута Маппо, а затем мягко ослабил хватку Икариума вокруг шеи жертвы, пока еще не было слишком поздно.

Ягут швырнул Искарала обратно на свое место, начав удивляться внезапной вспышке своего гнева. Глубоко вздохнув, он спокойно заключил:

– Говорите прямо, священник!

Искарал Пуст некоторое время барахтался на поверхности стола среди разбитой посуды, а затем, разбросав деревянные карты по полу, затих. Подняв на Икариума свои широкие от ужаса глаза, он произнес:

– Вы должны отважиться продолжить свой путь. Впереди – Священная пустыня Рараку.

– Но почему?

– Почему-почему... Ша'ика мертва.

– Мы должны учитывать, – произнес медленно Маппо, – что особенность никогда не отвечать прямо на вопросы – в крови у этого человека. Это ясно так же, как белый день.

Они сидели в прихожей, которая некоторое время служила Треллу спальней. Искарал Пуст пропал через несколько минут после своей тирады, а признаков слуги они не видели с тех пор, как вернулись с поисков метлы.

Икариум кивнул головой:

– Он говорил о возрождении. Скорее всего, это правда: своей смертью Ша'ика пошла наперекор всем пророчествам, и если возрождение в самом деле означает возвращение из Ворот Худа...

– А Искарал Пуст ожидает, что мы будем присутствовать на этом возрождении. Да, ловко же он нас поймал в свою безумную паутину, причем абсолютно безо всяких усилий. Но что касается меня, то я вообще-то рад, что эта ведьма умерла. Надеюсь, так оно останется и впредь. Восстание всегда означает кровопролитие. И если ее смерть позволит этим землям избежать войны, которая сейчас назревает, то наше вмешательство поставит безопасность под большую угрозу.

– Ты боишься ярости богов?

– Я боюсь, что они вместе с последователями без нашего ведома используют нас, Икариум. Кровь и хаос – это же пища и питье для богов, по крайней мере тех из них, которые слишком уж любят вмешиваться в дела смертных. Вот только я абсолютно не собираюсь плясать под их дудку, это точно.