Степан Мазур – Адовы (страница 10)

– Я сварюсь, – усмехнулся отец. – Или ты хочешь медвежатинки на ужин? Уверяю тебя, медвежье мясо не такое вкусное, как любое другое мясо на свете. Это тебе любой медведь скажет.

– Зачем ты ел медведей? – удивился демонёнок. – Это как-то неправильно есть себе подобных.

– Медведей? – отец даже изобразил удивление, едва различимое в сумраке. – О нет, сын мой, я просто склонен доверять слухам. Люди такие говорливые, когда убегают от медведей в лесу. Глядя на них снизу-вверх на дереве, чего только не наслушаешься. Помню мы так всё племя из пещеры выгнали. Они нам и костёр оставили и копья. В хозяйстве всё пригодилось. Развивайся – не хочу. А вы чего сейчас, молодёжь? В кипятке свариться боитесь? Тьфу на тебя! А ещё демон.

– И ничего я не боюсь, – ответил сын и протянул футляр от очков на сохранение отцу.

А затем залез в лужу. Вода в ней была обжигающей для обычной человеческой кожи, но уже не тем кипятком, какой достался сердобольной до котят Дарье Сергеевне. По температуре это скорее было «ой, как горячо!»

– Как её вообще в подвал занесло? – буркнул Михаэль в темноту.

– На этот вопрос она вряд ли ответит, – пискнула из тьмы Мара. – если не сделать это темой урока. Говорит, что дело в котятах. Но кто ж ей поверит?

Потребовалось несколько минут, прежде чем мальчик вытащил со дна огромной лужи целый набор неплохо вываренных костей. Сложив их на отцовскую рубашку, последним он достал череп.

– А вот и вишенка на нашем торте, – заявил отец. – Отличная работа! Вылезай, подвальный дайвер.

Обменяв череп на очки, Даймон вылез из лужи кипятка красным, как варёный рак. Дышал он часто.

– Отлично поплавал!

Приходя в себя, он увидел, как Михаэль свернул находку кульком и понёс на выход из подвала. По пути отец снова полностью возвращал себе человеческий облик, чтобы не расстраивать соседей.

Сын поспешил за ним.

Мара вприпрыжку побежала следом за родней, клянча:

– И мне косточку! И мне! Чего вам жалко, что ли? Их тут целая училка! От одной хуже не будет!

– Не лезь, Мара, – буркнул Михаэль. – От учителей и так одни кости остались.

На первом этаже подъезда неполная семья Адовых столкнулась нос к носу с хмурым мужиком в сапогах и телогрейке. И лысоватым соседом с первого этажа в придачу, которого Даймон уже знал, как Сергея.

Сантехник, подсвечивая фонариком ступеньки, участливо спросил у Михаэля:

– Мужик, тебе чего пообещали в управляющей компании, что ты сюда полез?

– Кости, – ответила за папу дочка. – Мы за кости работаем. Но работа сделана, а ни косточки не дали!

Мужики рассмеялись.

– Да уж, знакомо.

Михаэль молча подхватил девочку на руки и поддержал смех на всякий случай. Так как был интеллигентным оборотнем. А если человеческие мужчины настаивают, он охотно бы рассказал пару баек про мёд. Но смех среди людей часто означал лишь два момента. Либо им весело. Либо кто-то из Адовых горит… Или скоро будет гореть на костре.

– Смотри-ка, последнюю рубашку снял, – добавил лысоватый сосед, протягивая руку. – Серый.

Михаэль вперился в руку. Факела в ней не было. На всякий случай, протянул руку в ответ. В конце концов, лучше потерять руку, чем дочь или сына.

– Миха… – ответил Михаэль и тут горло запершило. Закашлялся, не договорив слово.

Но сосед посчитал его законченным и кивнул:

– Уважаю за стремление, Миха… что там, Палыч?

– Всё хорошо. Пар локализован, – донеслось от сантехника снизу из подвала.

Смех смехом, а дело он своё знал. Поэтому, придя в восьмой раз в подвал дома номер тринадцать, и убедившись, что всё сделано, посчитал свою работу законченной.

– Чего говоришь, Палыч?

– Перекрыт пар, говорю! – добавил сантехник. – Осталось только заварить трубу.

