Степан Мазур – Квест: выжить любой ценой (страница 1)
Квест: выжить любой ценой
Квест: зомби. Глава 1. Я – (неу)Дачник
Мой персональный апокалипсис начался с дачи. В калитку посреди ночи вдруг застучали десятки рук, на ворота навалились толпой и железо жалобно заскрипело. За окнами завыли и застонали на разный лад. Гортанные голоса, тяжёлый бас, лёгкий просвист и мрачные хрипы. Музыка конца света, чёрт бы её побрал!
Я подскочил с дивана, сослепу едва не опрокинув приставленный у края подлокотника костыль. Рефлекторно схватил, удержал. На секунду показалось, что это сон. Странная грань между пробуждением и бодрствованием. Но нет, грохот только нарастал!
Прислушался. Рёв и скрежет поднялся такой, словно старые ворота с калиткой сражались с полчищами бесов. Сердце бешено застучало. Страх стеганул по телу, обозначив себя липким потом на спине. По забору из старого шифера заскребли жуткие ногти или сами когти, подкинув адреналина в кровь.
Сначала я подумал, что это какая-то стая диких животных, заглянувшая к нам в СНТ. Кому ещё захочется тратить здоровый маникюр и просто срывать ногти в кровь, чтобы попугать дачников?
«Может, дикие собаки»? – мелькнуло в голове: «Но какого бы чёрта им делать в Садоводческом некоммерческом товариществе посреди ночи? Одна-две, конечно, могут пробежать по улицам посреди дня, брошенные дачниками. Но чтобы стая? Откуда им взяться? Из леса, что ли? Да и что им делать на нашем участке? Мяса тут нет, рыбу я не вялю, так как в это году не рыбачу, никаких привлекательных запахов посреди сезона нет, вроде шашлыков. Не до них пока. А овощи и ягоды не слишком манят животных. Разве что бурундуков, но звуки этих мелких грызунов я по привычке различаю за километр и ни с чем не перепутаю».
Неловко дёрнулся, стараясь разглядеть при свете луны в окно больше. Вроде не полнолуние, естественный спутник Земли торчит на две трети из-за тучи, но на улице достаточно лунного света, есть россыпь ярких звёзд и видно сам Млечный путь. Это нормально – видеть это в ночном небе, когда поблизости нет никаких источников света.
Наша дача как раз из таких мест – ни единого фонарного столба, ни одной будки трансформатора в округе. Пытались одно время провести свет из города за десятки километров, но затем у страны возникли тяжёлые переходные времена и от этой идеи избавились. Как и от проводов, которые подозрительно быстро свистнули ещё в самом начале затеи.
Вот и получается, что ни света, ни столбов, ни проводов, ни перспектив обеспечения электричеством. Разве что генератор заводи или укладывайся спать пораньше, чтобы попусту ручным фонариком не светить.
– Агр! – взвизгнуло за воротами в моменте сильнее прочего.
Никакие это не собаки!
От моего резкого движения к окну костыль с грохотом рухнул на деревянный пол. Резкий, противный звук разорвал внутреннюю тишину в доме, от чего не званные гости за периметром сначала замерли, прислушавшись, а затем словно обезумели и так навалились на ворота все вместе, что те просели и вмялись железом внутрь. Отчётливо послышался хруст дощечки, которая выполняла роль засова посередине.
А я говорил бате, что надо бы где-то хоть кусок металлического профиля найти! Или трубу. Стальную. А он в ответ что? «Да не надо, кому ты тут нужен. Распиленное весло – это так, временно. Вот по осени будем забор менять, так и ворота поменяем».
Ага. По итогу от окончательного взятия ворот неведомыми силами меня теперь удерживала лишь небольшая стальная цепочка. Тонкая, как цепь на шее. Потому что тоже – номинальная защита. И да, тоже поменяем осенью.
С калиткой же ещё хуже. Стальная основа, оббитая тонким железом и парой-тройкой досок по периметру для плотности. Обычно она закрывалась на массивную цепь, на которую мы, уезжая, вешали замок, замыкая цепочку такой «застёжкой». Оплетая стальную опору, цепь и замок создавали хотя бы иллюзию безопасности без хозяев на участке. Конечно, если у злоумышленника есть кусачки или хотя бы пары плоскогубцев с собой, то ничего не поделать. Кто захочет, тот залезет так или иначе. Но сейчас на цепи нет и замка. Ведь на даче я. Защитник, который всё порешает. Один. В ночи. Без оружия. С костылём.
Замок разомкнут. Он просто висит на одном из звеньев цепи, тогда как сама цепь просто крепится на приваренный к трубе крючок, чтобы калитка держалась закрытой в натяге. Такой себе засов, конечно. Но от проходящих мимо соседей этого было достаточно, чтобы не докучали разговорами об урожае. Вот нужна мне их смородина и морковка?! И никто не знает точно погоду на завтра! Могут только предполагать.
Не люблю незнакомых людей не своего возраста. Не люблю пустые разговоры. Какого чёрта я тогда вообще делаю на даче посредине дачного сезона, спросите вы? Да и кто я, собственно, такой?
О, это занятная история!
