Степан Мазур – Тот самый массажист (страница 5)
Владимир с большим трудом заставил себя отойти на полшага назад, и опустить руки к задней стороне её колен. Приняться за внешнюю сторону бёдер клиентки. Отвлечься, иначе всё, не сдержится.
На столе так некстати последняя песчинка упала на горку в часах.
– Вы брали двойное время? – охрипшим голосом спросил он, как будто орал всё это время.
– Да.
Голос у неё теперь как у котёнка. Едва не мяукает. Но этот голодный котёнок просил не молока. Он жаждал нежности, заботы и ласки.
– Хорошо… я что-то увлёкся на одном месте, – признался он, желая узнать её мнение на этот счёт.
– О… всё хорошо, – ответила она, не поднимая головы.
Хотя бы потому, что щёки были румяны.
Идти к столу массажисту пришлось с заметным трудом. Перевернув песочные часы, Владимир вернулся, встал сзади как можно дальше, чтобы не увидели снизу топорщихся деталей. И принялся прорабатывать икры и голеностоп. Даже если бы его сейчас резали ножом по коже, он всё равно бы стоял здесь и смотрел в одну точку. Смотрел, пока сгибал ей ноги в коленях. Смотрел, пока делал лёгкую принудительную растяжку. Смотрел, проверяя работоспособность суставов. Всё смотрел и смотрел на разрез, что манит, сражает на повал и порождает саму жизнь.
«Всё прекрасно. Здорова, берём»! – стоял на своём мозг: «Отменная растяжка! Ты же знаешь, что это значит, Володь»?
Массажист проверил одну, потом другую ногу. Всякий изгиб натягивал мышцы, заставляя участвовать область между ног. Она словно танцевала для него. Гипнотическое воздействие удалось прервать лишь когда взял в руку стопу.
Владимир не знал, является ли он при таком раскладе фут-фетишистом? Но эти женские стопы точно были по душе. Вот прямо – приятные ноги. Смотри, трогай, наслаждайся.
Он впился пальцами в пятку, но не причинил ни боли, ни щекотки. Баланс настолько тонкий, что она сначала напряглась, а затем резко расслабилась.
Переход был настолько мгновенным, что стопа обмякла в его руке, мышцы стали как из желе. В этот момент он понял, что ей приятно настолько, что доверила ему самое дорогое.
«Женскую ступню кому попало не вручат», – подчеркнул мозг: «Давай напросись к ней на ужин, познакомься с родителями. Посмотрим на маму. Узнаем, так ли она будет хороша лет этак через …дцать. Она тебя уже уважает. Признала, как профессионала. Ты же сразу понял, что это симпатия? Добраться до секрета между ног не сложно. Но попробуй доберись до женских стоп».
И Володя понял, что из уважения к массажисту клиентка даже пришла к нему не сразу после занятий, а после душа. При том, что принять её он должен при любом раскладе.
«Дьявол в мелочах», – подчеркнул мозг.
Богатырёв обнял её приподнятую ногу в благодарность. Без тени брезгливости, не желая выпускать из обеих ладоней ни на секунду. Пальцы раздвинули маленькие розовенькие пальчики и робко, нежно и ласково прошлись между ними по коже. Затем подушечки пальцев начали втирать масло и там.
– О-о-о, да-а-а! – наконец, не выдержала она.
И за этот нежный тембр голоса Богатырёв готов был отправиться в огонь и воду. И даже получить медной трубой по голове на перспективу. Но подвиги сейчас и не требовались. Нужно делать только одно – не останавливаться. Перерыв равноценен поражению.
Он приблизил лицо вплотную к пальчикам, робко коснулся губами. Не поймёт, не заметит, не отличит от прикосновения пальцев. Главное, не дышать.
Массажист затаил дыхание, сражаясь с желанием взять эти маленькие пальчики в рот или коснуться жарким влажным языком. Тогда точно поймёт, заметит и сделает выводы. Но что самое плохое – может перестать ходить. А он и так душу готов отдать, лишь бы это никогда не кончалось.
«Мы без неё долго не проживём», – подтвердил мозг: «Нам без этой женщины вообще труба. Не понял, что ли? Это – Она»!
С заметным трудом Владимир отстранился от ног.
– Переворачиваемся.
Голос охрип. В горле пересохло. Он чуть стянул на себя покрывало, вернувшись к середине стола. Приподнял край, делая вид, что закрыл себе обзор от её обнажения.
Но нет, не закрыл. Этот обзор был скорее от неё самой. Покрывало прикрывало нижнюю часть его пояса. Там стержень давно жил своей жизнью, то подскакивая в восторге, то уставая от длительного прилива крови, отдыхал на перекуре. Затем снова и снова подскакивал в надежде на лучший исход. Стоило только взгляду подкинуть новых деталей или рецепторам в носу донести особо манящий сладковатый запах.
Она приподнялась и перевернулась, ловко проскочив под покрывало. Массажист укрыл её всю от шеи до стоп. Стараясь не смотреть на поднявшиеся холмики груди, отошёл к столу, хлебнул остывшего зелёного чая из большой кружки с прорезиненным дном и с тоской посмотрел на песочные часы.