– Так, когда вода будет? – на всякий случай уточнил Сергей.

– Да сегодня… после обеда. Сваркой дуговой пройдусь только. Когда под расписку выдадут.

– Вместо обеда, Палыч! – уточнил Серёга таким голосом, что возражений у сантехника не возникло.

Но сам Сергей, почесав залысинку и припомнив жену, всё равно добавил:

– Иначе я с тебя тоже последнюю рубашку сниму, пока с меня жена три шкуры сдерёт. Понял, Палыч?

– Понял. Не бузи, Серый. Как говорит Петрович, «я при исполнении».

– Так и исполняй, блюститель труб и вентилей! – ответил Сергей. – А если эти орки канцелярские тебе опять инструменты не выдадут или ключ от склада не найдут, я ваш ЖУК «Чепушило» для примера на выборах приведу. Пусть наш областной кандидат закроет его к чертовой тётушке.

– Не надо к тётушке, – буркнул Даймон, ощущая необычайную слабость во всём теле. – Хотя, демоны говорят, что она – огонь.

– Она – банши, а не демон, – поправил отец вполголоса.

– Почему у всех адские тётушки, а у меня – банши, – возмутился демонёнок.

– О, ты просто не знаешь о её потенциале, – Михаэль, подталкивая сына наверх, поспешил уйти от странных людей и их разговор уже никто не слышал.

Но тут по лестнице начала спускаться рыжая девочка, и тинэйджер замер перед отцом как вкопанный. Всех зверино-людских сил Михаэлю не хватало, чтобы сдвинуть его с места ни на ступеньку.

– А пацан тоже не промах. В грязи весь перемазался, чтобы помочь отцу, – тем временем заметил Сергей, который стоял на ступеньках снизу.

Встав на стремянку, он вкручивал лампочку в коридоре. В подъезде сразу стало заметно светлее. Несертифицированный электрик, но ответственный сосед, даже посмотрел на мешок с костьми, который удалялся от него по лестнице вместе с новоприбывшим.

Серёга хмыкнул. Мало ли чего собрал в подвале на металлолом. С кем не бывает? Считай, заработал.

И сосед ничего не сказал вслед. А может там вообще инструменты? Те, которые нужны были в подвале для магии в сантехнике. Никто не суется в подвал с пустыми руками!

– Как звать то, помощник? – крикнул он, наконец, сыну соседа.

– Да…ди… – заблеял демонёнок.

Кожа его была и без того красная. Но когда рядом с ним прошла рыжая, Даймон ощутил небывалый жар внутри. И сил стало ещё меньше.

– Димка, что ли? – добавила девочка с портфелем весело и пообещала: – Я всем в классе расскажу, что ты нам воду в дом вернул! Молодец, Димка-водопроводчик! А я Ленка. Будем знакомы! – И она даже протянула руку.

Даймон в ответ лишь кивнул и от полноты чувств потерял сознание.

– Ой, что это с ним? – забеспокоилась девочка.

– Перегорел на работе, – тут же ответил отец Михаэль, подхватывая сына на руки. – От ответственности.

– А он поправится?

– Обязательно. Он у меня почти бессмертный. Только умный, – подхватил следом отец и очки, чтобы не слетели с сына. – Потому плохо видит.

– Ой, а у меня зрение отличное, – легко приняла этот факт весёлая девчушка. – Ты давай, Димка, выздоравливай!

Отец следом подсадил на шею Мару, поправил мешок за плечами и быстро понёс всех в квартиру.

Не хватало ещё семейных слабостей перед людьми проявлять.

Глава 7 - Домоседы

Едкий, даже резкий запах быстро привёл Афанасия Петровича в чувство. Участковый закашлялся и с тревогой распахнул глаза. Как поступал всегда, когда дремал в кабинете или дома, упустив из виду чайник или макароны на плите.

– Всё, всё, выключаю, – залепетал он и даже возмутился. – Мань, чего сама не посмотрела?

Жены рядом не оказалось. Над ним нависал потолок, давно требующий побелки. Весь в старых разводах от потёков с крыши. Серый, унылый, местами закопчённый.

Под собой служивый обнаружил удобный диван. От него заметно пахло горелым.