Стивен Дональдсон – Война Иллеарта (страница 37)

– Веселая. Ты… ты была домозаботящейся Веселой, тогда, в Обители.

Гривомудрая отвела свой взгляд.

– Да. Но ты не изменился. Сорок одно лето прошло с тех пор, как ты был в Равнинах Ра, в Обители, и отказывался есть еду, которую я тебе подносила. Но ты не изменился. Я тогда была очень молодой, домозаботящейся, как раз перед посвящением в шнуроносящие – а сейчас я стара, а ты все так же молод. Ах, Кавинант Кольценосец, ты был слишком груб со мной.

Он смотрел на нее как пришибленный. Воспоминания, которые она пробудила, были болезненными для него. В следующий момент она подняла руки к голове, прижала их запястьями над ушами, ладонями вперед, и поклонилась ему традиционным приветствием ранихийцев. – Кавинант Кольценосец, я знаю тебя, а ты меня нет. Я уже не та домозаботящаяся Веселая, которая стала шнуроносящей и заботилась о ранихинах еще в те времена, когда Обитель была полна рассказов о тебе и походе за Посохом, когда гривомудрая Гибкая вернулась из темных подземелий, повидав Огненных Львов горы Грома. И я уже не та шнуроносящая Веселая, что стала затем гривомудрой, которую Лорды попросили дать разведчиков-ранихийцев, чтобы отправить их в Испорченные Равнины между Землепровалом и Раздробленными Холмами. И эта их просьба была услышана, хотя Лорды знали, что жизнь ранихийцев – в Равнинах Ра, в служении ранихинам. Да, эта просьба была услышана, и была исполнена гривомудрой Веселой вместе с ее шнуроносящими. Она взялась провести эту разведку, потому что ненавидела Ядовитого Клыка и восхищалась Гибкой, отважившейся покинуть Равнины во имя Лордов, и потому что гордилась Кольценосцем, Носящим Белое Золото, который отказался седлать ранихинов, когда они пришли к нему. Но теперь нет больше гривомудрой Веселой.

Сказав это, она сжала руки в кулаки, а на ногах ее заиграли мышцы. Возвысив голос, она продолжила:

– Я – гривомудрая Печаль – старая плоть той, что звалась когда-то Веселой. Я видела, как надвигается Ядовитый Клык, и все мои шнуроносящие были убиты… – Она как-то осела, голова ее бессильно опустилась. – И я пришла сюда – я, которая никогда бы не покинула свой дом – Равнины Ра. Я пришла сюда, к Лордам, которые называют себя друзьями ранихинов, но это – только когда у них горе…

Пока она говорила, Лорды хранили молчание, и вся палата наблюдала за ней с тревогой неизвестности, колеблясь между сочувствием ее горю и желанием услышать, что же она пришла им сообщить. Но Трой заметил, что голос ее опасно дрожит. Ее тон достиг наивысшего упрека, который она до этого не высказывала. Ему была известна мрачность, которая обычно сопровождала возмущение, испытываемое всеми ранихийцами когда кто-нибудь имел наглость эксплуатировать ранихинов. Но это… Это он не понимал. И ему не терпелось услышать наконец новости. Гривомудрая Печаль почувствовала возрастающую вокруг напряженность. Она осторожно отступила от Кавинанта и впервые обратилась ко всей аудитории.

– Да, говорят, что Лорды наши друзья. Так говорят. Но мне это не ведомо. Вы пришли в Равнины Ра и дали нам это задание без думы о том, какую боль мы испытываем в холмах, которые нам вовсе не дом. Вы пришли и предложили себя великодушию ранихинов, словно хотели быть принятыми Косматыми. А когда вы были приняты, как были приняты Стражи Крови пятьсот Косматых порабощены как средство достижения ваших целей, а не их – вы стали отзывать ранихинов от нас, чтобы подвергать их опасности там, где никто не может их защитить, где рвется плоть и проливается кровь, где совсем не растет аманибхавам, чтоб остановить боль и смерть. О, ранихины!

Не смотрите на меня так недоверчиво. Я знаю про вас все.

Мягким дружеским голосом, полным извинения, Елена сказала:

– И все же ты пришла.

– Да, – снова уставшим голосом сказала гривомудрая. – Я пришла. Я добежала. Я добралась. Я прибыла. Я знаю, что мы вместе боремся против Ядовитого Клыка, хотя вы и предали нас.

Лорд Вереминт было вспылился, но Елена остановила его взглядом и спросила так же мягко:

– И как же мы предали вас?

– О, ранихийцы не забыли! В легендах, сохранившихся со времен могущественного Келенбрабанала, мы знали Ядовитого Клыка и войны Старых Лордов. Всегда, когда Клык-Терзатель развертывал войска на Нижней Стране, Старые Лорды приходили на древнее поле боя к северу от Равнин Ра и вод Камышового Протока и воевали на Землепровале, не допуская Клыка-Терзателя в Верхнюю Страну. Так что ранихины были защищены, и ранихийцы покидали свои холмы, чтобы воевать вместе с Лордами.

