Степан Мазур – Грани будущего 4: Игры жизни (страница 10)
Жуткая картина.
Преодолевая боль, Тим вытащил один из клинков и воткнул его в стену меж кирпичей насколько хватило сил. Клинок, словно почувствовав уверенную решимость раненного хозяина вдруг вспыхнул призрачным светом. По рукояти побежала энергия, ладонь обдало жгучим холодом.
«За него можно держаться»!
Не раздумывая более не секунды, Тим выхватил второй меч и воткнул его рядом с первым. Надавил даже, глубже погружая в стену. Потом подтянулся из всех сил, проклиная раненное плечо. Вытащил из стены правое лезвие и, удерживаясь на левом одной рукой, вонзил первый меч ещё выше. Вырвал «нижнее» лезвие из камня, снова подтянулся – уже на одной руке. И снова вонзил.
Учитывая боль и кровопотерю, скалолаз из него был так себе. Но пока сознание теплилось в теле, он старался изо всех сил.
Его товарищи, вне зависимости от роста и массы, увидев пример бойца, карабкающегося по отвесным стенам, теперь дружно сами ползли наверх. Они вонзали оружие в стены и вытягивали себя из воды.
«Давайте, тупые боты, принесите нам победу»!
Иногда ему удавалось зацепиться подошвами сапога за щель, выбоину или отверстие, оставленное собственным мечом. В этом случае давление на руки немного спадало. Но стрелы продолжали лететь вниз, сваливая даже упорных скалолазов.
Стрелков на башнях стояло немного, но и в живых осталось десятка три игроков. Целясь, защитники высовывались из окон-бойниц и метали в них камни. Это проще, чем стрелять, высовываясь практически вертикально вниз.
Подняв голову, Тимофей заметил потрясающую деталь. Защитники «работали в парах». Один целил из лука и высовывался из бойницы почти полностью (даром, что нападавшие не имели собственных лучников и ответить огнём не могли). А второй хватал его за пояс, цеплялся за вероятный упор возле окна и удерживал, таким образом, напарника-стрелка на весу.
Акробат позволил себе усмехнуться. Голь на выдумку хитра.
Присмотревшись, он заметил ещё кое-что. Стрелки, высовывающиеся из окон, были очень хорошо видны. Он легко смог определить, что замок защищают вовсе не люди. Во всяком случае, не обычные люди. Существа в бойницах были длинноухими, с большими, вытянутыми глазами!
– Сраные эльфы!
Подтягиваясь на клинке, игрок засопел от натуги.
Нет. Скорее, не эльфы, а Светлые альфары из кельтских легенд, раз речь идёт о мифологии, а не о литературных сказках. Эльфы-лучники, как известно, были придуманы профессором Толкиным, и в «оригинальных» народных сказаниях представляли собой маленьких безобидных существ. Кажется, даже летающих, со слюдяными крылышками.
А вот альфары – были вполне себе боевой «полноразмерной» расой, способной навалять смертным по первое число.
Впрочем, лично Тимофею было глубоко параллельно, чья стрела войдёт ему в темя – фэнтезийного ушастика, или исторического альфара, придуманного диким пиктом в горной Шотландии. Спасало только то, что ублюдкам с луками было неудобно стрелять из бойниц прямо под стены. Выворачивались из себя, бедолаги. Да и снаряды должны когда-то заканчиваться.
Пока Тимофей прикидывал минимальный угол, необходимый стрелкам для того, чтобы нашпиговать ползущих «сиреневых» железом, стрелки и сами догадались, что обстрел из луков выходит не вполне удачный с точки зрения статистики раненых и убитых. И из окон верхних этажей прямо по стенам потекла горящая чёрная жидкость.
«Неужели сырая нефть»? – удивился Тимофей. – «До керосина, надеюсь, ещё не додумались в своем поганом игровом средневековье»?!
Несколько человек ниже по стене, легко обогнав раненного, с дикими воплями полетели назад, в ров, прямо на подводные брёвна-пики. Тем же, кто был выше, тоже не особо везло. Тела падали вдоль стены, кувыркаясь, а сиреневые плащи и светло-карие одежды, облитые нефтью словно только и ждали, пока прилетит с неба первый факел.
И он не заставил себя долго ждать. Бедолаги, облитые нефтью, тут же воспылали огнём, словно в шубу лисы оделись.
Как только первые из обожжённых рухнули вниз, большинство игроков медленно перемещаясь вдоль башен, ушли с линии «стоков» и отныне карабкались по стене, как и прежде, страшась лишь попадания стрел.
Вскоре линя ползущих достигла уровня первых бойниц. Поглядев вниз, Тим, что добрался со всеми, присвистнул. От поверхности рва его отделяло два десятка метров. Конечно, они легко заберутся вверх. Не все, так хотя бы здоровые.
Он скривился, ощущая лёгкое головокружение и сухость во рту. Если тело повысит температуру и мышцы сведёт, может и не добраться.
И тут он подумал, что не обязательно ползти весь путь по стене! Этажи в башнях наверняка соединялись переходами и со способностями Серых к фехтованию, в возможности пройти сквозь ряды «живого» и «убиваемого» противника Тим не сомневался.
