Степан Мазур – Грани будущего 4: Игры жизни (страница 8)

Игра ломала людей. В буквальном смысле, как старую доску – об колено. Была ли она предназначена именно для этого?

«Может, что-то пошло не так»?

Эльфийка и рада бы обсудить это хоть с кем-то из напарников, но времени не давали.

В сомнении покачала головой. Нет, подрастающее поколение подземников не могло завести её в персональную ловушку. Они хотят, как лучше. Они – юные граждане нового мира, а главное, – часто единственные специалисты будущих промышленных предприятий.

Зиновий добьётся того, чтобы старческий возраст вновь был отодвинут от тридцати хотя бы до девяноста лет. С развитием медицины подземников прекратятся глупые смерти от банальных заражений и инфекций. Прогресс в этой сфере значительно пошатнулся после войны, но в последнюю пару месяцев совершил настоящий рывок. Фармакология, нано–хирургия, кибернетика и разработка навесных гаджетов, присоединенных систем, а также беспроводной связи, работали теперь на поверхностников так же, как на стареющих владык подземного мира. Они разрабатывали «бессмертие», если можно так сказать, осталось лишь продолжить их начинания. И вновь показать, что человек способен жить и полноценно функционировать сто и более лет.

Первые голубые крабы тем временем покинули кромку моря и быстро–быстро переступая кривыми ногами, бросились на игроков. Перемещались внешне неуклюжие существа на удивление быстро. Спутницы среагировали на врага. Но положительного эффекта это не принесло. Вскоре послышался хруст костей в клешнях и первые предсмертные крики.

С точки зрения какого-нибудь отмороженного извращенца картина выходила – что надо! Огромные хитиновые чудовища корявыми прыжками носились по берегу. Ловили, перемалывали и жрали почти беззащитных девушек в белом одеянии.

Эльфийка грустила, а вот капитан Ленка Смирнова в ней морщилась. Тела светлых дев постепенно покрывали собою пляж. Сопротивление было сломлено, не начавшись.

Разумеется, кто–то пытался отмахиваться бесполезными посохами. Но деревянные палки только скользили по хитиновому покрытию. Топор или кирка того же веса, возможно, смогли бы что-нибудь сделать. Но дубовая клюка была бесполезна.

«Эх, мне бы РПГ-7», – вновь подумала девушка, только и делая, что отступая.

Оставшиеся «монахини» вскоре прижимались к отвесным скалам. Дальше бежать было некуда. Развернувшись навстречу уродливым безмозглым убийцам, девушки в белом молча ожидали смерти.

«В чём наша сила»? – думала Эля, прижимаясь спиной к шершавому камню. – «Возможно, мы способны лечить, исцелять прикосновением любые раны или даже поднимать мёртвых, сраженных на поле битвы? Сращивать кости, останавливать кровь, заставлять плоть срастаться одним лишь взглядом точно должны? Но… как это делать? И зачем восстанавливать то, что будет тут же добито? Безусловно, это страшная сила, великий дар. Но только не нужный именно здесь и сейчас… Тогда в чём смысл? Неужели Игра просто отдает их на истребление»?

Леди Света – не маги. То, что проделывал каждый из игроков на арене Чёрного Колизея, могло бы спасти сейчас всех. Но ничтожные магические силы, данные в прошлом Светлым Аколитам и Тёмным Мастерицам сейчас оказались недоступны.

«Но разве Игра не реальна в данный момент? А если так, то могут ли установки, заложенные разработчиками внутри программы, воздействовать на силы, заложенные в самом человеческом разуме»?

Ответа не было. А огромный голубой краб приближался. Врагов – хоть отбавляй.

Эльфийка не верила в свою смерть. И предпочла до последней секунды сражаться. Сдаться, отступить – не в её характере.

– Да не пошли бы вы все к чёрту лысому?! – закричала она и воздев руки к небу, плевав на все законы Игры, выпустила из тонких пальцев испепеляющую струю пламени, мгновенно поджаривающую краба.

Она внезапно поняла то же, что в другой части Игровой вселенной уже понял Дементий.

Правил нет. Правила лишь в голове. Всё остальное как процесс – адаптация.

Выживай и побеждай врагам на зло или отступи, засомневайся в собственных силах и умри, отсеянный.

Отступать она не собиралась. И пламя самой её веры поглотило пляж, испепеляя всё живое вокруг.

Ели не будет жить она, то не будет жить никто!

Глава 5 - Серый. 7 Level

Тимофей привычно осмотрел своё снаряжение, изучил одежду, мельком скользнул взглядом по прилегающему ландшафту. В отличие от большинства своих друзей, Акробат всегда уделял много внимания деталям. Да толку от этого не было. Симуляции с каждым разом раздражала его всё больше. Львиная доля этого раздражения была связана не с проблемами выживания, но с многочисленными неувязками, которые всё чаще поражали на каждом этапе Игры: фентэзийное небо, обрезанные возможности, ограничения по времени, минимальные шансы на спасение… Сколько можно играть в режиме «сверхтяжело»?!

