Стивен Эриксон – Бог не Желает (страница 55)
Что ж, за это пришлось заплатить. Делас Фана стояла достаточно близко, чтобы защитить Галамбара, косым выпадом отклонить нож Рента. Могла даже спасти его, обезоружив полукровку.
Но Делас не считала себя ничем обязанной ратиду. Даже сейчас она ощущала лишь легкое недоумение, видя, как Тониз и Велок готовят тело к похоронам.
Подняв глаза, Тониз бросила: - Следи за ними, сестрица. Наши псы ведут себя странно.
- Доказательство его слов, - отозвалась Делас. - Узнали запах отца.
Тониз поморщилась, мельком глянув на полукровку, охранявшего беспомощного Дамиска. - Позже, - буркнула она. - Надо похоронить родича.
- Родича?
Велок развернулся к Делас. - Галамбар разрубил мои цепи! Его рука меня освободила!
- Не оспариваю твоего горя, сюнид. К чему бы? К тому же вы всегда были самыми слабыми. Если не дети юга, вас могли бы поработить мы, уриды. Не в этом ли дело, сестра? Уриды склонились пред ратидами и сюнидами?
Взгляд Тониз был спокоен. - Воевода...
- Элейд Тарос, - оборвала ее Делас, кривя губы. - Ты призвала ратида вести нас, Тониз Агра? Может быть, ты приняла его приношения и стала ему женой, женщиной ратидов?
- Воевода Элейд Тарос ведет нас всех, сестра. Все кланы Теблоров. Даже ланидов и фалидов. Я остаюсь уриди. Элейд Тарос мне не супруг. Он мой Воевода.
- Наш отец - вот единственный воевода, нужный Теблорам.
- Почему он не рядом с тобой, Делас?
- Не время это обсуждать.
- Да, ты права. Не время.
Делас Фана оглянулась на полукровку. Жекки обратились в двуногую форму. Оба выглядели весьма жалко. Она со вздохом сказала: - Похорони его, сестра. Я буду на страже.
- Как усторожила Галамбара? - сказала ратиди, ощерившись.
Вторая добавила: - На нее нельзя положиться, Сивит Гила.
- Нет, - улыбнулась Делас. - Я не такова.
Тониз и Велок втиснули кишки Галамбара обратно в распоротый живот и уложили в позу эмбриона, лицом к востоку. Сложили ладони на лице, еще сохранившим выражение удивления. Двух мертвых псов - из родной деревни ратида - подтащили ближе, так, что один лег у головы Галамбара, второй в ногах. Затем Велок сам пошел искать камни для погребальной пирамидки, отказавшись от помощи Тониз.
Вскоре одна из ратиди пустила копье и пошла ему помогать. Они выложили булыжники вокруг тел, а Тониз продолжала трудиться над трупом, снимая вышивки с одежды, собирая украшения, нож и пояс. Расщепленное копье вложила ему в руки, длинным железным острием на север.
Затем Тониз Агра вернулась к коню, сняла седло и начала вытирать животное.
Крупные камни клали в основание насыпи, чтобы была прочнее; затем внутрь стали класть булыжники поменьше. Ближайшая россыпь была в сотне шагов, где ледник сложил камни настоящим валом. Остальные женщины присоединились к Велоку и ратиди. И все же им было не закончить работу до заката.
Дамиск не приходил в себя. Рент сел рядом, легко касаясь груди рукой - грудь ритмично поднималась и опускалась. Покрасневшие глаза Рента следили, как тени ползут по гребню. Говер связал разбитое запястье Дамиска, накинул сверху мех, сделал подушку из одеяла. Затем чуть отошел и присел на корточки, смотря, как Теблоры складывают курган.
Нилгхан ходил взад и вперед, что-то бурча. Наконец сел рядом с Говером. - Ты подвел, - начал он, - подвел Черных Жекков. Предпочел полукровку своему народу. Твое правление окончено. Теперь я владыка Черных Жекков.
Говер хмыкнул, весьма кисло усмехнувшись. - Если подвел я, то и ты тоже.
Плечи Нилгхана опустились. - Я был зачарован. Единственное объяснение. На черных крыльях яростное буйство вселилось в тело мое, заполнило печени, сердца и легкие. Чуждое. Я был пойман неготовым. Такое не повторится.
- Чуждое? Не спорю, оно совершенно чуждо твоей душе...
- О чем ты? - зарычал Нилгхан.
- Это "чуждое", Нилгхан. Это не колдовство, но
- Я должен быть верным демону-полукровке, едва не сломавшему мне шею?
- Кажется, так.
Нилгхан зарычал и замолк.
Говер поглядел на Рента. - Может никогда не очнуться, - сказал он. - Будь готов.
Рент качнул головой. - Он лишь спит, владыка.
- Сон может стать вечным.
- Я буду его защищать.
Говер оскалился. - Это мы видели, друг. Твой нож обитаем.
- Знаю.
Подняв брови, Говер метнул взгляд Нилгхану. Взгляды встретились. Нилгхан рыкнул.
- Он всегда таким был? - сказал Говер.
- Нет, владыка. Его подарили мне в Серебряном Озере, в детстве. Малазанин подарил.
- Аренская сталь, - заметил Нилгхан. - Видел я такие клинки в великих логовах южан. Весьма редкие и дорогие. Когда Рент умрет, нож мой.
Не обращая на него внимания, Говер чесал в бороде, созерцая юнца. - Им ты убил одного из меня.
Рент кивнул: - В череп, да. Но клинок глубоко вошел в камень внизу.
Нилгхан фыркнул: - Даже аренская сталь не...
- Так и было, - заверил Говер. - Сам видел. Тот звук все еще отдается в черепе.
- Тогда он не был обитаем. Он пришла потом.
- Она?
- Подруга, что ныне обитает в ноже.
- Она крылата?
- В прежней форме - да.
- Та прежняя форма... две ноги, четыре?
Рент наморщил лоб. - Она стояла вертикально, владыка Говер. Выше меня самого, но очень тощая. Глаза были как змеиные. Крылья как у летучей мыши. Я почуял... - Брови сошлись.
- Что почуял?
- Она... вела одинокую жизнь. Кровь была на ее руках. - Он хмурился сильней. - Я почти услышал... отголосок истины. - Он глянул на Говера. - Кровь матрон.
- Матрон? - спросил Нилгхан. - Она убивала матерей? К чему, если они уже матери? Видел я, как плодятся южане! Нужно убивать жен, прежде чем они станут матерями, иначе зачем?
Раздраженный болтовней Нилгхана, Говер пренебрежительно махнул рукой. - Молчать умеешь? Рент говорит не об Элайнте, пусть и крылья. Он говорит об
- Ба! Это же пустые россказни, брат.
Голова Рента вскинулась. - Брат?!
Нилгхан весь скривился. - Ага. Это было не заметно?
Вздохнув, Говер дополнил: - Жаль, что я ребенком не задушил тебя в постели.
Нилгхан фыркнул. - Уже тогда боялся меня.
- Тебя? Нет. Я боялся матери.
Брови дернулись. - Мать. Да, она поистине страшна.