Степан Мазур – Тот самый сантехник 8 (страница 45)

От своих замыслов Шац тоже не отступал. И бурить продолжал в поисках золота. Как продолжал и скрывать этот факт. И на следующий раз добыча по бумагам прошла под видом бурения скважин. Чтобы далеко не ходить – одну, артезианскую. На всех. А затем трубы начал прокладывать вдоль улиц и снова копать.

В какой-то момент золота оказалось так много, что в плюс все работы вышли. Что не сделает, только на пользу процессу идёт.

Свет на столах прокинет для буровых – растёт цена на землю благодаря освещению посёлка. Скважину пробурил – вода пошла, снова хорошо всё, цены вверх. Частичную канализацию отвёл под видом строительных работ – снова рады потенциальные покупатели. А когда на место бетонки асфальт пришёл, чтобы замести следы, посёлок вдруг статус элитного получил.

– Так Жёлтое золото и развивалось, – улыбнулся отец-основатель, рассказывая эту историю. – Я так прикинул. И понял, что в сумме землю в шестьсот раз дешевле купил, чем потом участки распродал. Всё хорошо было, пока Князь не нагрянул со своими идеями. Он всерьёз решил, что я бомбоубежищами заняла. Пришлось… проникнуться! И заняться, – добавил весело Лопырёв, забыв про сигареты и даже не вспоминая о похмелье.

Он не курил и был бодр. Глаза светились искрой.

«Какой-то новый источник энергии его теперь подсвечивает», – прикинул внутренний голос.

– Ты вспомнил Князя? – только и спросил Боря, воронку остывшую разглядывая и на коробку с тротилом поглядывая под крыльцом бани.

А тот по форме как мыло хозяйственное выглядит.

«Да только мылиться таким устанешь», – предупредил внутренний голос: «А если прикурить мысль в душевой придёт, то пеняй на себя».

– Конечно, вспомнил! – ответил хозяин участка на радостях. – И кое-что ещё помню. К примеру то, что в этом самом месте больше всего золота у поверхности.

И он снова присмотрелся к воронке.

– Я почему тут свой дом и решил ставить? Думал на пенсии с киркой во двор выходить буду. Только вместо грядок золотишко добывать. У Князя каналы по оружию отлично и для сбыта золота работают. Чёрный рынок вопросов не задаёт.

– Ну даёшь! – радовался Боря неожиданному улучшению здоровья приятеля и возобновившейся деловой хватке. – А я уже думал на кой хрен ты забор Зое-то изрешетил?.. Кстати, к тебе послезавтра Вика едет.

– Какая Вика? – тут же повернулся Лопырёв.

Боря посмотрел на Стасяна. Крановщик повертел головой и добавил:

– Не всё сразу, Борь! Дай ему времени ещё с бабами погулять. Проветрится, там и ещё чего вспомнит, – тут крановщик приблизился и добавил шёпотом. – Но меня больше беспокоит то, что он забывает новое. Странно всё это. Не похож он на больного.

Боря задумался.

Всё же энергии предпринимательства в Шаце было больше усталости. И он, достав небольшой кусочек земли из рытвины, продолжил:

– А ещё я помню, что ты говорил, что соседка в кругосветку укатила. Так что не до забора ей пока. Но к осени новый поставим, ещё краше. А нам пока можно по весне покопаться под видом строительных работ. Мол, новый забор ставим, если кто поинтересуется. Вишенка всё-таки туповат, но тоже хуй узлом не вяжет. Накрыл же Князя с оружием по итогу. Говорил я им с Битой – доиграются! Не верили, смеялись.

Тут Шац треснул небольшим молоточком по краю местами обугленной от взрыва породы, извлечённой из земли, подул, потёр и на свете вдруг жёлтым заиграло.

Самородок!

– Верю каждому зверю! – первым обрадовался Стасян дарам природы, что тоже как известно из праха звёзд появились. Но следом перевёл взгляд на Лаптева, который шёл от калитки к ним с деловым видом. В тапках, шортах, пуховике и с сигаретой. И крановщик нахмурился, тихо добавив. – А этому ежу погожу!

Шац только отмахнулся и Стасяну самородок в руку сунул:

– На, грызи! – а сам Борю за плечи приобнял и продолжил объяснение. – Слушай, а ты ведь тоже дом хотел строить?

– Ну как хотел? Хочу! – поправил Глобальный, припоминая все разрешения, что уже стопочкой валялись в бардачке. – Земля только чуть подтает и начну. С фундамента. А пока на стены поднакоплю и крышу.

– Это всё классно, Борь, что взял в каких-то ебенях участок, где вообще ничего нет, кроме перспективы сажать картоху, но вот что я тебе скажу, – и Шац перешёл на шёпот, чтобы только для них двоих. – Бери участок за забором Жёлтого золота. Да хоть весь выкупи его по периметру. Он один хрен тебе по той же цене обойдётся, что один кусочек внутри этого забора.

– Зачем мне участок за забором? – не понял Боря, ещё не привыкнув делать деньги из воздуха.