Он тут же юркнул в окно. И первые добравшиеся до бойниц бойцы повторили его манёвр, стали немедленно прыгать внутрь.
Защитники с луками как выяснилось, были рассажены очень редко и многие бойницы вообще не охранялись. Выбив остекленную раму и вырвав железную решетку с толстыми прутьями, товарищи Тима – настоящие монстры физической силы и скорости, исчезали внутри.
Сам он просто забрался в открытое окно, не рискуя давать нагрузку на тело.
Обстрел почти немедленно прекратился. Поняв, что одними стрелами периметр не удержать, защитники, вероятно, стали концентрировать усилия на сражении внутри башен.
Однако, Акробат не спешил наверх. Штандарт, развевающийся на самой вершине, как и прежде оставался главной и единственной целью. Значит, его хорошо охраняют.
Но боты к такой разумной мысли не подошли. Они бросились по стене и лестницам башен наверх наперегонки!
Вскоре вперёд вырвались двое. Самые лёгкие и тонкие оказались лидерами невероятной гонки. Тим пошёл по лестнице за ними следом, глядя в спину невысоких, худых ботов.
В замке в то же время бушевала схватка; из бойниц нижних уровней вырывалось открытое пламя. А в донжоне, на крыше которого был закреплен штандарт, слышались удары железа о железо.
Пошатываясь, Тим преодолел лестницу и прислушался. Там определённо шёл бой. Но принять в ней участие он уже не сможет. Ноги подкашиваются. А губы наверняка белые как мел. Упал гемоглобин.
«Хотя какой к чёрту гемоглобин? Это даже не моё тело! Думай, придурок. Думай, как быть»! – подбадривал он сам себя.
Мечи он оставил в стене. В них нет толку, когда ты лишь тень себя прошлого.
Взобравшись на донжон по ступеням, Тим замер напротив штандарта. До него оставалось десяток шагов. Но игроки перед ним были ещё ближе. И их не подпускал гвардейцы к заветному трофею.
Акробат обошёл стражу. На безоружного с кровавыми потёками на одежде, мало кто обращал внимание.
Он заглянул через стену. Высота была манящей и ужасной. Под сотню метров! Вокруг выл холодный ветер. Вся долина, в которой происходила схватка, грязный ров и соседние более низкие башни лежали как на ладони.
Ступни ног упирались в скользкую черепицу, которая, однако, оказалась всего лишь декоративной и представляла собой сплошное листовое покрытие, закрывавшее крышу здания по всей его ширине.
В этот момент, в трёх метрах от Тима на крышу выбрались те, кто карабкался по стене. И сразу бросились на гвардейцев тыла. Теперь их отделял от победы или поражения всего шаг. Все остальные спутники, что гремели сейчас мечами за стенами башен или замешкались, неумолимо отстали.
Акробат напрягся. Драться совсем не хотелось. Да он и не в состоянии! Рука с раненым плечом повисла плетью, в глазах туман. И становится только хуже. Боль больше не острая и обжигающая, но ноющая, давящая.
Из медицинских стереофильмов по колюще-режущим ранам, просмотренных детстве, Ким знал – его силы находились почти на исходе. Очень скоро сознание оставит его совсем.
Он присел на край стены и слабо улыбнулся. Штандарт вон он – рукой подать. А не дотянешься. Мешают как гвардейцы, так и спины своих. И спутников от каждого взмаха суровых защитников всё меньше и меньше.
– Беда, – обронил Тим.
Голова вдруг так закружилась, что невольно подался назад. Позади уже не было упора и единственно, что оставалось это падать вниз. С высоты сотник метров… в ров!
Он летел какие–то секунды. А затем в спину толкнуло.
Одновременно, на крыше донжон несколько игроков повалили стражника и самый юркий скользнул в прореху между щитами и пиками. Он рванул штандарт на себя, ухватившись за древко. Конечно, его тут же настигли другие гвардейцы, нашпиговав тело сталью. Но рывка на себя хватило, чтобы древко перелетело стражников и игроков и полетело за пределы стены… в ров.
Цепляясь единственной рукой за мелькающие перед лицом липкие подводные стены, Тим опускался на самое дно. Он не чувствовал ног от удара. А воздух весь вышибли при жутком ударе. И он уже не надеялся вдохнуть новую порцию.
Но он до последнего смотрел открытыми глазами на мутный мир. Из глубины рва вершина башни видна словно сквозь кривое стекло – с плавными переливами. На покатой кровле маленькие фигурки нелепо махали клинками, через стену летели последние игроки. Гвардейцы скинули их со стены. Они ненадолго пережили его.
«Выходит… мы все проиграли»? – мелькнуло в голове обречённое.
Тим, словно протестуя, протянул целую руку вверх, чтобы ухватить напоследок за горло какого-нибудь врага.
Но вероломная окружающая реальность не давала противника напоследок. Она скользила вокруг него рыбой и игрой преломленного света. Желая поймать на прощание хоть рыбу, он сдавил ладонь и вдруг… почувствовали мягкую ткань, струящуюся в воде.