Стейси Браун – Кровавые Земли (страница 55)

– О чем, черт возьми, вы говорите? – В темноте раздался раздраженный голос Трекера.

Я дернула головой в сторону Уорика, приказывая ему уйти.

Низкое рычание сорвалось с его губ, а затем он наклонился, зарылся пальцами в мои волосы и врезался в мой рот своим. Он с яростью пожирал мои губы, помечая меня, овладевая мной, а после исчез. Оставив меня неудовлетворенной.

– Козел, – пробормотала я.

Бах. Бах. После гулкого удара по металлу последовал крик Трекера:

– Эй! – Он снова пнул дверь ногой. – Эй! Откройте! Мне надо отлить.

– Ты что творишь? – прошипела я.

– Мне нужно в туалет, – ответил Трекер как ни в чем не бывало.

– Прекрати! – воскликнула я. О чем, черт возьми, он думал? Здесь так устроено? Можно ли избежать за такое последствий? Трекер был высокомерен, но глупцом я его не считала. Он входил в элитную группу в Povstat. А дураков туда не берут.

Он продолжал колотить в дверь ботинком, и вскоре я услышала возню в коридоре.

– Hülye fasz![18] – яростно прошипел Киллиан. – Угомонись.

Но было слишком поздно. Замок щелкнул, дверь распахнулась, и я вздрогнула от проникающего из коридора света. Горстка охранников шагнула внутрь.

– Ну и какого хрена? – У главного была залысина и изуродованные руки. И снова я никого из них не узнала. Что случилось со всеми охранниками, которых я знала?

– Мне нужно отлить, придурок. – Трекер поднял голову и свирепо посмотрел на них.

– О, неужели? В чем проблема сделать это прямо здесь? – Охранник бросил взгляд на Киллиана и меня, чтобы убедиться, что мы наблюдаем, и схватил Трекера за рубашку. Он рывком поднял того на ноги, насколько позволяли цепи. – Может, я облегчу тебе задачу и заставлю помочиться прямо здесь? Или лучше оторвать твой член, чтобы ты мог ссать только через трубку?

Я не заметила на лице Трекера ни капли страха, пока он уверенно смотрел на охранника.

– Мне надо в сортир. Сейчас же!

Я вздрогнула в ожидании первого удара.

Лысый парень отпустил его и, поколебавшись дольше, чем я рассчитывала, ударил Трекера, повалив того на пол. Охранник пнул его носком ботинка в живот, и изо рта Трекера брызнула слюна.

– Значит, хочешь в сортир? Ладно, мы устроим это. Как насчет небольшой экскурсии, а, Трекер? – Что-то в его тоне насторожило меня. – Сними цепи, – приказал он другому солдату. Молодой парень лет семнадцати бросился вперед и освободил Трекера. Трое других охранников подхватили его под руки и потащили к двери.

Страх охватил меня. Я понимала, что если Трекера выведут из этой камеры, то он уже не вернется.

– Нет! – закричала я, дернувшись вперед, отчего цепи врезались в запястья. – Нет! Пожалуйста!

Трекер извивался и кричал, пока его тащили наружу. Дверь захлопнулась, а его крики все так же эхом разносились по коридору. Потом он затих.

Внезапная тишина была подобно взрыву бомбы. От шока я оцепенела, постепенно осознавая, что только что произошло.

Ни Киллиан, ни я не говорили. Я не могла. Интуиция подсказывала мне, что он больше не вернется. Может, мы и не были близки, но это не умаляло боли от того, что я так безжалостно потеряла еще одного человека. Очередного бойца, переживания о котором придется запрятать поглубже, убрать в долгий ящик, пока не придет время столкнуться лицом к лицу со смертью, болью и горем.

Все это накапливалось, набухало и переливались через край. Я боялась того дня, когда все взорвется, выплеснув кровавые клочья моей души наружу.

– Не факт, что они убьют его, – в конце концов заговорил Киллиан.

Мы оба знали, что это ложь. Это место не дает отсрочки. Они были припасены для жертв, которых Иштван собирался мучить и истязать до самой мучительной смерти.

А Трекер был всего лишь числом.

Время неумолимо утекало. Трекер не возвращался, и с каждым часом тяжесть его участи наваливались на меня все сильнее. Голод, боль, уныние и горе заставляли меня глубже уходить в себя.

