Степан Мазур – Грани будущего 2: Регенерация (*30 иллюстраций) (страница 63)

— Ладно, не до щитов. Дотемна всем вернуться к составу. Обед пропустили, но ужин никто не отменял. Держим ухо востро, — отчеканил Зиновий, понятия не имея, что говорить людям, которые и так знали, что делают.

Что более важно, каждый проявлял инициативу. Пугала в этой ситуации лишь инициатива Демона.

Зиновий осмотрелся. Мир за пределами светлого времени суток становился не таким гостеприимным, как днем. Ночевать где-то за пределами бронированного состава было не комильфо.

— Возвращаемся к составу!

Глава 30

Допрос с пристрастием

Планер Дементия приземлился на крышу последнего вагона для подзарядки. Столбов подключил заряжающий провод к аккумуляторам, после чего подхватил бессознательного пленника, перевалил на плечо и спрыгнул с вагона на землю. Дементий спустился по лестнице сам, небрежно скинув тело Свободного следом.

— Что дальше? — спросил массивный разнорабочий.

— Дальше? Повышение! А какое у тебя звание?

— Ну… никакого теперь-то, — Ваня даже пожал плечами.

Демон тут же пожалел, что Столбову так и не дали звания. В Новой Экспедиции от них фактически отказались. Все слушались лишь адмирала, отчасти капитана Смирнову, Ольху, Вики, Тимофея — людей, которые проявляли инициативу. Де-факто это были четверо героев подземного города и хакер.

Также определенные права следствие обязанностей были у повара Алисы, которая могла приобщить к кухне любого человека по своему усмотрению. А ещё Дементий знал, что есть новый глава безопасности — Семёныч. Все так его и звали, не зная ни имени, ни фамилии. А сам он называл себя именно так.

Как по мнению Демона, добродушный толстячок меньше всего походил на Упыря или Лысую деспотичку, которые занимали этот пост в анклаве до него. Но Седых виднее.

Вместо зачистки леса Семёныч ушёл с техническими и научными группами в Уссурийск, считая, что основная опасность Экспедиции там, к тому же запчасти от титанов нужны были для научных изысканий.

Выходило, что в вагонах нет никого из командного состава, кроме самого Дементия.

— Вань, отнеси пленного в лазарет и это тело захвати. И свободен, — приказал Демон как можно более уверенным голосом.

Люди с поверхности почему-то охотно слушались таких ораторов. А Ваню даже просить не следовало.

Вдвоём подошли к антирадиационной камере. Датчики просканировали тела и внутрь пропустили без обеззараживания. Новые технологии позволяли не тратить заряд попусту, если датчики не фиксировали радиационного поражения.

Демон проследовал по пяти мужским вагонам следом за Столбовым. Остановились в женском вагоне. Ваня кинул тело под ноги и снял с плеча живого пленника.

— На хирургический стол его. Вот так.

Дементий расцепил пленнику браслеты, вместо них руки и ноги чистильщика попали в плен стальных скоб стола. Их внедрили на стол для фиксации при операциях без анестезии.

«На всякий случай», как сказала Ольха. И не прогадала.

— Свободен, Вань, — отчеканил Дементий.

Водитель планера в ответ ничего не сказал, лишь кивнул и ушёл. Возможно, хотел остаться и посмотреть. Зрелищ в последние годы не так много. Но приказ есть приказ.

Демон, насчитав на свободном только два клеща на ногах, засунул тело в чёрный мешок для лучшей сохранности. Он уже собирался залепить живому пленнику пощечину, пробуждая, но в бокс лазарета зашла медсестра.

Её звали Тоня. Она была маленькой, пухленькой девушкой в медицинском халате вместо Алой Саламандры. Костюм оставила на зарядке. Только так можно было проворно лавировать в довольно узком медбоксе, помогая хирургам на операциях.

— Стоит обеззаразить помещение перед процедурой? — с ходу спросила она, не разобравшись в том, кто прикован к столу. — Нос ему будем пришивать?

— Как вообще делается обеззараживание? — спросил Дементий, мало обращая внимания на то, что лицо пленника кровоточит.

Его больше интересовали клещи на его теле и возможное средство защиты от них.

— Медицинский бокс обладает теми же свойствами, что и антирадиационная комната, но только для бактерий. Здесь стерильная чистота. А вы пришли в грязном костюме без халата, — также с ходу укорила она.

— Нам не нужна операция. Нам нужны ответы. Не надо ничего стерилизовать.

Твоя помощь не понадобится. Можешь идти, — ответил Дементий, больше не обращая на медсестру внимания.