«Мы же не боги»! – едва не сказал он и крепко задумался.

Краем сознания он понимал, что они как боголюди-создали искусственный интеллект, который и создал подобные симуляции, так похожие на полноценный мир. Ну чем не боги без всякой подмены понятий? Притом люди мастера лжи и самообмана. Сначала одни вбили другим в головы за тысячи лет, что есть какие-то Боги. Потом это всё развенчали, когда заглянули на горизонт видимой Вселенной и поняли, что она – конечна.

Но боги, как и дьявол могли себя по-прежнему проявлять в мелочах. Например, человек для своего домашнего животного был истинным богов. И если собака поклонялась ему и принимала как божество, то кошка лишь делала вид. Но без человека ей в условиях домашних квартир или даже загородных домов было уже не обойтись. И вот перед такой, домашней кошкой чем он не бог? Кормишь её, лечишь, чудеса показываешь. Кошка многого из этого не умеет, на чем способен удивить её человек. И не понимает, как это работает.

Так чем ты не бог для какой-нибудь гипотетической кошки?

Тимофей поморщился. Нет, люди не боги, но в какой-то момент поравнялись с ними, создав Сверхразум, что сам превзошёл людей. И уже для него люди – кошки. А он для людей – новый бог или богиня, которую люди же и убили. Таков парадокс мира, где история всегда шла не лучшим образом.

Однако, он был на седьмом этапе и уже этот факт радовал. И уходить на финишную прямую надо было красиво, пуская за спиной фейерверки. И если в подземном городе не было никакой возможности увидеть их воочию, то в игре он обещал себе прощальный салют, который запомнится.

«Игры Смерти как раз по мне»! – был уверен Тимофей, постоянно озираясь. – «Давайте сюда всю вражескую братию, устроим битву веков. За свою шкуру я дорого возьму, обещаю. Кровью, никак иначе! Ведь я своей банде обещал встретиться ещё раз»!

Тим перестал воспринимать симуляцию как процесс адаптации после встречи с Альфой. Страха смерти не осталось. Азарта тоже. Это было обычной ЖИЗНЬЮ. Жуткой, как у солдат на войне, но самой что ни на есть настоящей.

Удивительная яркость и насыщенность местных виртуальных миров была даже приятней забытой «реальной» жизни. Такой далёкой, почти искусственной с её вечной суетой и смешными заботами подземного мира, с нудным бытом и великими трагедиями, которые на самом деле не стоили и гроша. Их искусственно создавала Палатенная Сотня, рассеивая внимание подземников. Они задавали повестку, они же следили за её выполнением.

«Чем симуляция ИИ хуже жизни в нашем маленьком, покорёженном мирке–резервации»? – убеждал себя Тим. – «Кто возьмёт смелость поставить черту между реальностью и выдумкой Нои? Да и что реальнее в самом деле»?

Древние философы, которыми в ШУРе зачитывался Тимофей, не зря говорили: «Вселенная это то, что даётся нам в ощущениях». И если ощущения ничем не отличаются друг от друга, это говорит о многом.

Так что реальней? Виртуальный мир, грозящий болью и смертью каждую минуту? Или явь с обязательным дневным сном и запланированным полдником из обезжиренных, экологически чистых продуктов?

Тим с презрением фыркнул. Симуляция – это вызов. Который он примет и пройдёт на максималках.

Новый уровень одарил ничего не выдающуюся одежду, что состояла из широких штанов и рубахи с длинными рукавами. Всё – светло-коричневого оттенка. Более интересным оказался плащ: тёмно-сиреневый, с серебристой каймой. Голову украшала красная повязка-накидка, закрывавшая сразу пол черепа – лоб, темя, затылок, макушку и виски. Волосы скрывались под повязкой полностью. Только сзади, на плечах болтались две тонкие косы.

«Косы»?

Тимофей быстро провёл руками по голове, словно убеждаясь, что не глючит. Потом по всему телу, вверх и вниз. На поясе висели два длинных клинка, на первый, поверхностный взгляд совсем простых. Но только на первый взгляд. Клинки были крепкими и широкими, с открытыми гардами по типу кинжальных. Такие легко перехватывать, вертеть ими, как булавами жонглера.

Длина оружия оказалась невелика – нечто среднее между мечом и очень длинным кинжалом, однако слишком тяжёлым и мощным. Но главное, он чувствовал в новом оружии магическую энергию!

Пульсация ощущалась не только при прикосновении к рукояти, но даже тогда, когда клинок просто висел на поясе и он его не касался. Оружие было «заряженным», вот только чем именно, Тим пока не знал.

Недолго думая, он извлек оба клинка, помахал вразнобой и сразу всё понял: делаешь одно движение, но клинок вместо этого… словно делает три!