Но вы!.. Ядовитый Клык наступает, а ваша армия здесь. Равнины Ра оставлены без защиты и помощи.

– Это был мой план, – нетерпение сделало голос Троя более резким, чем он хотел.

– Так зачем все это? – в ее голосе звучал вызов. – Я полагаю, для этого есть достаточно много основательных причин, – ответил он, стараясь уверить себя, что не ошибается, и быстро продолжил:

– Вот смотри. Ты права – каждый раз, когда Фаул собирал армию, Лорды приходили воевать с ним на Землепровал. И каждый раз они проигрывали. Их всегда оттесняли назад. Слишком много различных путей ведут наверх из Нижней Страны. И к тому же каждый раз Лорды оказывались далеки от своих запасов и резервов. Конечно, они сражались отчаянно, и это снимало напряжение в Равнинах Ра, истощая силы Лорда Фаула, которому приходилось воевать сразу везде. Но Лорды проигрывали. Не оставалось ни одного полноценного Боевого Дозора, и Боевой Страже приходилось спешно отступать, чтоб выжить, перегруппировывать силы и продолжать бои снова и снова, все дальше и дальше к западу – ближе к Ревлстону.

И это еще не все. На этот раз войска Фаула могут выступить с севера, от Сарангрейвской Зыби. Раньше он так никогда не делал. Север Сарангрейва всегда контролировали великаны. Но на этот раз, – он поморщился при этой мысли о великанах. – На этот раз есть некоторая разница.

Если бы мы направились к вам, в то время как Фаул оказался бы на пути к северу от горы Грома, мы оказались бы не в состоянии помешать ему напасть на Твердыню. Ревлстон мог бы пасть. Поэтому я принял такое решение. Я решил ждать его здесь. Не говори, что я не прав – мы не бросаем вас. На самом деле, я не думаю, что вам угрожает большая опасность. Вот смотри, допустим, что армия Фаула насчитывает пятьдесят тысяч, или даже сто тысяч. Столько времени займет у него покорение Равнин Ра?

– Он этого не сделает, – выдохнула Печаль. Вомарк кивнул:

– Даже если он и сделает, это займет у него годы. Вы слишком хорошие охотники, и вы будете воевать с ним на своей земле. Вы и ранихины будете ходить вокруг него кругами, и каждый раз, когда они уйдут оказываться к вам спиной, будете убивать кого-нибудь. Даже если их будет в пятьдесят раз больше, чем вас, вы просто пошлете ранихинов в горы и будете держаться в отдалении от Фаула и откалывать от его армии по кусочку Бог знает как долго. Нет, пока он хочет расправиться с Лордами, ему нет смысла отвлекаться на вас именно в силу этих причин, которые я назвал. Поэтому я и решил, что после этого он пой дет на север.

Он остановился и увидел, что Печаль согласна с его аргументами.

Подробное изложение своего мнения успокоило его самого, он убедился еще раз, что его логика была здравой. И гривомудрая была вынуждена признать это. После некоторого раздумья она произнесла:

– Да, хорошо. Я вижу твои причины. Но мне не нравятся такие идеи.

Ты подвергаешь ранихинов слишком большому риску.

Она устало обернулась к Елене.

– Теперь послушай меня, Высокий Лорд, – сказала она серым, пустым голосом. – Сейчас я передам свое послание, которое без отдыха несла к вам.

Я пришла сюда из Раздробленных Холмов, которые окружают и защищают Ясли Фаула. Я покинула те измученные места, когда увидела великую армию, исходящую из Холмов. Они шли напрямик, прямо как смотрели их глаза, к Землепровалу и водопаду реки Лендрайдер. Эта армия была огромна и бесчисленна – я не могла и предположить такие размеры, и не стала задерживаться, пытаясь сосчитать. С четырьмя сопровождавшими меня шнуроносящими я поспешила уйти, чтобы донести весть об этом до Лордов. Итак, южным путем, обратился сам к себе Трой. Его мозг сразу же начал обрабатывать эту информацию. Конкретные образы Испорченных Равнин и Землепровала заполнили его сознание. Он начал рассчитывать продвижение Фаула.

– Но как-то враги все же узнали о моей цели. За нами была погоня.

Затем черный ветер накрыл нас, и странные отвратительные создания, подобные хищным птицам, напали на нас сверху. Мои шнуроносящие пали, чтобы я могла бежать – и все же я была уведена далеко от своего пути, на север, в глубину Сарангрейва.

Я знала, что опасность для ранихинов была велика. И еще я знала, что не было на Верхней Стране поджидающей армии друзей или Лордов, чтобы помочь защитить их. Тень омрачила мое сердце. Я была почти готова отвергнуть мою цель и оставить Лордов на волю их собственной судьбы. Но я все же преодолела Сарангрейв, чтобы смерть моих шнуроносящих не была бессмысленной.

Через древнее поле битв, через богатство радости Анделейна, через суровые степи к югу от великого леса, подобного Мшистому, но более мрачного и сонного – так я совершила свой путь, так что ваш замысел был изменен этим. Теперь задавайте мне вопросы, а затем отпустите меня, мне нужно отдохнуть.