Шац улыбнулся и пожурил:

– А ты не спеши. Купи, оформи, получи разрешение, пока по кадастру стоит как мышки хвостик, а затем я тебе магию зонирования покажу. Сначала забор отчасти уберём с одного края, потом подвинем и уже ЗА твоим участком поставим. Следом столб со светом будет, труба с водой. А дальше моргнуть не успеешь, как твой участок будет стоить ничуть не меньше, чем тут стоит. Сейчас. А если сразу много выкупишь, без шуток, я и новую дорогу проложу и новую улицу назовём – Глобальная. Хочешь, а?

Боря как стоял, так и застыл. Так вот что значит современное выражение «крутиться и изгаляться». А он тут работает каждый божий день без продыху, вместо инвестирования.

– Слушай, ну это надо обдумать, – признался Боря.

– Думай… только не долго, – хмыкнул Лопырёв. – А то сам займусь.

Довольные предложением и компанией друг друга, они вернулись к мужикам, а там Стасян стоит смущённый. И ладошку протягивает. А на ней самородок на две части разломан. И следы зубов виднеются.

– Ты нахуя самородок перекусил?! – округлил глаза Шац.

– Ты же сам сказал – грызи, – напомнил Стасян. – А мне золота в организме не хватает. Видишь, зубов золотых нет? – И он улыбнулся.

Шац только сплюнул и к дому сразу пошёл, на ходу уже договаривая:

– Боря, забери его домой, пока по воде не пошёл. Или воду всю в вино нам по скважине не переделал. Нам всё-таки ещё мыться!

– Погоди, Шац! – побежал следом за ним Стасян. – Да давай я тебе тот забор по осени и поставлю вместо бригады. За пару часов управлюсь! А если за территорией, то… за день!

Они следом уже о чём-то своём договаривались, а Боря с Лаптем стояли и смеялись.

– Слушай, а что там за кипишь с женой Вишенки? – спросил между делом сантехник. – Мне председатель звонил. Набуханный и явно не в себе.

– Никакого кипиша, любовь у нас, – улыбнулся Лаптев и судя по виду, был весьма доволен её результатом. – Ты только это. Не болтай много, да? И всё хорошо будет.

– А если НЕ будет? – на всякий случай спросил Боря. – Полковник же!

– Да брось, – растянул губы Лапоть, от очередного бычка избавляясь, чтобы никотином эффект от многократного применения трения двух организмов умножить хотя бы на полтора. Ведь лучше жизнь уже не будет! Берём то, что есть и живём… Но ты подумай. Кто ж жену в собственном посёлке на соседней улице искать будет?

– А, ну если так, – добавил в сомнениях сантехник, больше думая о камерах.

– Всё хорошо будет, Боря. Не ссы. Камеры на своей улице я отключил. Вроде как неполадки. Нам бы только из дома Вишенки арбалет ещё незаметно обратно спиздить, пока Матвей не чухнул, что проебали.

– Какой арбалет? – переспросил Боря и губу прикусил, уже зная ответ. – Погоди, ты сказал НАМ?

«Это точно не лучшая идея дня в дом полковника за арбалетом лезть!» – предупредил внутренний голос почти строго.

– Да в том-то и дело, – добавил Лапоть, закуривая последнюю в пачке. – На нём отпечатки Стасяна. Этот чудо-человек на охоту в ночи гонял, а добыл Вишенку. Удачно съездил, базара нет. Но я хрен знает, сдавал он в картотеку свои пальцы или мимо прошёл?

Боря только рот открыл. Дела вроде нет, но интерес есть. А это порой хуже любого дела.

– Так что прав Шац, на время в деревню его отвези. Целее будет, – прикинул Лапоть, прикуривая. – А, чтобы совсем подстраховать, лучше обратно всё взад вернуть. Мол, как висел, так и висел. Не брали. А кто это лучше сделает, как не сантехник? Ты же в любой дом вхож. Так придумай что-нибудь.

Боря подзавис. Столько вопросов сразу появилось.

– Так, тормози. Вишенка либо охотится, либо уже отсыпается. Это раз. И ты хоть знаешь, где Стасян живёт? Я только знаю, что туда пидорить часа два-три. Бате его пытался дозвониться, да трубку не берёт.

– Выходит, от ста до двухсот километров радиус. Надо на карте посмотреть, – кивнул Лаптев и обратно к своему дому направился. – Ладно, не ссы, я обязательно поинтересуюсь. А ты пока в гости к Вишенке сходи. Проведай.

И он пошёл, не оборачиваясь. В сланцах. И почти летел над подтаявшим асфальтом, синюшных ног не чуя.

Ведь когда дома снова ждут, на душе легко, а дорога пролетает незаметно.

«Боря, не спеши. Надо всё тщательно обдумать», – добавил внутренний голос: «Пойдём лучше ещё про христианство почитаем. Вдруг ты тоже из избранных? Не даром же голос в голове слышишь. Но мозгоправу тебя не сломить… Разве что забеременеет немного».

Глава 20 - Без дна

Сердце билось как бешенное. Сантехник застыл у калитки дома Вишенки. Палец замер в сантиметре от звонка. Учитывая размеры декоративного заборчика, это всего лишь условность. Можно позвонить и сразу с крыльца. Прямо у двери.

Можно даже посмотреть в домофон, улыбаясь хозяина вместо глазка, но лучше заранее оповестить о своём присутствии, когда имеешь дело с представителем властных структур. Боря и рад бы назвать их силовыми, но так уж повелось на Руси, что всё, что выше майора по званию – это уже власть.