Меня зовут Костя. Константин Костров. Высокий, худощавый брюнет с карими глазами. В прошлом месяце мне исполнилось девятнадцать. Я провалил вступительные экзамены в институт, не добрав одного балла. Одна грёбанная запятая, выставленная за пределами положенных клеточек, решила мою судьбу на ближайшие годы. Просто не повезло, как по мне. Поэтому должен пойти служить срочную службу в армию… Точнее, должен был!
Гадать над тем, что за злой рок повис над моей головой, я должен был вот уже как пару недель в поезде вместе с другими призывниками, а затем продолжить в автобусе до военной части в соседнем регионе. Но незадолго до окончания весеннего призыва мы с друзьями так бодро отметили мой уход в армию, и так сильно переживали, что я скоро побреюсь на лысо, что я сломал ногу. А под крики «Костя ломает кости!» никуда не поехал, кроме травм пункта. По итогу – гипс от ступни до бедра, костыль под левую руку и отсрочка до осени, а то и до следующего года.
Но после недели в отделении травматологии и хирургии рассказать об этом особо некому, потому что родители решили, что лучше всего оставшееся время выздоровления я проведу на даче. На свежем воздухе, мол, кости быстрей зарастают.
«
Точно, телефон!
Я рванул к подоконнику, прыгая на здоровой ноге, схватил гаджет и тут же попытался позвать на помощь, набрав быстрый короткий номер. Но вскоре скис. Ни палочки связи! Даже пресловутая служба спасения здесь не берёт! Раз нет света, то нет и работающих в постоянном режиме вышек связи. Ближайшая находится за речкой выше по течению и повёрнута в другую сторону, транслируя сигнал от нас, а не к нам. И сколько бы любой оператор связи не уверял в рекламе, что у них максимальное покрытие по всей стране, попав сюда ты понимаешь, что всё это позерство. А когда смотришь на перечёркнутый кружочек и телефон превращён в фонарик с калькулятором, так просто испытываешь отчаянье. Хотя до цивилизации вроде бы рукой подать.
Уже почти неделю, как я даже с друзьями не могу поговорить, вне зависимости от того, сколько раз заряжал телефон от павер-банка. Разве что могу сходить к остановке, или залезть на дерево повыше. Тогда, подкинув телефон, иногда можно отправить короткое сообщение. Но мы и так достаточно покуролесили на заброшенной стройке, залезая через заборы и прыгая с крыш, как и положено всем будущим десантникам, отчего, собственно, у меня и возник закрытый перелом, чтобы снова обсуждать это. А теперь ещё и с гипсом по деревьям лазить? Нет уж, увольте!
Пока пялился в телефон, гадая как быть, и как связаться с родителями, ворота сдались. Дверная цепочка вылетела как пуля, выпущенная из пистолета под давлением множества тел. Сама-то прикручена на четыре шурупа в доску, но та часть, куда вставляется застёжка была закреплена лишь на два. Потому что – временное решение. А нет ничего более постоянного, чем временное.
Жалобный хруст резанул по слуху! И тут я просто остолбенел. В свете убывающей луны на автомобильную стоянку на внутренней территории, а затем на вымощенную плиткой и кирпичами дорожку, ломанулась целая толпа… людей!
Да, это определённо были люди. Но люди рычащие, как будто пародируют тигров, и люди стонущие, будто умирают, и даже люди хрипящие. Да так, как будто у многих перебита гортань.
– Что. За. Хрень? – невольно прошептал я почти по слогам и отпрянул от окна, а затем пригнулся. Как мог на одной ноге, неловко упав на бок и пряча свет от телефона.
Они приближались к крыльцу!
Обняв костыль, я пополз к другому окну. Если один оконный проём выходил видом на ворота и калитку, то другое окно показывало куст чёрной смородины. Настолько плотно заросшей, что почти заросли.
Бах!
Звук подстегнул. В дверь начали ломиться. В ту дверь, что вела в дом. На крыльце у нас нет двери, висит лишь лёгкая занавеска от комаров. А вот на небольшую кухоньку-пристройку к дому уже стоит деревянная. Условная, но всё же дверь. Но увы, она на такой же цепочке вместо замка, которой и держались до последнего врата.
Бух!
Одно батя всё же сделал по уму… Добавил ещё два шурупа на крепление. От скоро расправы меня отделяют четыре плюс четыре шурупа на два сантиметра. Так у меня есть немного времени, чтобы выскользнуть в окно.
Ну как выскользнуть? Если бы вы знали с каким хрустом веток падает на куст человек в гипсе, вы бы не стали поднимать столько же шума. Однако, примяв перед собой смородину костылём, я прыгнул без раздумий, как и положено десантникам. Тут же перекатился поближе к дому и принялся отодвигать белые кирпичи. Они на даче со времён постройки. Длинные, со внутренними пустотами для облегчения общего веса изделия. Весь дом обложен такими белыми кирпичами по периметру, прикрывая нижнюю часть шиферного обрамления здания. В этом есть свои плюсы и минусы. С одной стороны, выглядит как будто стройка всё ещё не завершена даже двадцать лет спустя после её начала. С другой стороны, убрав с десяток кирпичей, можно залезть под дом даже с гипсом, чем я тут же и занялся. Ведь под домом – погреб. В основном, он расположен в районе кухоньки. Там же и люк.