– Брексли? – Киллиан позвал меня по имени уже не первый раз. – Поговори со мной.

Я не хотела терять надежду, но внутри себя я уже проигрывала сражение. Правда смело смотрела мне в лицо. Никто не придет за нами. Столько людей погибло. И поскольку я не видела другого выхода, многие из нас последуют за ними. Может, это будет благословением. Если Иштван обнаружит нектар, в этой стране – а возможно, и во всем мире, – воцарится кромешный ад на земле.

– Не сдавайтесь, мисс Ковач. Не сейчас.

– Какой смысл? – Я возненавидела жалкий надлом в голосе.

– А какой смысл в жизни? – отозвался он. – Помнишь, что сказал твой дядя той ночью на площади? Любовь, дружба, семья. Вот ради чего стоит бороться. Единственный истинный смысл жизни. Все остальное – чушь собачья, – процитировал он слова Андриса.

Слезы застилали глаза, и я уткнулась головой в колени, поджав губы, чтобы сдержать рыдания. Воспоминания о дяде отдавались в сердце острой болью. С жестокостью, с которой не сравнятся никакие пытки. Смерть отца уничтожила меня, но в той агонии была некая пустота, которую я могла заполнить воспоминаниями о нем.

Но потеря Андриса? У меня не было способа справиться с ней. Я никак не могла отделить чувство вины от моей любви к нему. Мои руки были в крови. Сердце было покрыто шрамами. Неважно, умолял ли он меня о смерти или это было правильным поступком. Я убила своего дядю. На моих плечах лежал этот груз.

– Брекс, у тебя есть все это. Любовь, дружба… семья.

Я вытерла мокрые глаза об штаны и подтянула колени к груди.

– И помни, что когда тебе наскучит тот неандерталец, то я рядом.

Я подавила смех.

– Правда? Потому что все выглядит так, будто ты думаешь о другой.

Киллиан фыркнул от моих слов.

– Не надо. Я поступил так, как поступила бы любая порядочная личность.

– Угу.

– Ты попала сюда по той же причине. Противостояла больным ублюдкам.

– Ты защищаешься, Киллиан, – поддразнила его.

– Мало того, что она невыносима, так еще и человек. Меня не интересует ни она, ни другие.

Я вспомнила, как книга фейри отправила меня в прошлое и показала сексуального пирата и потрясающую темноволосую девушку, стоящих рядом с ним. Чувства Киллиана были написаны на лице: сердечная боль и обида.

– Кем она была для тебя?

– Кто?

– Девушка, которую я видела в туннеле, книга фейри перенесла меня туда. Кажется, ты назвал ее Кэт.

Киллиан шумно вздохнул.

– Она никто.

– Мы, вероятно, умрем в этой дыре. Расскажи мне что-нибудь о своем прошлом. Я видела твое лицо, знаю, что ты был влюблен в нее.

Он так долго молчал, что я уже не думала получить ответ, но потом он тихо произнес:

– Мы выросли вместе. Она была моей лучшей подругой… моей первой любовью. – Он прочистил горло. – Но она не чувствовала того же. Не то, что я питал к ней.

То взаимодействие между ними начинало обретать смысл.

– Где ты вырос?

– Лучше спроси, где я не рос. Я позаботился о том, чтобы все видели во мне того правителя, которым я сейчас являюсь. Верховного лидера фейри, – по-деловому заявил он. – Но я не всегда был таким. Я поднялся с низов. Работал, сражался и проливал кровь, чтобы добиться всего. Я не получил титул по наследству. Я его заслужил. Хотя некоторые могут сказать – украл. Чего еще можно ожидать от бывшего пирата?

– Пирата? – хрипло выдохнула я. Я думала так о втором парне, находившемся в туннеле, но трудно было смотреть на Киллиана и представлять грязного, жестокого и аморального пирата – хотя я готова была попробовать.

– Я вырос в море, мисс Ковач. Меня обучал самый известный и безжалостный пират. Он многое поведал мне об этом мире. Как все устроено. Как вести эту игру.

Я вспомнила сексуального темноволосого мужчину, которого видела в туннеле вместе с Киллианом, вспомнила, как девушка называла его.

– Это был тот парень, которого я видела? Кройген?

Киллиан не ответил, но что-то в его молчании заставило меня поверить в то, что я права.