Степан Мазур – Тай 2: Вьетнам (страница 4)

Горло вдруг сдавило, а чувство холода лишь разлилось по груди. Гадкое предчувствие засело змеей в теле.

– Как ваше имя?

– Тай.

– Ваше полное имя?

– Что… случилось? – спросил в ответ Демченко. – Где Май Кохан?

– Если это имя пострадавшего, то у меня для вас плохие новости. Произошла авария возле байкерского клуба Харлей Девидсон. Приезжайте, пожалуйста, на опознание в ближайшее время. Я буду ждать вас рядом с больницей, – и офицер назвал точный адрес.

– Что… с Маем? – спросил запоздало Тай, но связь уже отключилась.

Само слово «опознание» ответило на заданный вопрос.

Как в тумане, Тай надел шлем. Второй шлем упал на парковку. Но поднять его сил не оказалось.

«Для чего он? Я – один»! – мелькнуло в голове.

Дрожащая рука повернула ключ.

Разозлился на себя, сжал кулак. Дрожь прошла. Но силы, которых и так на донышке, стремительно таяли.

Он не помнил, как добрался до морга больницы. Не помнил, как повстречал офицера. Сознание проснулось только когда офицер Таксин начал говорить с ним, подводя к мешку с телом в холодном, тёмном помещении с мощными лампами. Они высветили металлические стеллажи и из одного из них выкатили тело в чёрном плотном мешке.

Патологоанатом отметил что-то в бумагах и раскрыл мешок. Пахнуло гарью. Так пахнут доски на пепелище.

– Телефон мы обнаружили в семнадцати метрах от аварии, – начал спокойно офицер. – Похоже, незадолго до момента столкновения водитель пытался по нему говорить.

– Как же… так? – глухо произнёс Тай.

– Задние тормоза на мотоцикле давно стёрлись и не функционировали, – объяснил офицер. – Резко затормозив перед светофором передними тормозами, водитель не справился с управлением и вылетел через руль. Затем врезался в стоящий спереди бензовоз.

Офицер кивнул судмедэксперту. Тот полностью расстегнул мешок. На хирургическом столе возлежало обгорелое тело без единого намека на уцелевшую кожу или одежду. Чёрная сажа плотно оплела кости. Временами выступало зажаренное мясо. Отвратительно пахло палёной кожей, волосами и пластиком.

Единственное, что оставалось целым – это зубы.

Судмедэксперт подхватил речь полицейского:

– Водитель был без шлема, и, судя по остаткам никотина на губах, курил сигарету. Горящий пепел, судя по всему, воспламенил остатки топлива.

– Эксперты полагают, что на раскаленном на солнце корпусе бензовоза хватило бы и искры среди паров бензина, – добавил офицер. – Но допускается так же и человеческая халатность. Возможно, часть корпуса бензовоза была плохо промыта. При доливе на заправке бензовоз могли окатить под давлением. Затем не омыли. Полагаю, после столкновения сигареты и потоков бензина, и произошло возгорание, за ним последовал взрыв перевозимой ёмкости. Охваченное бензином тело полностью обгорело. Но у нас нет зубной карты пострадавшего. Так что, если вы можете внести ясность, сделайте это.

– Кто-нибудь ещё пострадал? – спросил Тай.

– Водитель бензовоза в реанимации. Его состояние критическое, но стабильное. Взрывной волной его выкинуло вместе с лобовым стеклом, а не окатило бензином. В какой-то степени ему повезло, что отделался лишь переломами на асфальте. Больше жертв нет, – тут офицер вздохнул, поправил фуражку и повторил. – У нас есть надежда, что вы опознаете тело по зубам. Пожалуйста, исполните свой гражданский долг.

Офицер повернулся к побледневшему опознавателю. С парня словно сошёл весь загар. Бледный, как смерть, седой фаранг смотрел на чёрное тело, пытаясь принять, что перед ним лучший друг.

С минуту Тай вообще не мог ничего сказать. Лишь глаза бегали по чёрной копоти, пытаясь определить, была ли на теле чёрная кожаная жилетка.

Зубы… Тай вдруг понял, что понятия не имеет, какие у друга были зубы.

Друга. Были… Эти два слова вдруг зацепились за сознание.

