18+
реклама
18+
Бургер менюБургер меню

Стиг Ларссон – Все дни, все ночи. Современная шведская пьеса (страница 82)

18

Свен. О тебе самой. Ты же хотела.

Анна (встает). Ну ладно. (Хансу.) Нашел что-нибудь?

Ханс достает пластинку.

Ханс. Здесь есть несколько медленных мелодий.

Свен поднимается, берет Анну за руку. Ханс находит медленную мелодию.

Анна. Да, это медленная.

Свен и Анна держат друг друга левыми руками, правыми обнимая друг друга за спину. Ханс садится.

Ханс. Прибавить звук?

Они отпускают руки, обнимая теперь друг друга за спину обеими руками. Ханс наливает себе в стакан виски. Руки Свена на пояснице Анны. Они танцуют, плотно прижавшись друг к другу, немного отставая от музыки. Это продолжается минуты три. Никто не произносит ни слова. Анна чуть сильнее прижимается к Свену. Когда мелодия заканчивается, Анна отступает на шаг назад; они отпускают друг друга.

Анна. Итак?

Свен. О чем ты?

Анна. Что ты чувствуешь теперь?

Свен (Хансу). Выключи стерео, пожалуйста.

Ханс встает, выключает стерео.

Анна (Свену). По-моему, ты страшно одинок.

Свен. Это я должен был сказать кое-что о тебе.

Ханс идет и садится опять.

Анна. Итак?

Свен. Повернись.

Анна поворачивается к нему спиной.

Анна. Зачем это?

В это время Свен кладет ей руку под левую грудь.

Свен. Я должен почувствовать твое сердце. Иначе я ничего не смогу сказать.

Анна. Быстро ли оно бьется? Или что?

Свен. Ты будешь хорошей матерью. Вот чего ты боишься.

Анна. Как это боюсь?

Свен. Ты думаешь, что после этого все кончится. Что это все равно, что лежать там.

Анна. Где это?

Свен. В твоем отделении. Что все кончится, когда у тебя появится ребенок, все. Но ты не должна так думать, а то все кончится уже сейчас.

Свен отпускает ее. Она поворачивается.

Анна. Ты это чувствуешь?

Свен. Я чувствую, что у тебя доброе сердце.

Анна. Я сяду.

Свен. Садись.

Они садятся.

Ханс (Свену). Ты хочешь сказать, что в жизни есть период, когда заводят детей. И есть другой, когда лежат в отделении для хроников.

Свен. Да, только это не одно и то же.

Ханс. Но это и так ясно.

Свен. Анна так не считает.

Ханс. Откуда ты знаешь?

Свен. Откуда ты знаешь, что это не так?

Анна. Это не так.

Ханс. Может, лед принести?

Свен. Я не люблю лед. Он напоминает мне о холодных людях.

Анна. Может, все люди в глубине души холодные.

Ханс. Я, во всяком случае, не холодный.

Свен. Это правда, Ханс. Ты не холодный. (Анне.) И ты тоже.

Анна. Надеюсь.

Свен. Да нет, вы же такие естественные. Вы сами этого разве не чувствуете?

Ханс. Наверное, мы такие, как большинство.

Анна. Какие ужасные слова. Мы же личности.

Ханс. Конечно, все — личности.

Свен. Неправда.

Ханс. Неправда?

Свен. Большинство людей неестественны. Особенно из высшего класса. И люди с высшим образованием. Все, кто слишком высокого мнения о себе. Им приходится строить из себя что-то. Вы этого не замечали?

Ханс. У нас, пожалуй, таких знакомых мало.

Анна. А наши учителя? Они ведь, что называется, люди с высшим образованием.

Свен. И они не были неестественными?

Анна. Я над этим не задумывалась.

Свен. Они скованные и чертовски робкие.

Ханс. Да, но ты же... Я не хочу сказать, что ты такой... Но ты же тоже, ты тоже относишься к лучшим слоям, как говорится.

Свен. Я отношусь ко всем слоям.

Ханс. Да?

Свен (улыбается). А ты этого не ощущаешь?

Ханс. Ощущаю, ты вообще в порядке.