Стейси Браун – Кровавые Земли (страница 51)

– Ковач! – Тень Уорика позвала меня в тот момент, когда он с ревом бросился к Бойду. Он успел сделать лишь один шаг, прежде чем в воздухе загудело и затрещало электричество. Уорик вздрогнул, его тело дернулось и напряглось из-за удара током, и он упал на колени.

Крики и мольбы прекратить доносились со всех сторон, создавая суматоху.

– Эй! Эй! – закричал Бойд, стоя передо мной. – Что я говорил? – Он достал из кармана какой-то предмет и нажал кнопку. Мои мышцы свело судорогой, и я стиснула зубы до скрежета, когда боль непрерывным потоком обрушилась на меня.

В помещении воцарилась тишина.

Бойд убрал палец с кнопки, мое тело обмякло, но я так и осталась лежать на полу, свернувшись калачиком, пытаясь отдышаться.

– Чем больше вы будете реагировать, тем сильнее я буду наказывать и вас, и их. – Бойд пнул меня носком ботинка, утверждая власть, которой он обладал. Контроль. – Хотите жить? Значит, обращайтесь с ними хуже, чем с дерьмом на своем ботинке.

Бойд посмотрел на Уорика, а затем перевел взгляд на меня; мышцы на его лице и шее напряглись. Я попыталась протянуть руку, но не смогла. Силы покинули меня от удара электрическим током.

Раздался звонок.

– Ну что ж, мальчики и девочки. Время завтрака подошло к концу еще до того, как вы его получили. – Сион щелкнул пальцами, как бы показывая «не повезло», и спрыгнул со стойки. – Не волнуйтесь, мы оставим их здесь, в качестве вашего ужина. Сможете поблагодарить их. – Он указал на нас, разжигая еще большую ненависть среди тех, кто нас не знал.

– Вставай! – Бойд поставил меня на ноги; голова закружилась, а мышцы дрожали.

Уорик встал рядом со мной, когда заключенные, проносясь мимо, толкали и пихали меня плечами.

– Я убью тебя сам, сука. – В мой адрес доносились проклятия, шипения и угрозы. Забавно, но ни один из них не посмел приблизиться к Уорику. Они по-прежнему слишком сильно боялись Волка.

И снова у меня на спине появилась мишень.

Бойд сам доставил нас на фабрику, наслаждаясь каждым тумаком и ударом, который я получала по пути.

– Садись. – Он толкнул меня к швейной машинке. – Тебе надо многое наверстать. И ты не уйдешь отсюда, пока не выполнишь норму за каждый день твоего отсутствия.

Я стиснула зубы, пытаясь удержать свои эмоции внутри. Меня не было неделю. А обычная дневная норма занимала более десяти часов.

– И веди себя хорошо, слушай охранников и будь паинькой с остальными. – Бойд снисходительно погладил меня по голове, а затем наклонился, коснувшись губами моего уха. – За время твоего отсутствия все несколько изменилось. У нас появился новый способ зарабатывать дополнительные очки. – С этими словами он пошел прочь.

Взяв в руки иголку, я сквозь ресницы осмотрела всех заключенных. Нора сидела в дальнем конце, Кек и Птичка – где-то посередине, а Рози с Ханной находились недалеко от меня.

Увидев их, я испытала облегчение, но когда осмелилась поднять на них взгляд, то смогла рассмотреть только лицо Рози.

Мое сердце подскочило к горлу.

Одна сторона ее лица была черно-синей, губа разбита и опухла, как будто ее сильно и постоянно избивали. Тошнота только усилилась, когда я различила синяки на ее горле. Ханна с Птичкой тоже выглядели побитыми. Все, на что я могла надеяться, что их просто били. И ничего больше. Вот только нечто во взгляде Рози напугало меня. Пустота, которая не имела ничего общего с голодом. Рози быстро вернулась к своей работе, и Ханна с Птичкой поступили так же.

Через каждые несколько стежков я быстро осматривала комнату. Я не узнала ни одного солдата. Одни только новые лица, совершенно другая униформа, словно организация вооруженных сил людей, которую я когда-то знала, исчезла с лица земли.

Я посмотрела на мужскую часть и заметила, что численность заключенных за последнюю неделю значительно возросла. Конечно, здесь были и новые женщины-заключенные, но в тюрьме явно доминировал один определенный пол.

Уорику дали самую тяжелую работу: подбрасывать уголь в огонь и счищать золу. По его лицу катился пот, кожа покраснела и покрылась волдырями.

Рядом с ним находилась только Китти. Она выглядела ужасно. Исхудавшая, с разбитой губой и поникшими плечами. Она отказалась от рубашки, что потрясло меня. Они окончательно сломили ее. Она закидывала руду в печь, даже не поднимая головы.

Эш, Скорпион, Уэсли и Лукас стояли у станков, вырезая и отливая металл в гильзы для пуль.

Киллиана нигде видно не было.

– Где он? – Моя тень подскочила к Скорпиону, еще не до конца сформированная. Мои силы находились на пределе из-за гоблинского ошейника.

– Черт, – вздрогнув, прошипел себе под нос Скорпион и повернул ко мне голову.

– Где Киллиан?

