Степан Мазур – Байки седого дракона (страница 13)

За что убил, если сам не знает, ради чего живёт теперь?

Бора стиснула зубы в раздумьях. Чем занять бестолкового мужа, кроме пиров и охот? Кроме куртизанок и массажистов умелых? Чем отвлечь? Ведь тот, кому дали прозвище в народе «Драконоборец», завершил объединение двух королевств воедино. Сделано дело. Пали приморские торговые города, обложены высокими налогами для покорённых. Подати щиплют зажиточных толстопузых торговцев, что вскоре сбросят вес и опустошат склады. Или худеть заставят своих крестьян и моряков, сокольничих и строителей, кузнецов и конюхов, чтобы вовсе работали без выходных. И спины гнули от зари до зари, чтобы знать ни в чём нужды не знала. Это – норма для королевства. Жить хорошо тем, кто наверху. Тогда как те, кто снизу, покоя не знают.

Отступил голод, ушли болезни, боги к ним милостивы, что во множестве своём, что в едином лице. Но от чего у неё ощущение, что не должен рядом с ней рука об руку муж сидеть? Как не сидел весь прошлый год, ночуя среди полевых шатров и трактиров.

«Сидел бы и там чавкал, а тут крошит постоянно, сморкается прилюдно в скатерть, сапоги ещё как снимет, хоть стой, хоть падай. Подумаешь, траншейная стопа. Ноги надо было чаще мыть»! – подумала королева озлобленно и натянув улыбку, обратилась к нему:

– Тур, муж мой, – сказала Бора ровным голосом, чтобы скрыть как разочарование, так и досаду на супруга. – От чего ты не весел? От чего нос повесил? Или подушки не мягки? И вина не сладки?

Тур перестал вяло жевать куриную ногу, сплюнул шкурку под стол обрадованной собаке и швырнув за трон кость остальной своре, тут же вытер пальцы о плечо своего платья для приёма гостей. Не то, чтобы высоких, но и не низких. За столом лишь генералы, вельможи, вассалы, да те, с кем пересекался по делам торговым, бытовым и вместе охотился, чтобы навыки боевые не растерять и жиром пуще всех обрасти.

– Вино твоё – кисляк, а подушка – каменная. Да и чего мне радоваться? – вдруг заявил он и посмотрел куда-то над столом, но не вдаль стола, а в глубину самого мироздания. – Ты книги его видела?

– Чьи книги? – откровенно удивилась Бора, так как последний раз видела паладина с книгой на свадьбе, из которой клятву ей прочитай. Всё-таки – образован. Просто ведёт себя как свин бестолковый. Ну потому что после свадьбы-то чего уже скрывать?

– Дракона! – поднялся с трона король, треснув по столку кулаком так, что у ближайшего вельможи парик от страха сполз на бок, а у генерала мясо поперёк горла встало. Но кашлять стеснялся. Лучше смерть, чем обратить на себя внимание за столом в такие моменты.

Корша Тур подошёл к генералу. В глаза, налившиеся кровью от натуги, посмотрел. А затем как треснул по спине от души! Кусок сразу из горла и вылетел. Поверх персиков сочных лёг, как бы желая подчеркнуть, что даже самое лучшее жаренное мясо смотрится неуместно среди дивных яств. Как король-воин со своими генералами среди знати за столом, которые локти на стол класть не желали, и курицей в друг друга не тыкали, покрикивая «а помнишь, как я его на пику с разбегу посадил? Голова так глаза пучила, я чуть с седла не упал!».

– В драконе всё дело в замке высоком, – продолжил король. – Он там книги диктует своим писарям дивные. У него же – лапки. Сам, мол, не может. Но словом владеет. А люди читают. Все люди! Что крестьяне, что дровосеки, что золотари и трубочисты. У них нет профессий постыдных, а всякий, кто работает, имеет уважение. Таков Драконбург, да покарает его гнев небес!

– Как это читают?.. Сами? – удивился генерал, который несостоявшуюся смерть уже вином запивал.

– Сами! – рявкнул король и снова треснув по столу, рукой повёл над всеми. – Я даже читал одну из их… библиотеки! Фу какое место, где всем бесплатно книги раздают.

– Как это раздают? Как это – бесплатно? А платит кто? – только больше удивлялся генерал, накачиваясь вином, как бурдюк водой перед походом.

– Ай, да чего я вам тут рассказываю! – махнул рукой король, вернулся к трону и достал из-под него походной мешок, а оттуда – книгу с простой, но крепкой обложкой.

Не золотом она расшита, не молитвами исписана и средневековыми анекдотами на форзацах, не трубадуры на ней изображены пышными иллюстрациями, а текста сплошной идёт на белёсом фоне. С пометками грифелем, а некоторые предложения даже подчёркнуты.

– Вот! – поднял книгу над головой Корша Тур. – Тут и про меня есть! Нет, вы только себе подумайте? Про меня, вашего короля!

