Стик Дриод – Крис и Марк (страница 1)

Стик Дриод

Крис и Марк

Глава 1

Глава первая

Я сидела в этом вонючем заброшенном кинотеатре. Со стен сыпалась штукатурка. С потолка капала гнилая вода. Воняло пылью и сдохшими крысами. Я подняла рыжую голову. Рука с зажатой сигаретой дрожала от злости. Дым медленно тянулся к треснутому потолку. Под ногами скрипели гнилые половицы. Где-то в дальнем зале хлопнула от ветра ржавая дверь.

— Привет, Ксяоши, — сказал он.

— Чё те надо, ублюдок? Нахуя пришёл?

— Пошли отсюда, я отведу тебя в нормальное место.

Я встала со стула с облупившейся обшивкой. Сжала кулаки до побеления костяшек. На скулах заходили желваки. Запах моей сигареты смешивался с вонью гнили. Капли стучали о мокрый пол прямо за моей спиной.

— Пошли нахуй, козёл сраный! Ты думаешь, я дура, чтобы опять повестись на твои блядские обещания? Когда ты меня сюда сам притащил, всё было нормально, а сейчас чего вспомнил про хорошее место?

— Если ты со мной сейчас не пойдёшь, я спалю этот кинотеатр. Ты отсюда всё равно выйдешь.

Я шагнула к нему навстречу. Каблуки ботинок громко застучали по скрипучим доскам. Кулак так и тянуло дать ему по ебалу. Кожу на плечах кололо от холодного сырого воздуха. Я слышала, как его дыхание срывается от злости. Пахло от него дешёвым виски.

— Пиздец, ты совсем охуел, да? Спалить он решил, мудак ебучий! Давай попробуй, сука, я тут не для того, чтобы твои тупые угрозы выслушивать. Ты думаешь, я боюсь твоего ёбнутого бреда?

— Ты ошибаешься, я полностью спокоен и трезв.

Я остановилась в паре метров от него. Скрестила руки на груди. Рыжая чёлка упала на глаза. Спина упёрлась в холодную сырую стену. По позвоночнику пробежала дрожь. Я смотрела на него как на говно под ногами.

— Ой, блядь, какой спокойный, аж пердишь от трезвости, ублюдок! Ты только что угрожал спалить здание, а теперь «я спокоен»? Хватит нести хуйню, я не верю ни единому твоему слову, мразь.

— В общем так, я считаю до трёх. Или я сейчас спалю кинотеатр, или ты отсюда выйдешь в другое место. Мне тут надоело с тобой в игры играть.

Я оттолкнулась от стены. Подняла с пола обломок доски. Пальцы сжали его так сильно, что ногти впивались в ладонь. Во рту пересохло от злости. Сердце билось как бешеное. В нос бил запах гари от его зажигалки, которую он уже вытащил, сука.

— Ты просто охуел, ебанат, серьёзно? Пиздуй ты со своим счётом нахуй! Я не какая-то твоя сучка, чтобы по твоей команде бегать, козёл вонючий.

Он ничего не ответил. Просто взял откуда-то бутылку с тряпкой в горлышке и поджёг фитиль. Зажигалкой. Той самой, дешёвой, пластиковой.

Я отскочила назад. Споткнулась о обломок штукатурки. Чуть не упала на гнилой пол. Доска вылетела из рук с грохотом. Потрескивал горящий фитиль. Воняло бензином сразу по всему залу. Руки у меня тряслись от неожиданности и злости.

— Блядь, ты ёбнулся окончательно, сука! Ты реально спалишь тут всё нахер вместе со мной? Совсем отморозок, нет мозгов вообще.

— Беги.

Я прижалась спиной к холодной стене. В горле встал ком, но я не показывала страха. Сжала челюсть до хруста. Смотрела ему прямо в глаза. Вдыхала полной грудью вонючий воздух с запахом бензина. Огонь уже поедал фитиль. Только пальцы на ладони предательски дрожали.

— Пошёл нахуй, ублюдок! Я не буду перед тобой бегать, как последняя дура. Ты думаешь, я настолько тебя боюсь? Отстань от меня, мразь, и убери эту херню.

Он посмотрел на меня. Спокойно так. Как будто не бутылку с бензином держал, а стакан воды. И сказал:

— Ну ты сама этого хотела.

А потом размахнулся и бросил бутылку прямо в центр зала. Она разбилась о старые скамейки. Огонь пошёл сразу — жадный, быстрый, как живой. Скамейки занялись одна за другой. Он стоял и смотрел на меня сквозь нарастающее пламя.

— Ну что, побежали?

Я резко выдохнула. Развернулась и побежала к выходу. Каблуки стучали по доскам так громко, что заглушали треск горящего дерева. Дым уже лез в горло. Я кашляла. Плечом задела острый край косяка. Почувствовала, как по коже течёт кровь. За спиной всё сильнее пылало и воняло гарью.

— Ебаный ты отморозок! Совсем с катушек слетел, сука!

Он бежал за мной. Я слышала его шаги. Он не перегонял. Просто держался позади. Я не понимала зачем, но думать было некогда.

Я вылетела из двери на холодный дождь. Ноги поехали по мокрой земле. Я упала прямо в грязь. Поднялась. Вода стекала с волос и одежды прямо в ботинки. Кашляла до слёз. За спиной уже полыхал кинотеатр. Дым валил чёрным столбом в небо. Трещали балки. Я повернулась к нему с окровавленным плечом, чтобы посмотреть на его ебаную рожу.

— Иди нахуй со своими наблюдениями, педофил ебучий!

