Степан Мазур – Всплохи эйцехоре (страница 2)

– Волновые удары? – потирая затылок, припомнил Сёма.

– Нет. Никакой волны не было, – ответил Скорпиона. – Ощущай. Вспомни, что значит ощущать воздействия.

– Мальчики, может, поясните несколько моментов? – подметила Лера. – Какое ещё воздействие?

Скорпион снял повязку, вздохнул.

– Рука руку моет… да обе свербят. Сосредоточьтесь! Я просто воздействовал на провалы в ваших тонких телах.

– Откуда они там взялись? – не понял блондин.

– Сильные эмоции им способствуют. Негативные мысли. Это как кариес – если есть, то само не уйдёт. А чуть заденешь – болит.

– Хочешь сказать, не трогай и не заметишь, что он у тебя есть? – прикинул Сёма. – пока не разрастётся, поражая всё тело. – Не, я всё равно ничего не понял.

– Ваша борьба делает вас слабее. И уже не важно кто победит. Сильнее вы от этого не станете.

Оба замолчали, переваривая сказанное.

– Ладно, у меня есть идея.

* * *

Прохладный ветер холодил кожу. Голые стопы ощущали холодную землю, росу. Скоро рассвет. Двое сидели на траве с закрытыми глазами лицом на восток, третий ходил рядом, изредка протягивая руку в сторону учеников.

То Лера, то Сёма говорили, что ощущают. Так проходила тренировка на восприятие собственного тела и окружающего мира через тонкие тела.

– Попробуйте ощутить рассвет за мгновения до того, как взойдёт солнце.

На крыльце появился Рысь. Присматриваясь к притихшим ученикам, подошёл к Скорпиону, тихо сказал:

– Почему ты Сёме просто не скажешь, что полностью контролировать хищника он сможет только тогда, когда перестанет его поощрять соответствующей пищей? Он отождествляет себя с хищником и теряет человеческий разум, его сдерживающий. Сначала на время, потом сроки возрастут. В конце концов, тотем поглотит его.

– Это его выбор, чем питаться. Сам должен дойти до понимания.

Рысь хмыкнул:

– В одном этом дело?

– Нет, – признался Сергий. – Порой я ощущаю в нём вторую душу. Она бездействует, но иногда мне кажется, что временами пробуждается.

– Откуда такое понимание?

– Понимаешь, иногда Сёма ведёт себя странно. Знает больше, чем должен.

– О, это я заметил.

– И мне следовало. Тогда ещё, в Японии, когда он вдруг решил вопрос с Ино, – добавил Скорпион. – Он действует нелогично, но правильно. Но если раньше это были временные озарения, то сейчас их плотность возросла. Вначале я думал, что это просто последствия «шаровой молнии» Меченного. Но восстановление энергетических тел прошло слишком быстро. Он бессознательно использовал дополнительный резерв, ему не принадлежащий. И этот резерв сильнее его.

Рысь окутал Семёна тонкими телами, ощупывая. Он как зверь, что нюхает всё новое, осторожно изучал давно знакомое с новых позиций. Наконец, заключил:

– Это не совсем душа. Это слепок присутствия.

– Я не знаком с такой терминологией. Чьего присутствия? Душа – индивидуальна, если не считать близнецов.

Рысь сверкнул глазами и исчез. Появился спустя минуту, с ходу обронив:

– Я должен научить тебя сегодня дару пяти человеческих внешних чувств.

– Двадцать шестая ступень? Я близок к её пониманию. Но… почему сегодня? Так Лера меня никогда не догонит.

– О ней я меньше всего думаю. А тебя придётся ускорить. Василий созывает Совет в течение нескольких дней. Если я понимаю всё правильно, то там будут присутствовать члены твоей семьи. Ты должен стать сильнее, чтобы им сложнее было нас переиграть. И… забери, наконец, своего орла с базы, не то Гений станет орнитологом.

– Не могу, – ответил просто Сергий. – Он выполняет важную функцию сдерживания.

– Контролирует Ладу?

– Фактически да. Предупреждает всплески мозговой активности. Если что – подаст знак. Я приду.

А совсем рядом Сёма с Лерой наперебой закричали:

– Вот!

– Сейчас!

– Сейчас появится!

– Идёт!

– Вот оно!

– Солнце!

– Ура!!!

Рысь посмотрел на Скорпиона, улыбнулся:

– Ты уверен, что тренируешь тех, кого надо?

– Лада будет третьей… Скоро, – добавил он. – Если эта встреча так важно, то тебе стоит позаботься о безопасности семей. Наш клан под угрозой. Мы ведём опасную игру. Ударить могут где угодно.

– Хорошо, я займусь наблюдением, но тебе придётся отправить Сёму добираться одного.

– Мешает тарелка?

– Над лесом начинает летать что-то странное. Оно и сейчас летает. Хочешь увидеть?

Сергий кивнул. Рысь обхватил его голову ладонями, от рук пошло тепло, воздух перед глазами поплыл.

– Ускорься.

Скорпион разогнал тело. Время замедлилось, потянулось. До слуха донёсся долгий, протяжный вскрик одинокой птицы в лесу. В быстром многоголосье птичьих стай он должен был пролететь моментально, но тянулся и тянулся, как горячая жевательная резинка на пальцах.

Затем Сергий увидел. Над лесом с огромной скоростью летали два продолговатых предмета размером не больше локтя. Они походили на карандаши с небольшим утолщением у основания. Полёт их казался хаотичным, не подчинялся логике и физическим законам.

Словно тот же самый карандаш в руке ребёнка, он порхал как хотел. Ни чётких линий, ни плавных разворотов – рывками! Нелепые серые грифели на фоне родного неба, слишком чужие и бессмысленные, чтобы понять.

И слишком быстрые, чтобы заметить человеческим глазом.

Рысь убрал ладони. Птичий вскрик прервался. Шум леса вновь ворвался в голову привычным многоголосьем. Время взяло привычный темп.

Скорпион немного пришёл в себя, понизил голос, обронив:

– Думаешь, это как-то связано с Сёминым «слепком»?

Рысь немного помолчал, углубляясь в мысли. Нехотя ответил:

– Вскрытие покажет.

Часть первая: «Наставничество». Глава 2 – Убийца в отражении, романтик в душе

Сутки спустя.

Двое брели по лесу, перепрыгивая поросшие мхом валежины, плутая среди деревьев, пробиваясь сквозь кусты. Тяжёлая дорога. Душный полуденный лес выматывал последние после череды тренировок силы. Сильно пахло травой. Но ветра не было – застрял среди мириад плотно стоящих деревьев.

Сёма прервал себя в желании сорваться на бег. Добежать до искомой точки, преодолевая себя и быстрее выбраться из этого леса – самое то. Но спутница без сил, да и солнечный удар не слишком хорошая штука. Тащи потом.

«Почему он послал лететь сразу после кросса и обеда»?