– И что… пишут? – осторожно спросила Бора, прекрасно зная со сколькими женщинами король спит каждую ночь, так как сама их же и подсунула, чтобы руками своими не мытыми, липкими к ней не лез, пока матерью не станет.

А потом – тем более!

– В далёкой стране, – начал читать король первую строфу, – где горизонты обнимали небесные своды, а леса шептали древние легенды, жил-был Корша Тур. Король- крестоносец. Облачённый в сияющие доспехи, как звезда, что пробивается сквозь тьму, он познал множество побед на поле боя. От того сердце его было наполнено мужеством, а душа – жаждой справедливости. Но над его родиной нависла тень, зловещая и безжалостная, – дракон, чьё дыхание сжигало поля, а его крики разносились по земле, как предвестие беды.

– Дракон? – поразился генерал, расплескав остатки из бокала на расписную рубаху. – Дракон пишет про дракона? И про моего, значит, короля? А не много ли он там себе позволяет? Нет, ну вот вы мне скажите!

На него тут же зацикали, чтобы не перебивал.

– Этот дракон, известный как Дракон Драконович, был настоящим чудовищем и истинным олицетворением зла, что пронизывало жизнь людей, как ядовитые корни, проникающие в плодородную почву. Ведь этот самый дракон совершил неслыханное. Взял и помог паладину завоевать непокорных соседей, вылечив армию от диареи! А хуже того, также посоветовал людям южных городов почаще мыть руки. И самим мыться, стирая и меняя одежду хотя бы раз в неделю, что избавило их от вспышки холеры, тифа, и кто знает, возможно даже, бубонной чумы.

– Наша чума! – снова возразил подвыпивший генерал. – Хотим, болеем, хотим – нет! Какое он имел право, вообще?

Тут сам Коршка показал ему кулак и бравый генерал так быстро прикрыл рот, что щёлкнул челюстью. Тогда как сам король захлопнул книгу, вручил жене и добавил от себя:

– В общем, все мы понимаем, что некогда цветущая под пятами Зелёного и Синего королевства Драконья деревня под руководством узурпатора, рекомого Драконом сына Дракона, превратилась в захудалый, отсталый город-государство с высокими стенами, где презрели все традиции и не выстроили ни одной часовни. А ещё перестали «ходить по медведя» в кусты, но создали водовод, канализацию и прочие богомерзкие школы, институты и планетарий. Нет, вы только подумайте! У этих образованных крестьян теперь есть время смотреть на звёзды! А дальше что? Кузнецы перестанут ковать «пояса верности».

– Неслыханно! – тут же подхватила Бора, которая читала эту книгу и другую, которая, конечно же – молитвослов, который подарили ей на свадьбу. – Что это дракон себе позволяет? А давайте… убьём его!

Все в трапезной зале вдруг замолчали. Предложение королевы прозвучало как гром с неба.

– Убьём и завладеем всеми… книгами! – торопливо добавила Бора и тут же поморщилась. – Ну, чтобы сжечь их все, с самых лучших экземпляров предварительно сняв позолоту.

– Правильно, в хозяйстве всё пригодится! – тут же поддержал придворный казначей королеву, который снова не знал откуда взять новых средств, чтобы двор жил по средствам.

Все тут же посмотрели на короля, который поморщился и сжал пальцы в кулак:

– Проклятый дракон! Некогда процветающая болотная обитель с тучей комаров и топей превратилась в обитель страха и отчаяния под его вероломным правлением! Он забрал у местных жителей свободу и права. В том числе право каждый день терять родных и близких от какой-нибудь чесотки.

– Хотя бы чесотки! – тут же собрался в кулак уже генерал и оглянув всех мутным взглядом, добавил. – Раньше люди свободными от дракона были. Спокойно себе теряли своих близких, у гробовщиков и знахарей работа была. Каждый вечер, участвуя в общественных мероприятиях, глаза местных жителей наполнялись слезами, как реки, что текут в бездну. А теперь что? Они… радуются новому дню? И планируют дожить до седых лет? Да кому они нужны будут в свои тридцать при такой жизни?! Поймите, мне самому двадцать девять, нога моя из дерева, глаз из стекла, трёх пальцев нет, но больше трёх я считать и не планировал. А угоразди меня родится в той деревне, что получила статус города и что бы я там делал? Растил сады и множил детей число? Да куда мне с моим застарелым сифилисом больше трёх спиногрызов? Благо, что ещё семеро умерли во младенчестве и не видели этой богопротивной медицины дракона, который презрел все молитвы, а значит – попрал нашу веру в то, что мы сами объяснить не в состоянии.

– Тише-тише, – тут же положил ему руку на плечо бывший паладин. – Мы все отомстим дракону за наши обиды и несбывшиеся мечты! Потому что где это слыхано, чтобы у людей было время мечтать о великом? У человека, как раз, дело маленькое. Родился-пожил-умри, оставив место другим. А они чего там о себе возомнили?

– Смерть соседям! – тут же поднял казначей за столом чару вина. – Да поведёт в бой наши легионы достопочтенный Корша Тур, король объединённого королевства!