Заприметив на подносе с инструментами старый хирургический скальпель, он взял его в руки и в один момент воткнул пленнику в ногу выше колена.

— А-а-а! — закричал людоед, мгновенно придя в себя.

Тоня вскрикнула от неожиданности и выскочила вон и бокса.

— Почему чистильщики и свободные работают вместе? — глядя ему в глаза, с самым спокойным выражением лица спросил Демон.

Пленный мог называть себя как угодно: чистильщиком, вольным, анархистом, но по мнению вонзившего скальпель был лишь накипью на теле покорёженного мира, потому что ел мясо людей.

Такое в прошлом мире могли себе позволить лишь недоразвитые дикари.

— Может раньше я это знал. Но теперь не знаю, — огорошил прикованного Дементий. — Почему я этого не знаю?

— Ты охренел⁈ — закричал пленник, пытаясь вырваться из оков. Но скобы держали плотно. Переломанная нога вдобавок отдавала болью. — Моя нога! Как мне теперь охотится? Мои ноженьки-и-и.

Он завыл.

— На кого тебе охотится? Теперь ты сам стал дичью, мразь людоедская, — оскалился Демон.

Палач взял прозрачный пакет, щипцы и принялся собирать в пакет клещей с тела чистильщика. Отрывать отожравшиеся тельца получалось вместе с раздувшейся головой. Они были размером как спелая крупная вишня. К тому же лицо, шея, грудь и ноги пленного были в небольших рытвинах. Как на первый взгляд, так их оставляли эти самые мутировавшие клещи, что стали в несколько раз больше, чем их собратья в прошлом.

— Или ты думал, что с трупоедами будут разговаривать как-то иначе? Ты на что вообще надеялся, питаясь человеческим мясом? Это — табу! Люди не едят людей, отморозок.

— Выжить надеялся! — крикнул чистильщик в ответ. — Многие из тех, кого я ел, были уже мертвы!

— Но не все? — приподнял брови Дементий.

— Я не убивал живых!

— Ты лжешь, паскуда. Если бы они были мертвы, они бы с большей вероятностью были облучены. Ты бы сдох следом, как облученец. Но нет, ты убивал людей, не подвергшихся заражению.

— Что ты мелешь? Это чушь!

— Чушь? Антирадиационная камера не выявила заражения на ушах! — Демон сорвал с пленника вязанку, присматриваясь к ушам.

Среди них были совсем маленькие ушки. Детские. Пленник побледнел от изменившегося взгляда Демона. Дементий взвыл и ударил кулаком по отсутствующему носу.

Чистильщик тряхнул головой, кашляя и захлебываясь кровью. Тут же пообещал:

— Нет! Не бей! Это в прошлом всё! Я больше не ем никого. Я… я…

Со следующим ударом пленник перестал отрицать свою деятельность, полностью сконцентрировавшись на ощущениях боли. И на ещё более возможной боли, которую наверняка причинит палач с холодными глазами.

— Бить? Зачем мне тебя бить? — изобразил удивление Демон. — Волк отгрыз тебе нос, занеся бешенство. Если хочешь укол с сывороткой, быстро мне всё расскажешь!

— Что? Бешенство? Не-е-ет!

— Будешь молчать — умрёшь наверняка, — спокойно добавил Дементий. — В муках, которые и не сможешь себе представить.

— Я не хочу умирать!

Палач приблизился и улыбнулся, перейдя на шёпот:

— Знаешь, что такое гидрофобия? Ты будешь хотеть пить, но не сможешь сделать и глотка. Твое тело отвергнет любую влагу, которую попробуешь в себя влить. Судорогой сведёт твое горло. Выблюешь всё, что попадет в рот.

Пленник тихо завыл, ничего не ответив. Про гидрофобию он слышал. Даже видел, как умирали в муках люди в лесу, в не силах проглотить собственные слюни. Или как столбенели передние ноги волков и лисиц и животные умирали в конвульсиях. Их мясо не трогали даже самые голодные из чистильщиков.

Демон провернул скальпель в ноге и ножницами разрезал обе штанины. Ноги, как и предполагал, тоже были усеяны клещами и рытвинами. Похоже, чистильщики уже не обращали на них внимания.

— А-а! Что ты хочешь? — вновь попытался привлечь его внимание людоед.

Одна нога его истекала кровью из-за скальпеля в мышцах, другая была перебита у голени и быстро синела. Возможно, внутренний перелом.

— Хочу знать почему свободные и чистильщики работают вместе⁈ — Демон кивнул на мешок. — Видишь это тело рядом? Это фанатик Хозяйки! Его тело почти чистое от клещей.

— Что мне до того? Везучий, ублюдок!