Степан Мазур – Тот самый сантехник 4 (страница 51)

Когда Боря наконец справился с замком, в коридоре квартиры резко загорелся свет. Степаныч стоял с битой наперевес. И её кончик упёрся Боре в лоб.

— Кто здесь? — заявил боевитый дед, не решаясь сразу бить по голове.

Вдруг люди в форме? Потом бед не оберёшься.

Боря почесал битой холодный лоб и опустил снаряд.

— Степаныч, не переживай. Это я.

— Боря? Чего в ночи колобродишь?

— Да вот, решил заскочить. Но не хотелось тебя будить, — ответил Боря, разуваясь и проходя на кухню следом за дедом. — Можно у тебя переночевать?

— Оставайся, Борь. Чего спрашиваешь? — буркнул сонный дед, готовый отдать последнюю рубаху родственной душе.

В свете потолочной люстры Глобальный заметил, как сильно сдал бывший наставник за последние пару месяцев. Во-первых, поднабрал лишнего по телу. Лицо оплыло как при водянке. Но почки с печенью вроде рабочие и должны были выводить лишнюю жидкость и чистить кровь. То сказывался малоподвижный образ жизни. Сантехник на пенсии всё меньше следил за собой, всё реже бывал на улице.

Во-вторых, седины приумножилась. Василий Степаныч отныне презирал бритву. Белые волосы поселилась везде от макушки до кончика бороды. Новинкой были и усы на лице. Пока не густые, но есть куда стремится.

В-третьих, Степаныч встретил в одних трусах. Что для ночи — норма. Но Боря подозревал, что и днём гардероб не сильно меняется. Косвенно то подтверждали и улики на кухне: раковина полна грязной посуды, мусорное ведро переполнено, рядом стоят ещё завязанные пакеты. А на батарее чего только не висит от носков до тряпок. Когда последний раз мыли полы? Больной вопрос.

Боря вздохнул, понимая, что наставник медленно, но верно сдаёт без определённой цели в жизни. Телевизор стал лучшим другом, а других и не надо.

Степаныч чутко следил за обстановкой в мире и всерьёз полагал, что может заменить любого эксперта на телевизионном шоу при удобном случае. А как новости смотрел, так после пил крепкий чай, и ничего не ел. Аппетит отрубало нет. Потому продукты хоть и приобретались, но по большей части летели в мусорку.

И без того изношенное сердце наставника терзали известия о болезнях русского мира. Он переживал до воспаления язвы о наших. Он вместе с говорящими головами ругал чужих.

Это никогда ни на что не влияло, но для самого Степаныча было важно ощущать себя частью чего-то большего. Того большого светлого мира, что обязательно придёт вместе с победой над коллективным врагом. И чтобы не расстраивать его ещё больше, Боря не цитировал ему слов современных песен. В них у артистов, транслирующихся на частотах русского мира, то «мир был перечёркнут буквой зет», то «орки мочили корки». А иной раз, выступая на всё тех же открытых площадках, иные слащавые рокеры, реперы и представители попсы признавались себе и миру, что лучше куколдов, чем они для космополитизма уже не будет.

Русский мир почему-то сосуществовал с этим миром внутренних диверсантов. И смотрел на отдельных его представителей как на детей, что телом выросли, а головой не стали. Ведь если начать думать тем, чем поёшь, то наткнёшься на противоречия. А видимо для того, чтобы их избежать, подобные представители русского мира на всякий случай пели о нём за границей.

Пока наставник поставил чайник, Боря выслушал многое о геополитической ситуации в мире. Но конкретных советов что с этим делать не давал. Просто попутно перемыл всю посуду и составил мусор у порога. Утром вынесет. А вот на мытьё полов сил уже не хватило. День был богат на события. Он по сути был отцом по эффекту Шрёдингера. Папа и не папа одновременно. Но с этим вопросом сталкивался не только он. Роману наверняка было гораздо хуже. Ведь он просто любил Светлану, не смотря на её предысторию.

Любовь зла. Она же порой — жестока.

«В любом случае братан поступил как мужик, просто взял и забрал домой то, что дорого» — заявил внутренний голос: «А ты чего ноешь? Помогай или отойди! Ты смотрю, Лесе уже с Антоном помог, да? Даже не спросил у Князя про ситуацию с зоной!».

Расстилая себе на диване, Боря только губу прикусил. Забыл. Кира отвлекла. Но спросить ещё успеет. Начать приобщаться к семейным ценностям можно и с водителя для девушки. Пройти курсы стрельбы и самообороны даже полезно. Однако, это так же значит, что идти на фронт добровольцем уже не собирается.

«А, ну да. Ты же просто отодвинул затею к весне поближе. И уже вместе с Ромкой пойдёшь? Да? А кто за ребёнком смотреть будет?».

Боря стиснул губы в линию. Если идти, то сейчас. А к весне вернуться. И подменить брата. Но как Стасяну в глаза смотреть будет, если с Глори-Холлом так и не порешал?

«Идти к участковым надо, провоцировать на операцию», — тут же добавил внутренний голос: «Но тогда уже Князь на дыбы встанет и спросит чего это ты с ментами трёшься?».

