Степан Мазур – Голден лист / Golden List (страница 6)
– Итак, давайте сначала. В четверг, в 17.45, Господин Дарк приезжает на железнодорожный вокзал, о чем свидетельствует билет. Тут хуй отмажешься. Затем в течении пятнадцати минут сдаёт вещи в камеру хранения и идёт…
«Оставляю чёрный дневник в ячейке номер семнадцать для Тени», – подумал про себя Дарк, слушая Марину вполуха.
– … в магазин на железнодорожную площадь, где встречает женщину в красном, о чем эта рыжая, конечно, подтвердит. Так как примерно в 18.30 он передает ей визитку и берёт такси до гостиницы, где ночует, что зафиксировала администрация. Там проводит утро. И только ближе к обеду снова берёт такси и отправляется сюда, к Анфисе. Выходит, в пятницу, около 13.00, он и обнаруживает конвульсирующее от наркоты тело.
«А незадолго до этого отъезжающий внедорожник жены мэра, с которой Анфиса явно конфликтовала, не желая сливаться со свингер-клубом», – подумал также Дарк.
– Погоди, такси! Это всё время одни и те же чёрные Жигули, – вдруг осознал он, понимая, что неплохо бы подкидывать майору зацепки, а то не слезет до полуночи. – И с клуба он меня подвозил. Но там я ему сам позвонил. Зато он спокойно помог с «похищением» Сони, как будто каждый день этим занимается. Он же подвозил её домой, кстати.
– Что-то слишком много совпадений за неделю, – нахмурилась Марина и залпом выпила чай Дарка. – Надо его найти, поговорить. Есть телефон?
– Конечно. Он забит у меня в мобильном.
Майор в обтягивающем топике забила номер в свой телефон и продолжила:
– Итак, что у нас в это время происходит в доме?
Она посмотрела на Даниила и Полину. Первый дремал в шезлонге, склонив голову на бок, а вторая играла в планшете. Она ткнула нижнего, но тот не отреагировал. Уснув крепко после ночных игр с госпожой.
Отдуваться пришлось ей.
– Ну что происходило? С утра в пятницу было собрание. Народу приперлось много, и наши, и чужие. Заставили весь двор, натоптали. Мы ещё Галины и Льва обсуждали изгнание, пока чужие не нагрянули в гости. К обеду, короче все рассосались. Даня убирался, потом приехал курьер, привёз мою новую плеточку. И я занялась дисциплиной этого пиздолиза.
Даня сонно почавкал во сне, как будто видел сон со всем сопутствующим сюжетом.
– Где в это время была Анфиса? – продолжила допрос Марина.
– На кухне с последними гостями.
– Кто там был?
– Я не наблюдала. Они пачками уходили. По-моему, вообще все ушли. Мы ещё, как потише стало, и занялись этим самым…
– А курьер через какую дверь зашёл?
– Парадную, какую ещё.
– Ты убедилась, что он ушел с территории?
– Нет, расписалась и закрыла дверь.
Марина посмотрела на подвальную дверь, вздохнула, словно посчитав шаги в доме:
– То есть он мог спокойно обойти дом, войти через чёрный вход, пройти сделать укол Анфисе и выйти тем же путем обратно или вообще перепрыгнуть забор при достаточной сноровке. Или, если с той стороны был сообщник, и перекинул лестницу, вовсе сесть в тонированный джип, пока Дарк подходил к резиденции, и успел заметить отъезжающий автомобиль.
– Марин, в авто мог сидеть кто угодно. И кто угодно из последних гостей мог сделать Анфисе укол, покинув дом через черный ход, – расстроил подследственный, допрашиваемый и тут же оправданный.
– Но у кого есть мотив? – нахмурила лоб Марина.
– А за изгнание убивают? – вдруг прикинул Дарк. – Месть Льва, например?
– Хочешь сказать, что мы не туда мыслим и бомонд не причём? – тут же переключилась Марина. – И мокруху устроили сами члены сексты? Точнее, зуб на Анфису имели конкретно Лев и Галина. И судя по тому, что Анфиса записала историю подопечной в зелёный дневник, она заставила выложить её всё в подробностях.
– Точно, она могла вернуться к своему садисту, нажаловаться, – подтвердила Полина. – А тот мог вернуться и отомстить таким образом за… подопечную.
– Но смотри, Марин, что получается, – Дарк даже снова подлил себе чая из заварника. – Когда меня упаковали, все выходные я провёл у тебя в распределителе без связи. В понедельник ты возвращаешь мне телефон. Во вторник утром я выхожу и встречаю Даниила. Ты сказала, что по результатам вскрытия, Галину убили дня три-четыре назад. То есть как раз во вторник-среду.
