Стивен Эриксон – Полночный прилив (страница 68)
Если только колдун-король не изменился.
– Иди поешь, Трулл Сэнгар, – позвал его брат.
Глава девятая
Выброшенный на берег голый серый юноша неподвижно лежал на песке. Длинные каштановые волосы спутались, забились ветками и водорослями. Чешуйчатые птицы скакали рядом с телом, разинув зазубренные клювы на утренней жаре.
При появлении Вифала они прыснули в воздух. А когда на линии прибоя возникли три черных нахта, птицы закричали и полетели прочь над волнами.
Вифал присел на корточки у выброшенного на берег, пригляделся и перевернул тело на спину.
– Просыпайся, парень.
В открывшихся глазах отразились ужас и боль. Рот распахнулся, шея вытянулась, и в воздух понесся пронзительный вопль. Юноша задергался, ноги заскребли по песку, руки вцепились в волосы.
Вифал ждал.
Вопль стал хриплым и сменился всхлипываниями. Конвульсии утихли, юноша, только иногда вздрагивая, свернулся на песке.
– Будем надеяться, полегчало, – пробормотал Вифал.
Повернув голову, юноша большими влажными глазами уперся в Вифала.
– Что… где…
– На эти два вопроса я совершенно не в состоянии ответить, приятель. Давай выберем попроще. Меня зовут Вифал, когда-то я жил в Третьем городе мекросов. Ты оказался здесь – хотя не знаю где, – потому что мой хозяин этого пожелал. – Вифал, кряхтя, поднялся. – Встать можешь? Он ждет тебя – тут недалеко.
Юноша перевел глаза на трех нахтов.
– А это кто вообще? И вон тот – что делает?
– Бхок’аралы. Нахты. Называй как хочешь. Я вот так и называю. Тот, который вьет гнездо, – Пьюл, молодой самец. На это гнездо он потратил почти неделю – смотри, как старается, веточки прилаживает, водоросли укладывает, ходит вокруг и оценивает. Самец постарше, который наблюдает за Пьюлом, – это Ринд. Он уже готов веселиться, сам увидишь. Самочка, что прихорашивается на камне, – это Мейп. Ты появился очень кстати, приятель. Гляди.
Строитель гнезда, Пьюл, начал пятиться от сложного сооружения, виляя черным хвостом и качая головой. Шагах в пятнадцати от гнезда он внезапно сел, сложил руки и начал сосредоточенно изучать белесое небо.
Самка, Мейп, прекратила прихорашиваться, немного подождала и неспешно направилась к гнезду.
Пьюл напрягся, ему явно с трудом удавалось смотреть только на небо.
Дойдя до гнезда, Мейп чуть помедлила и бросилась в атаку. Ветки, трава и хворост летели во все стороны. За несколько мгновений гнездо было разрушено с дикой яростью, и Мейп помочилась на развалины.
Неподалеку Ринд катался по земле в неудержимом веселье.
Пьюл явно впал в уныние.
– Это было уже столько раз, что я со счету сбился, – со вздохом сказал Вифал.
– А откуда ты знаешь мой язык?
– Нахватался от торговцев. Своего рода дар, среди прочих даров, о которых я не просил. Думаю, ты будешь чувствовать то же самое, приятель. Пора идти.
Вифал посмотрел, как юноша с трудом поднялся на ноги.
– Высокий… Хотя видали и повыше.
Лицо юноши перекосилось от боли, и он согнулся пополам. Вифал подошел поддержать его, чтобы не упал.
– Это не настоящая боль, приятель. Фантомная боль и фальшивый страх. Борись.
– Нет! Она настоящая!
– Хватит. Выпрямись!
– Ни за что! Я
– На ноги, чтоб тебя!
Вифал грубо встряхнул юношу и подтолкнул вперед.
Тот качнулся, затем выпрямился и глубоко вдохнул. И начал дрожать.
– Так холодно…
– Худов дух, приятель, жара невыносимая! И с каждым днем все жарче.
Обхватив себя руками, юноша рассматривал Вифала.
– Сколько ты… живешь здесь?
– Дольше, чем хотелось бы. Порой выбирать приходится не тебе. Не тебе и не мне. Давай, наш хозяин теряет терпение. Идем.
Юноша запнулся.