Устав от жизненных противоречий, Боря растворился в простыне. И перед тем, как уснуть без снов, задал наставнику лишь один вопрос:

— Степаныч, а что там по части мужичков твоих с курсом повышения квалификации? Готовы подтвердить делом?

— А ты никак гараж подготовил? — усмехнулся старик.

Вспомнив, что там и конь не валялся, Боря покачал головой. Но тут пришла идея.

— Зачем гараж? — сказал он. — Я вам целый коттедж… эм… снял. С баней и бассейном. Пива наберу столько, что про экзамены забудете. Или коньячёк предпочитаете? Всё будет! Не знаю только по части женского внимания. Тут уж сами думайте. Но если что, есть у меня одна… это самое… бодрая массажистка.

И Боря зевнул так, что слёзы из глаз брызнули.

— Вот это дело! — тут же повеселел Степаныч, выключил свет, но засуетился по дому вне комнаты.

От скорой деятельности даже щёки порозовели.

Гость уже не слышал, как забывший про сон старик орудовал шваброй в коридоре и на кухне, вытирал пыль по комнатам. Метнулся бы и на улицу, да кто мусор в ночи выносит? Появилось желание даже пропылесосить, но соседи не поймут. Адекватным надо быть. Сам не спишь, так хоть другим давай.

За окном завывал ветер. Мела пурга, заметая быстро остывающий автомобиль. Под капотом не было термоодеяла, что могло бы сгладить ситуацию. Но ещё хуже было то, что Боря не нашёл времени покопаться в инструкции к автомобильной сигнализации.

Залезть и настроить таймер на авто прогрев — дело десяти минут. Но откуда они у русского сантехника при таком темпе жизни?

Северный ветер, что подул с Арктических просторов, подобной оплошности не простил и быстро сделал из внедорожника тыкву. Точнее, сосульку. Сначала заиндевели стёкла. Потом застыли жидкости в двигателе и автоматической коробке передач.

Когда Боря открыл глаза, и подойдя к окну, решил завести с ключа, было уже поздно. Стартер уныло тарахтел, но никак не мог реанимировать автомобиля.

— Блядство! — обронил Боря вместо «доброго утра».

При том обилии дел на сегодня, что должен был переделать, только за голову хвататься. А как их успеть, если автомобиль колом встал?

«Обычный сибирский нежданчик», — поправил внутренний голос: «не фиг было спать целых… пять часов?»

Просыпаясь под кофе среднего рода на кухне, что очевидно состояло из цементной пыли, протёртого в труху поролона и жжёных леденцов для горечи, Боря допустил первую ошибки дня. И включил телефон.

Доселе молчащий гаджет вдруг разрядился непринятыми звонками и сообщениями, а в приложения для общения было лучше вовсе не заходить.

Отсекая предложения по увеличению пениса и просьбы пройти по ссылке, чтобы узнать, что стало с четой алкогалкиных, после признания их Хомо Сапиенсами во второй инстанции, Боря уже нашёл телефон городской службы по подогреву автомобилей. Но тут случилось сразу два момента.

Во-первых, заголосила трубка домофона. Во-вторых, из ванной комнаты донесся плеск воды. Судя по суетливому виду Степаныча, наставник решил дать бой бороде с усами. А то и подстричь лишние лохмы. Война эта явно затянется.

Боря поднялся и подошёл к двери, подхватил протёртое от пыли средство связи.

— Кто?

— А вы верите в бога? — донеслось из трубки.

— Верю, — ответил Боря и рефлекторно нажал на кнопку «открыть».

Тут тоже случилось следующее. Во-первых, в ванной прекратила течь вода и приоткрылась дверь.

— Кто там? — донёсся голос Степаныча.

— Да так, — ответил Боря, толком не зная, что сказать. — Ходят.

— Боря, пусть ходят в другом месте! Шли всех лесом! — с ходу посоветовал наставник. — Будь жёстче, Борь! А то шляются всякие, а потом на коврике насрано. А у нас даже кошки в подъезде нет! На кого сваливать?

— Быть жёстче, ага, — пробубнил Боря, снова заглянул в телефон и попытался снова заняться делом, но тут кофеин достиг мозга!

Тут же случилось следующее. Включился мыслительный процесс и всплыли детали касательно девушек-воровок из секты. Они ведь тоже по рассказу Стасяна с этого вопроса начинали. Одна даже в шапке была. Вроде, белой.

«Это же они!» — подстегнул и внутренний голос: «ОНИ!»

Боря даже попытался вспомнить, как выглядят сектантки-минетчицы, но память ещё не вся активировалась. Блондинки там были или брюнетки, какая разница? Кому ещё с утра пораньше пенсионеров прозванивать?

«Ходят в окна заглядывают, а потом снимают штаны с людей непроснувшихся и делают своё черное дело», — подтвердил внутренний голос: «А цвет волос вообще можно сменить и подстричься!»

Сантехник, сунув телефон в карман, уже собирался на площадку выскочить. Нужно действовать, раз обещал поймать преступниц. Стасян оценит.