Скорпион огляделся с поджатыми губами, а затем склонил голову, делая вид, что над чем-то работает. Его тень оказалась рядом со мной у швейных машинок, словно он почувствовал, как тяжело мне использовать связь.

– Вероятно, в яме. Он потерял самообладание после случившегося. Они выбили из него всю дурь и уволокли. – Скорпион взглянул на Ханну и Рози, затем уставился в пол. Его челюсть была напряжена, а кулаки сжаты. – Он пытался защитить их. Особенно ее.

Я знала, кого он имел в виду – Рози, которую удерживали охранники, пока она билась в истерике. Тошнота вновь подступила к горлу.

– Здесь все стало в разы хуже. Прежние охранники, которых ты знала, одичали.

Еще до того, как я сбежала отсюда, я видела это – безумие, овладевавшее ими.

Скорпион снова потупил взгляд вниз.

– Что? – пробормотала я.

– Думаю, с Ханной что-то не так.

Мое внимание сразу переключилось на нее. В этот раз я и правда заметила, какой беспокойной она была; возилась с шитьем так, словно растеряла все навыки.

Иштван тоже давал ей таблетки. День или два, но что, если этого будет достаточно? Перемены на подопытных Киллиана происходили быстро.

Тень Скорпиона хрюкнула, и наша связь прервалась, вернув меня через комнату на место. Охранник ударил его дубинкой, приказывая работать быстрее.

Я стиснула зубы, чувствуя, как кислота скользит по пищеводу. Ярость клокотала внутри меня от осознания того, через что прошли мои друзья, сколько боли и пыток пережили, подвергаясь сексуальному, психическому и физическому насилию.

Группа из трех охранников неторопливо вошла на фабрику, отвлекая мое внимание от работы. Их эго бежало на шаг впереди них. Я раньше никогда не видела их, но они зашли так, словно владели этим местом, сосредоточившись лишь на одном человеке.

– Курва! – выкрикнул темноволосый парень лет двадцати. Его грудь раздувалась от сущности фейри, и он так напоминал мне Кристофа своим надменным высокомерием.

Рози втянула воздух, но даже не вздрогнула и продолжила шить.

– Я обращался к тебе, picsa. – Он подошел к ней сзади и схватил за волосы.

На Рози всегда будут указывать пальцем, будут обращаться с ней так, будто она заслуживает жестокого обращения из-за того, чем занималась для получения средств к существованию. Мужчины навязали ей такую жизнь, а теперь сами же и обвиняли в этом. То, что в прошлом Рози занималась сексом за деньги, не означало, что они имеют право брать ее силой. Это все равно было изнасилованием.

Охранник дернул Рози за волосы, указывая через стол на Ханну.

– Мой друг Петро хочет тебя. А Джозеф хочет тебя, блондиночка. – Он кивнул на Птичку, а затем одним рывком поставил Рози на ноги. – Теперь шевелитесь!

– Нет! – вскрикнула Нора, поднимаясь со своего места, и потянулась рукой к дочери, когда Петро резко потянул Ханну за собой. Другой охранник вытащил дубинку и ударил ее по затылку.

– Anya![16] – Ханна истошно закричала, когда Нора упала на швейную машинку, потеряв сознание.

Птичку заставили подняться на ноги. Ее руки были сжаты в кулаки, а на лице застыло каменное выражение, пока Джозеф лапал ее за грудь.

Я не могла этого допустить.

Встав, я чувствовала, как мои легкие наполняются яростью.

– Не трогайте их, черт возьми! – прорычала я.

Трое мужчин замерли, а затем обернулись, потрясенные тем, что у кого-то хватило наглости им указывать.

– Извини? – Главный парень выдержал паузу, глядя на меня. – Ну и ну, здравствуй. – Его взгляд пробежался по моему лицу и телу. – Ты чертовски сногсшибательна. Думаю, я бы предпочел трахнуть в рот тебя. – Он толкнул Рози на стол и направился ко мне. Он был примерно на дюйм ниже меня, но всеми силами пытался казаться выше. – Нужно научить тебя хорошим манерам. Наказать твой рот за то, что он заговорил, когда ему велено было молчать. Тебе еще многому предстоит научиться, рыба.

– Рыба? – Я наклонила голову, изогнув одну бровь. – Ты ошибаешься. – Я натянуто улыбнулась. – Я чертова пиранья.

Уорик как будто почувствовал, что мне нужно, еще до того, как я поняла, что собираюсь сделать. Он влил в меня всю свою энергию – быстрее, чем прежде, плавнее и точнее. Я врезала костяшками пальцев охраннику в горло. Тот отшатнулся назад, задыхаясь и схватившись пальцами за шею. Я подпрыгнула и врезала кулаком Джозефу; от силы моего удара он упал на пол, а из его носа хлынула кровь. Когда на меня бросился Петро, я крутанулась и пнула его носком ботинка прямо в пах, мгновенно сбив с ног.

Крики эхом отразились от высокого потолка, и я обернулась. Охранники бежали ко мне со всех сторон, держа оружие наготове.

Краем глаза я увидела Уорика, который бежал ко мне с тяжелой лопатой в руках, но вдруг резко остановился, уставившись на дверной проем.