Степан Мазур – Герои не носят плащи (страница 4)

Глазами-видеокамерами всё видит и понимает. Умный робот, если вкратце. А другие на заводах стоят, как привязанные.

Зайдя в соседний двор, Стёпка снова поймал Корку на поводок и передал его Кузьмичу.

– Погуляй пока с собакой, а мы с Машей на качелях покачаемся, – сказал мальчик.

Они с соседкой уже подошли к краю детской площадки, как резко пришлось остановиться.

– Чего это вы делать собираетесь? – вдруг раздался голос старухи с лавочки у подъезда.

– Как чего? Качаться собираемся, – ответил Стёпка, рассмотрев не только полностью пустую детскую площадку, уже подтаявшую от снега, но и красивые, высокие, недавно покрашенные качели и кучу разных фигур из старых покрышек, собранных в разные композиции.

Там были лебеди, чебурашки с большими ушами, поросята, выкрашенные в розовый цвет, и даже длинный змей, который как бы выныривал из земли различными частями тела, состоящих из тех же покрышек, пока не показался один хвост и одна голова.

Много тут чего было из самодеятельности, но хватало и простых качелей!

– Как это качаться? – удивилась вредная бабка и подняла трость, уставив её на детей. – А если чего-нибудь сломаете? Тоже мне, придумали. А ну-ка брысь оттуда! Чтобы ноги вашей на детской площадке не было!

Стёпка с Машей переглянулись, ничего не понимая.

– Но мы же дети, – напомнил Рябов очевидное.

– А площадка детская! – добавила Маша, поддерживая по-дружески.

– И чего теперь? Мусорить можно? Прыгать везде и качаться со скрипом? – снова добавила ворчливая бабка. Даже поднялась и подошла поближе. – А если красота пропадёт? С кого потом спрашивать? С вас, что ли? Так вы же… дети! Глупые ещё и ничего не понимаете. Возвращайтесь лучше, когда подрастёте. И лучше с паспортом.

Стёпка с Машей снова переглянулись, ничего не понимая. Но присмотревшись, Рябов вдруг обнаружил, что голова змея из покрышек обмотана колючей проволокой, уши чебурашки с острыми зазубринами торчат, лебеди в ржавых консервных банках все, а прочие фигуры огорожены чем придётся.

А вот качели красивые, но поперёк приварена перекладина, чтобы дети не качались. И не мешали взрослым сидеть на скамейке и смотреть на фигуры из покрышек.

– Да уж, – вздохнула Маша. – Не очень-то здесь детей жалуют. А с виду так кр’асиво всё устр’оили!

– Поэтому и красиво, что детей нет, – буркнула старуха и даже подняла трость, словно посох всевластия. – А ну-ка брысь отсюда, говорю! Выдумали тоже, чтобы детям, да на детской площадке гулять. Ха! Держите карман шире.

Кузьмич оказался тут как тут, передал поводок Стёпке и просканировав старуху, немного подумал и подошёл поближе.

– Чего это ты на меня так уставился? – не поняла бабка.

А робот возьми, да скажи:

– А у вас глаза красивые. Как у этих лебедей. Зачем это скрывать? – и робот, подойдя к лебедям, тут же их обезвредил, убрав склянки.

– Ой, правда? – тут же расцвела старуха. – А мне все это говорили. В юности.

– Правда-правда, – добавил робот и подойдя к дракону, шустро убрал намотанную колючую проволоку. – Вы такая ответственная. За двором следите. Детскую площадку охраняете днём и ночью. А с такой ответственной колючая проволока ни к чему. И ограждения всякие. Ну её, человеки ещё поранятся.

– Да-да, вы совершенно правы, – тут же перешла она на «вы».

Уже не бабка, но бабуся только кивала, всячески соглашаясь. А Кузьмич под шумок убрал все склянки и прочий острый металлолом. Финальным аккордом было то, что подошёл к ограждению в качели и дёрнув раз-другой, резко выдрал приваренный штырь.

Тут бабка глазами захлопала, вспоминая зачем она тут. Но робот снова перехватил инициативу и заявил первым:

– Но как вашу доброту смогут оценить дети, если не будут приходить на детскую площадку? Кто будет вами восхищаться?

Тут-то она снова стала бабусей, растеряв весь запал, а Стёпка с Машкой шустро проскользнули рядом с ней на площадку и рассевшись по качелям, начали качаться.

Качели тут же жутко заскрипели. Бабка аж поморщилась и снова приготовилась дать бой. Но Кузьмич снова оказался тут как тут, достал маслёнку из отсека в груди и быстро смазал механизмы.

Противный звук пропал, а дети теперь качались в полной тишине.

– Так-то лучше, – кивнул робот и подсел ещё поговорить с бабушкой.

Всё оказались довольны: дети играли, бабуся вернулась на лавочку и ещё долгое время беседовала с роботом. А потом даже гладила выгулянную собаку.

А Корке только за радость, когда гладят. Что свои, что чужие. Ей не жалко, а люди довольны. Ко всем можно найти свой подход. Даже в вазе сидеть не обязательно.