– Да, и я всё ещё надеюсь, что это был не ты, – подчеркнула Марина, усмехнувшись.
– Нет, весь вторник я был с Даниилом. Весь день, ночую в гостинице. Ресепшн. Алиби. Помнишь?
– То, что ты там ночевал, никто не докажет. Ночью ты мог быть где угодно. Нет алиби, – подчеркнула Марина.
– Ты серьёзно? Я был разбит после тюрячки и едва ворочал языком. А в среду мы устраиваем Соне сессию госпожи, – возразил Дарк и запоздало закрыл рот.
Полина посмотрела на мирно дремавшего Даниила.
– Что значит «мы»? Вы, Господин Дарк, вряд ли изображали бы для неё нижнего… значит! – она вдруг подскочила и начала бить Даниила планшетом. Тот спросонья ничего не мог понять. – Ты чего там с ней делал? Говори! Говорю, говори!
Даня хлопал глазами, бледнел, краснел, но толком не мог сказать ни слова, повторяя только «но, госпожа».
– Итак, среда – сессия, – продолжала прикидывать Марина. – Затем таксист увозит её домой, а на следующий день, в четверг, похищает по твоему приказу. И вот – пятница. Народ готовится буйствовать, а мы сидит тут и ничего не понимаем.
Дарк почесал переносицу.
– Понимаем. Если Галину убили в среду, то кнут мог попасть в дом только вчера, в четверг. То есть в тот день… когда мы сюда заселялись.
Все резко замолчали. А Дарк продолжил нагнетать:
– Ведь никто не мог знать, что мы будем здесь именно в этот день. Зачем убийце подбрасывать улику загодя, если он не знает, что мы сюда приедем?
Полина полностью перестала бить Даниила и побледнев, тихо спросила:
– Но мы же кнут часов через пять обнаружили после заселения? За это время никого не было в доме, кроме нас. Ну, курьер этот ещё. Пиццу который привёз.
Марина тихо вздохнула:
– Ну, либо этот курьер и тот как-то связаны. Либо мы просто думали, что в доме никого нет.
Тишина продлилась ещё дольше.
– Что это значит? – побледнел ещё больше Даниил и тихо спросил. – Призраки?
– Какие призраки, идиот? – вновь огрела его по голове планшетом Полина. – Это значит, что кто-то пристально следит за нами и…
– … пытается меня подставить, – вздохнул Дарк. – Этот человек знал, что я вернусь в свой кабинет. Знал, когда уколоть Анфису. Но кто мог знать, что я еду в резиденцию?
«И он знает про чёрный дневник. Он нашёл записи Анфисы. А теперь у него в руках и мои записи. Более того, он обманул Тень, и убийца сработал по ложной цели. Но это точно не Марина, Соня, Даниил или Полина».
– Она говорила про какого-то Гаврилу… Кто это? – спросил снова Дарк.
Полина пожала плечами. Данил покачал головой. Марина нахмурилась и под шумок забила номер телефона таксиста в служебную базу.
«Гаврилян Арсен Ахменеджанович» – высветились данные абонента.
– Ебучий случай… – протянула Марина. – И давно ты насолил армянам?
Теперь уже Дарк взялся за виски, окончательно перестав что-то понимать.
Глава 5 – Внедрение
Соня лежала на кровати абсолютно голая, пятками касаясь стены. Закинула ноги одна на другую.
«Вот хорошо же голенькой. А хорошо, когда хорошо».
Рыжая чертовка, словно подтверждая сумбурный набор пошлостей в голове, листала большую иллюстрированную книгу с цветными картинками.
Напрочь проигнорированная и брошенная своим новым развратным коллективом на безумно долгие сутки, она сама с горя забила на тренировку и даже не обращала внимания на сообщения в мессенджере насчёт еженедельных посиделок со старыми подругами.
– Старыми, – хмыкнула Соня вслух. – В какой момент мир вдруг разделился на новый и старый? Знаю, всё началось с блядской клубники. Сатанинский фрукт, сука. А там, где есть винишко за компанию, всегда открываются двери в мир волшебства. И вот тебя связывают и купают в бассейне, а потом – забывают. И ни строчечки!
Муж уехал на работу, забросив ребёнка в продленку развития. Соня вроде понимала, что нужно взять себя в руки и провести выходные по максимуму, но вся энергия куда-то запропастилась.
Зато нашлось время полистать книгу, которая уже несколько лет стояла на самой верхней полке в спальне, так и не востребованная обоими супругами. А ведь покупали совместно и обещали друг другу изучить все позы.
«Как же».
В квартире читательница литературы для взрослых была совершенно одна и по такому случаю не отказывала себе в удовольствии зачитывать отдельные эпизоды вслух.