Он стоял под дождём и смотрел на меня. Смотрел, как я выбираюсь из грязи. Как с меня течёт вода. Как кровь смешивается с дождём на плече. И улыбался.

— Ну вот, теперь ты уже не в кинотеатре. Это радует.

Я стояла в холодном дожде. Грязь прилипла к джинсам. Плечо жгло от пореза. Я стучала зубами от холода. Сжимала кулаки и смотрела на него с такой ненавистью, что сама чувствовала, как кровь кипит в венах. За спиной полыхал огонь. Он освещал его ёбучее лицо.

— Ты еблан, да? Ты спалил целое здание, блядь, и теперь радуешься? Какого хуя ты вообще ко мне пристал, мразь, оставь меня уже в покое!

Он полез в карман. Достал брелок. Нажал кнопку. Рядом с нами — откуда она вообще взялась, блядь? — мигнула фарами машина. Ламборджини. Блестящая, чёрная, как будто только что из салона. Дверца плавно поднялась вверх.

— Ну что, не хочешь?

Я сплюнула мокрую грязь на асфальт. Поправила мокрую чёлку. Всё ещё держалась за порезанное плечо. Дождь лил прямо на меня. Огонь за спиной грел спину. От машины воняло дорогой кожей и бензином. Я смотрела на эту блестящую херню как на кусок говна.

— Твоя тачка паршивая меня не интересует, богатый козёл ёбаный. Думаешь, за машину я тебе всё прощу и прыгну в неё на колени? Ни хуя не выйдет.

Он порылся в машине и достал зонтик. Протянул мне. Просто протянул, как будто это что-то решало. Как будто зонтик мог всё исправить.

— На, возьми зонтик тогда.

Я отбила его руку. Зонтик упал в грязь. Я сделала шаг назад, чтобы не прикасаться к нему. Дождь продолжал лить на меня. Вода попадала в глаза. Я вытирала её рукавом мокрой куртки. Плечо всё ещё жгло от пореза.

— Нахуй мне твой зонтик, падла. Ты думаешь, один ебучий зонтик всё исправит после того, как спалил целый кинотеатр? Иди ты со своей заботой на хер.

Он ничего не ответил. Просто сел в машину. Дверца осталась открытой.

Я стояла под дождём. Нога упиралась в придорожный камень. Дымила сигаретой, которую чудом не замочило. Дым смешивался с дождевым туманом. Я смотрела, как огонь доедает остатки крыши кинотеатра. Холод уже пробирал до костей. Но я не сдавалась и не подходила к его тачке.

— Ну и сиди там нахер, в своей блестящей коробчонке, хуле ты ждёшь? Я не попрусь за тобой, мразь, можешь хоть всю ночь там сидеть и пердеть.

— По-моему, снежок начинает срываться.

Я подняла голову. И правда. С неба вместе с дождём полетели белые хлопья. Снег. Мокрый, тяжёлый. Холодные снежинки били по лицу. Таяли на мокрых волосах. Ещё больше пробирал холод до самых костей. Сигарета уже погасла от влаги. Я выкинула её в грязь. Снег смешивался с дождём. Я уже вся промокла насквозь. Зубы стучали сами по себе.

— Блядь, ну просто заебись. Дождь уже не хер тебе, теперь ещё и снег нахер. Погода даже против меня, всё из-за тебя, ублюдок.

И тут он вышел из машины. Быстро. Я не успела среагировать. Схватил меня за воротник куртки. Сильно. Я забилась, ударила его кулаками по плечам, по груди. Он был крепкий, сука. Запихнул меня в машину на заднее сиденье. Я ударилась спиной о кожаную обшивку. Дверца захлопнулась.

— Отпусти меня, сука ёбаный! Руки убери, козёл, какого хуя ты лезешь ко мне!

Он не слушал. Закрыл все двери. Нажал кнопку. Включился обогреватель. Тёплый воздух пошёл откуда-то снизу.

— Я не хочу, чтобы ты заболела.

Я отодвинулась как можно дальше к двери. Поджала под себя мокрые ноги. Отвернулась от него к окну. Смотрела на полыхающий кинотеатр через запотевшее стекло. Тепло от обогревателя постепенно доходило до меня, но я всё ещё дрожала — то ли от холода, то ли от злости. Мокрая одежда прилипла к телу. Неприятно липла к коже.

— Нахуй мне твоя забота, мразь! Ты меня силой затащил сюда, а теперь прикидываешься хорошим? Иди ты нахуй со своим обогревателем.

— Тебя куда отвезти?

Я достала из кармана новую сигарету. Попыталась прикурить. Руки всё ещё дрожали, поэтому зажигалка не срабатывала с первого раза. Наконец дым попал в лёгкие. Я чуть кашлянула. Смотрела в мокрое окно на улицу, где уже почти стемнело. Мои мокрые волосы понемногу грелись у обогревателя.

— Отвези себя нахуй, козёл, мне тут и так неплохо. Я же сказала сто раз, оставь меня в покое, чего ты не понимаешь по-русски, да?

— Если ты так предлагаешь, давай тут постоим.

Я затянулась сигаретой. Выпустила дым к потолку машины. Откинулась на спинку сиденья. Боль в порезанном плече затихала. Тепло разливалось по телу. Я смотрела на него в зеркало заднего вида. Он сидел за рулём и ждал. Я ухмылялась про себя, какая он всё-таки херовая мразь, что никак не отстанет.

— А я тебе не предлагала, мудак, я тебе послать себя предложила! Но раз ты такой тупой, что не понял — стой нахер, мне не убегать же от тебя опять под дождь.