Глава 9 – Рассада

Едва Стёпка вернулся домой, как Кузьмич тут же сказал:

– Я на зарядку! – и встал на док-станцию.

«Ему-то обувь мыть не надо», – подумал с лёгкой тоской Стёпка, глядя на то, как папа поднял и отнёс в ванную собаку, чтобы вымыть ей лапы.

Бабушка взяла ботинки внука прямо с порога, чтобы не натоптал. Всё-таки грязно на улице становится. Чем ближе весна, тем больше слякоти.

Мальчик только плечами пожал, раздеваясь. Он, может, и сам рад бы обувь помыть. И Корку искупать. Да кто ж даст?

Налетели, забрали всё, едва шаги в коридоре расслышали. А ты иди, мол, кушай, чай пей. Расти, если одним словом. Сил набирайся, если двумя.

Баба Нина толкалась в ванной с папой за право первой помыть собаку или обувь. Мама занималась Машей-маленькой, а дед только заговорщицки подмигнул Стёпке на кухне. И глядя на то, как внук без особой радости ест помидор из магазина, Андрей Егорыч сказал:

– Скоро первые витамины пойдут. Редиску будем кушать, лук и салат. Я лампу ультрафиолетовую поставил, зреет урожай уже. Первые ростки полезли. Ждать осталось недолго.

Рябов-младший кивнул. Такую лампу Стёпка помнил по визиту родни по материнской линии, когда под Биробиджан в гости ездили. Там в бане дед Егор Егорыч целый сад этой рассады вырастил на этом фиолетовом свете.

А рассаде той что? Тепло, светит, ещё и поливают – расти, не хочу!

– А когда помидоры свои летом пойдут, так хоть с грядки рви и ешь. Там совсем другой вкус, – продолжил дед Андрей. – Они же помидорами пахнут, а не это всё, пластмассовое, с магазина. Не известно где выращенное. А огурцы наши помнишь? Разрезаешь на две части, солью посыпал. И откусывай от одной половинки, потом от другой сразу. Вкуснота же! Даже поделиться ни с кем не успеваешь.

– Как это, не делиться? Надо ведь делиться! – возмутился Рябов-младший и тут же идея в голову пришла.

Мальчик разрезал помидор на две дольки, одну доел, а новую, нетронутую соседке отнёс. Пусть помогает. А у него для конфет больше места останется.

Глядя на то, как Стёпка следом чай со сладким пить начал, дед продолжил, с тоской глядя на лужи и кучи подтаявшего снега за окном:

– Так вот. У нас в этом году всё раннее будет. Не зря же я рассадой все подоконники дома заставил! Я уже и Жигуль к лету подготовил в гараже.

Стёпка повернулся. А дед уже разговаривал практически сам с собой:

– А чего его готовить? Он же на летней резине как стоял, так и стоит. Заводи, если заведётся. И поехал на дачу. А на даче хорошо. Даже в конце весны. Ни комаров тебе, ни мошки. Тепло, птички поют. А ты возись с этой рассадой сколько душе угодно. И никто тебе под руку бурчать не будет, что цветы ставить негде. Вот на кой нам дома эти цветы, когда рассаду под сладкий перец высаживать надо? Да, Стёпка? Она же полезнее цветов!

Мальчик как раз набил полный рот сладостей. Потому лишь кивнул. Больше он сказать ничего не мог ещё с минуту. Но молчание тоже – знак согласия.

Дед только вздохнул и потрепал его по голове:

– Один ты меня, внук, понимаешь. Большой уже стал совсем. Вот подтают лужи и на автомобиле тебя буду учить ездить!

Глаза Стёпки загорелись. При таком раскладе он и сам на дачу сможет ездить. И Машу возить, чтобы там от всех-всех отдыхать. И рассады никакой не нужно.

«Вот почему дед никак понять не может, что на даче не работать, а отдыхать надо»? – даже подумал мальчик и решил, что как-нибудь обязательно ему подскажет.

С очками же получалось.

Глава 10 – Потенциальный водитель

Стёпка до того обрадовался, что будет водить машину, что сразу побежал к роботу. Так хотелось с ним поделиться, что не утерпел и давай его на док-станции тормошить, качать по-всякому и дёргать за руку.

– Кузьмич! Кузьми-и-ич! Просыпайся. Да очнись ты уже-е-е!

Робот поднял металлические веки, захлопал глазами и обведя долгим взглядом комнату, вышел из режима ожидания.

Оглянувшись, робот сообщил:

– А что случилось? Я же только на двадцать процентов зарядился. Мне надолго не хватит. Даже до сказок на ночь не дотяну.

– Да хватит уже заряжаться. Ночью зарядишься, там всё равно делать нечего, спят все, – тут же посоветовал Стёпка и добавил. – Сегодня можно и без сказок обойтись. Слушай лучше, что скажу. Дед меня водить скоро научит! Слыхал?

– Чего водить? – уточнил робот, так как он точно знал, что можно водить за руку человека, или водить за нос того же самого человека, а ещё можно было вводить в заблуждение и наводить справки о ком-нибудь.