Улыбку помнил. Зубы нет. Мужчины не запоминают таких тонкостей.

Офицер не торопил. Времени у него хватало. На острове происшествия подобного рода можно было пересчитать по пальцам.

Тай качнулся, ощущая, как земля уходит из-под ног. Таксин подхватил под локоть, помогая удержаться.

Сам парень схватился за край стола, не желая выглядеть беспомощным. Взгляд вдруг зацепился за оплавленные искусственные пальцы на правой руке и почерневшее от копоти серебряное кольцо с гравировкой орла.

Тот, кого прозвали Гекконом – шустрой, вёрткой ящерицей, любил считать себя орлом. Ведь таким он был, когда садился за руль мотоцикла. Расправлял крылья и летел!

– Маю сложно было тормозить правой рукой. Для себя он часто переделывал на мотоцикле тормоза под левую руку.

Судмедэксперт приподнял правую руку, более пристально изучая кисть.

– И…кольцо, – добавил Тай, разглядев его среди оплавившегося пластика. – Я подарил его позавчера. Это оно.

– Что с его рукой? – спросил офицер.

– Он носил протез на пальцах правой руки.

– Пальцы оплавились, – подтвердил судмедэксперт. – Под ними нет костей. Протезирование.

– Это… Май Кохан, – через силу выдавил из себя Тай и отвернулся, уже не в силах смотреть на обгоревший труп.

Больше он не мог ничего сказать.

– Большое спасибо за помощь в расследовании. Дальше мы сами. Вы… Вы воздержитесь от управления транспортным средством в таком состоянии, – посоветовал офицер и вывел парня из морга, оставив приходить в себя на улице.

Тай вновь попытался согреться под палящими лучами солнца, но солнце словно проходило сквозь него. Тело морозило. Хотелось закутаться в одеяло и не двигаться.

– Подождите, я договорю с судмедэкспертом и вызову вам такси, – сказал офицер. – Вы в порядке? Ваша спина кровоточит. Майка в крови.

– Татуировка, – обронил Тай глухо. – Майку плохо отстирал. Заживает кожа.

– А что за мечи?

– Ритуальные… То есть для игр. Я – ролевик, – быстро поправился он, не желая дальнейших расспросов.

Офицер кивнул и ушёл. Тай молча сел на тротуар рядом с мотоциклом. За руль он больше сесть не мог. Офицер был прав. Стресс.

Достал телефон, слепо глядя в экран. Осознав через некоторое время, что смотрит на два текстовых сообщения в телефоне, прочитал их.

Одно сообщение звучало так:

«Я вылетаю. Надеюсь, ты добился того, чего хотел. Я удаляю твой номер. Не пиши и не звони мне больше. Про вещи забудь. Прощай, моя тропическая любовь… Не твоя… Света».

Второе было более лаконичным:

«Ты пожалеешь о том, что сделал».

Новый номер явно говорил, что это очередная попытка Наоми наладить с ним связь.

Тай уронил телефон в траву. Пальцы не слушались. Отцепив ножны с мечами, и повесив их на руль рядом со шлемом, парень лег на траву.

Прикрыв рукой лицо, завыл. Слёзы потекли по щекам крупные, горячие.

Прикусив руку, чтобы не закричать во весь голос, Тай закричал куда-то глубоко внутрь себя. Вот только слова эти было не разобрать. Потому что не требовались для взрыва боли никаких слов. Это надо пережить.

Сколько прошло времени, он не знал. Очнулся, когда перед ним стояли офицер и таксист. Местный таец, узнав о трагедии, предлагал отвезти куда угодно бесплатно. А офицер, видя подавленное состояние человека, больше вопросами не сыпал.

– Мотоцикл и вещи я привезу позже, – пообещал Токсин, помогая подняться с травы. – Скажите адрес.

– Ват Ко Сирей, – убито ответил Тай и сел в тонированный автомобиль.

– Храм?

– Да. Я прислуживаю при нём.

– Духовная служба, значит. Понятно. А как же ролевые игры?

– В свободное время, – едва выдавил из себя Тай. – Я ведь ещё и… фаранг.

В салоне такси во всю работал кондиционер. Но теперь парень не чувствовал уже и холода. Хотелось выйти из тела и больше в него не входить. Деревянное, безжизненное, из него словно выпили все соки.