Оставалось минут двенадцать. Затем пять минут на переодевание, пять минут технического перерыва, пять минут персонального отдыха и придёт новая клиентка, которой положено те же пять минут на то, чтобы приготовится к сеансу и пять, чтобы одеться в конце.
Так настанет новый полный рабочий час. А Её рядом уже не будет. Как же так?!
Клиентки редко берут половинное время. Так устроен человек, если уж решился допустить до своего тела, то чаще только комплексно. Здоровья много не бывает.
– А можно взять тройное время? – донеслось от неё неожиданно.
Показалось, что спрашивает с надеждой. А если так, то это значит…
«Зацепил!» – закричал мозг: «Володя, не трать время, зови в ресторан! Погуляйте потом под луной! Придумай имена детям! Понравься её папе, познакомься с мамой. Главное, не тупи-и-и!!!».
Владимир повернулся и снова увидел торчащие соски. Они словно пытались разрезать покрывало, вырваться на свободу и мечтали только об одном – внимании. Его внимании.
Тут даже мозг в чём-то прав.
– Я бы рад, но… – он замолчал, с трудом подбирая слова. А затем добавил поспешно, как и положено профессионалу и ветерану горизонтального фронта. – Вы приходите на следующий сеанс завтра. Будет тоже моя смена. Двойное время берите.
– Обязательно приду.
Он подошел к столу, протянул полотенце, намереваясь прикрыть грудь, чтобы спустить покрывало пониже и заняться животом, но то ли грудь оказалась слишком свободолюбивой, то ли тело передавало особые вибрации, но полотенце с неё тут же сползло.
Массажист впился осоловелыми глазами в освобожденную грудь красивой женщины. Клиентка, что теперь не просто клиентка, а клиентка с секретом, посмотрела на него с вызовом.
В глазах огонёк, на губах ухмылка.
«Походу, я пропал», – подумал Володя.
«Она спрашивает тебя, примешь ли вызов»? – добавил мозг и тут же поинтересовался: «Мы ведь примем? Примем! Принимай, я тебе говорю»!
Массажист с заминкой улыбнулся в ответ. И коснулся её живота, ощущая, как дрожат руки.
Нокаутирующий удар прошёлся по чувствам. Белоснежное покрывало вдруг выдало новый секрет – пятно.
«ПЯТНО!»
От осознания, что она намокла, Владимир взлетел на пик ощущений. Её взгляд на вызове, она жаждет более весомых действий в поисках его ответа. Это тот самый момент, когда оба хотят слиться,
«Это оно… красная тревога!» – расплылся в неге мозг.
Володя не сразу понял, что к чему. Между ног вдруг стало горячо. Тестикулы сжались и… пятен в кабинете только прибавилось.
Она повернула к нему голову, заметив позорное явление и обронила огорченно:
– Вот так значит? – и добила победным тоном. – Завтра не жди!
Теперь голос резкий, недовольный, полный расстройства. Она властно откинула его руки с живота, поднялась, подхватила трусики, прилипшие к массажному столу, и обнаженная, без всякого смущения, пошла за шторку. Лоскут белой ткани напоминал белый флаг. Вот она – горечь его поражения.
«Не-е-ет!!!» – закричало что-то внутри Володи, пока губы стянуло в линию.
Уже не мозг, а совокупная лига тела, души, духа и серого вещества, проклинали его слабость. Впервые клиентка покинула сеанс на его памяти, не дождавшись, пока последние крупицы упадут на вершину пирамидки.
«Володя, ну ты лох, конечно. И чему только тебя учили?» – заявил мозг и отключил любой мыслительный процесс на прощание.
Это сражение он безнадежно проиграл.
Глава 4 – Теперь точно Она!
Вкус поражения бывает и сладок. Так после ухода богини остался сладковатый запах, но он быстро выветривался. Совсем исчезнет, когда массажист сменит белье на массажном столе. Тем самым единство с человеком, с которым мгновение назад был близок, перечёркивается.
«А жаль», – добавил мозг, проиграв музыку поражения.
Чистота рабочего места – прежде всего. Забота о каждом клиенте первостепенна. Но сейчас не до уборки. Это как точка бифуркации. Момент, которой уже не переиграть.
«Сейчас надо прийти в себя», – подсказал мозг, озадаченный произошедшим не менее того, кто его носил и иногда использовал.
Владимир понял, что ноги ослабли. Сел на софу. Посмотрел на пятно, что расползалось по брюкам, и не сдерживаясь, взвыл, обхватив голову руками.
– НУ КАК ТАК-ТО?!
«Всё же было в прямом смысле в твоих руках», – подливал масла в огонь контролёр сознания. – Богиня снизошла! Наверняка и по гороскопу подходила. Спорим за совместимость по крови? Ой, детишки красивые бы были-и-и».
По факту Володя не знал даже её имени. Это край сознания чего-то напридумал про имена детей, старость плечом к плечу и смерть в один день. А организм сплоховал. От переизбытка эмоций просто взял своё.