Стивен Джонс – Не бойся Жнеца (страница 28)

– Меня быстро вытащили, опасности не было, но за эти секунды я… кое-что там увидела.

– Не может быть, – говорит Дженнифер.

– Может, – возражает Джинджер. – Оно было под настилом, по которому все ходят. Что-то похожее… на опухоль? Здоровенный кусок окровавленной жвачки. И он зацепился за дерево завитками волос.

– Зацепился?

– Наверное, плюхнулся туда в то время… сама знаешь. Когда шло кино. Кусок чьего-то тела.

– Но был уже сентябрь.

– Да, – соглашается Джинджер. – И оно не пульсировало, а как бы извивалось. Я видела, как оно дергается. А потом Гал вытащила меня на солнечный свет – закончить мой терапевтический сеанс. Но я подговорила Синн: она помогла мне выбраться – тогда мою дверь еще не запирали, – и мы махнули ночью к пирсу, вытащили две планки, к которым эта штука прицепилась. И спрятали их в маленьком заливе.

– Дьявольский ручей, – вставляет Дженнифер.

– Наверное. Ближе, чем дом Леты.

У дома Томпкинса. Дженнифер кивает: да, Дьявольский ручей.

– Там еще старая баржа или что-то в этом роде, так? – говорит Джинджер. – Она теперь вообще типа часть берега.

Дженнифер кивает, она помнит: тогда эта баржа еще не превратилась в мерзкую рухлядь, и четвертого июля на нее ставили проектор. Она тогда училась в младших классах.

– Этому нужна вода, – объясняет Джинджер.

– Этому, – повторяет Дженнифер.

– Ей, – поправляется Джинджер. – Я потом уже не могла выходить, мою дверь стали запирать, но Синн мне рассказала. Оно росло. В воде под ней нашли ошейник для кошки: вполне возможно, что оно сожрало кошку. И Синн начала его кормить. Какими-то сбитыми на дороге животными. А оно все росло и росло, пока наконец…

– Не может быть.

– Наверное, ты права. Я сумасшедшая девица из Терра-Новы. Безумная сестра на чердаке.

– Зачем Синн будет тебе так врать?

– Ты уверена, что она врала?

– Хочешь сказать, что оно выросло в девочку?

– Синн дала ей одну из старых ночнушек Гал.

– Почему не свою?

– Она высокая и эффектная. Это семейное.

Джинджер выставляет руку вперед и крутит ладонью, как бы наслаждаясь собственным ростом и собственной эффектностью.

– Галатея в этом тоже участвовала? – интересуется Дженнифер.

– Нет, просто у нее одежды полно, – говорит Джинджер и покачивает головой.

– Чушь какая-то, – говорит Дженнифер. – И где она сейчас?

– Просто стоит на берегу и смотрит на воду, – объясняет Джинджер и сама поворачивается в сторону озера Индиан.

– Это не Стейси.

– Озерная Ведьма, – уточняет Джинджер. Потом пожимает плечами: – Если это не она, тогда какая-то… другая мертвая девочка? Мы ими славимся, так?

– Синн ее опекает? Ты это хочешь сказать?

– Она прячет ее в одном из домов.

Дженнифер обдумывает эти слова, потом говорит:

– Терра-Нова.

Джинджер кивает, смотрит на дверь комнаты, будто слышит что-то, чего Дженнифер слышать не может.

– Что такое? – спрашивает Дженнифер.

– Она вырвалась на свободу, так? – спрашивает Джинджер. – Я слышала, как тут все бегали. Они думают, я в полной отключке, но… «Кто-то все видит», семьдесят восьмой год, Джон Карпентер.

– На самом деле это «Кто-то наблюдает за мной», – поправляет Дженнифер, ударяя слово «мной». – Тебе бы надо посмотреть его же «Глаза Лауры Марс». Тот же год выпуска.

– Потому что я на все смотрю глазами своей сестры? – Джинджер вытягивает губы. – Извини, спасибо, не надо!

Джинджер снова надевает маску Ганнибала Лектера, и слышно, как она всасывает губами воздух.

– Теперь насчет услуги за услугу, – говорит она, – раз уж я раскрыла большую тайну местоимения.

– Ты сама сделала ее тайной, вот и вся тайна.

– Девочке иногда надо развлечься.

– И вся твоя история – хрень собачья, – продолжает Дженнифер. – Кто-то слишком много раз смотрел «Восставший из ада».

– «Восставший из ада»?

– Штуковина, что растет меж досок настила. Это же Фрэнк. Именно так он и возвращается.

– Извини.

– Про лучшие вещи Карпентера ты еще краем уха слышала, а до Клайва Баркера не добралась.

– Кто-кто? Клайв кто?

Дженнифер с болью в душе закрывает глаза. Встает.

– Хорошо поболтали, – говорит она. – Более или менее.

– Еще придешь ко мне?

– Чтобы ты новых сказок наплела?

– Будешь облик менять, да?

– Что?

– Ты даже не представляешь… – Джинджер пожимает плечами, словно переключает рычаги. Встает, распрямляет спину, как-то по-мужски. Что-то происходит с ее плечами, совсем другая осанка. – Что случилось? – говорит она не совсем своим голосом. – Ты слышала, что бывает, если лимонад смешать с содовой?

– Я в эти игры больше не играю.

– Ты что, не врубаешься? – спрашивает Джинджер уже другим голосом. – Ладно тебе, это как та городская легенда. – И опять меняет голос: – Не бойся, не укушу.

– Что у тебя на уме, Джинджер?

– Что из последней девушки ты превратилась… – Она останавливается, чтобы прикрыть смешок тыльной стороной ладони, потом качает головой, как бы извиняясь за этот прокол. – Теперь ты взрослая и не хочешь верить, что это на самом деле происходит. А что бывает, когда человек взрослеет? Помнишь? Или с возрастом все настоящее забывается, а, Питер Пэн?

– Иди к черту, девочка.

– Ясно, – говорит Джинджер. – Что тебе еще сказать? Нечего. Я думала, что говорю с тем, кто верит, но… ты изменилась, ты теперь Дженнифер.

– Я исхожу из фактов, – сообщает Дженнифер. – А факты очень простые: Мрачный Мельник сейчас в городе. Вчера вечером он чуть не грохнул твою сестру. А два часа назад пришил двух твоих одноклассников дальше по этому коридору.

– Не моих одноклассников, – поправляет Джинджер. – Я в школу не хожу, забыла?

– Ну, одноклассников твоей сестры.