Стэн Шапошников – Анатомия хейта: как превратить ненависть в силу и влияние (страница 6)
Патология - это когда эти черты настолько доминируют, что разрушают отношения и жизнь человека.
Но нас сейчас интересует не диагноз. Нас интересует механизм.
Механизм называется нарциссическая рана.
Это состояние, которое возникает, когда самооценка человека - особенно хрупкая, особенно зависимая от внешних подтверждений - получает удар.
Кто-то не оценил. Проигнорировал. Раскритиковал. Не признал заслуги. Поставил под сомнение компетентность.
Для человека с устойчивой самооценкой - это просто неприятно. Неудобно. Иногда больно.
Для человека с нарциссической раной - это катастрофа. Угроза всему образу себя. Экзистенциальный удар.
И реакция на катастрофу - соответствующая.
Агрессия. Немедленная. Непропорциональная. Направленная на источник угрозы.
Психиатр Джеймс Гиллиган, изучавший насилие десятилетиями, пришёл к выводу, который звучит парадоксально. [5]
В основе большинства актов агрессии - не злость и не ненависть.
В основе - стыд.
Стыд и попытка от него защититься.
Человек, которому стыдно - за свою жизнь, за свои провалы, за своё место в иерархии - реагирует на любое воспринимаемое унижение взрывом. Потому что его и без того хрупкое ощущение себя не выдерживает ещё одного удара.
Агрессия - это броня над стыдом.
Твой успех, твоя уверенность, твоя публичность - для такого человека это не просто раздражение. Это унижение. Молчаливое, непреднамеренное - но унижение.
И он отвечает единственным известным ему способом.
Почему слабый атакует сильного
Это кажется нелогичным на первый взгляд.
Зачем атаковать того, кто сильнее? Разве это не опасно?
В физическом мире - да, опасно. Поэтому в физическом мире слабый обычно не атакует сильного напрямую.
Но интернет изменил уравнение.
Анонимность. Дистанция. Отсутствие немедленных последствий.
Впервые в истории человечества слабый получил возможность атаковать сильного без физического риска. Написать президенту. Публично унизить знаменитость. Разнести в клочья работу человека, которого никогда не встречал.
Это революция. Маленькая, некрасивая - но революция.
Психолог Джон Сулер ещё в 2004 году описал феномен, который он назвал online disinhibition effect - эффект онлайн-расторможенности. [6]
Суть: в интернете люди делают и говорят вещи, которые никогда не сделали бы и не сказали в реальной жизни.
Почему?
Анонимность убирает страх последствий. Невидимость другого человека убирает эмпатию - трудно сочувствовать тому, чьё лицо ты не видишь. Асинхронность коммуникации убирает момент немедленной реакции.
Результат: человек, который в жизни тих, вежлив и незаметен - в комментариях превращается в нечто совершенно другое.
Это не лицемерие. Это другое состояние той же психики.
Есть ещё один мотив атаки снизу вверх.
Он называется ресентимент. Термин, введённый философом Фридрихом Ницше и развитый позже Максом Шелером. [7’8]
Ресентимент - это хроническое чувство горечи и враждебности у человека, который ощущает себя бессильным изменить своё положение. Который видит, что другие имеют то, чего у него нет - и не верит, что может получить это сам.
Ресентимент не просто завидует. Ресентимент отрицает ценность того, чему завидует.
Логика такая: «Я не могу иметь этого. Значит, это не стоит того, чтобы иметь. Значит, те, кто имеет - либо незаслуженно получили, либо продались, либо просто дураки, которые не понимают, что гонятся за пустышкой».
Это психологическая защита. Болезненная, но понятная.
И это двигатель огромного количества хейта в интернете.
Не злость. Не ненависть. Хроническая горечь человека, который давно перестал верить в себя - и теперь компенсирует это обесцениванием других.
Что делать с этим знанием?
Не жалеть хейтера. Это не цель.
Цель - перестать принимать его атаку как объективную оценку себя.
Человек в проекции говорит о себе. Человек в зависти говорит о своей мечте. Человек с нарциссической раной говорит о своей боли. Человек в ресентименте говорит о своём бессилии.
Всё это - про них.
Не про тебя.
Твоя задача - слышать это правильно. Не как приговор. Как диагностику чужого внутреннего состояния.
Холодную. Точную. Не направленную внутрь.
Но психика хейтера - это только половина картины.
Потому что хейт никогда не происходит в вакууме. Он происходит в социальной среде. В группах. В толпах. В системах.
И когда к индивидуальной психологии добавляется социальная механика - происходит кое-что действительно опасное.
Об этом - следующая глава.
Список литературы к главе 2
Фрейд З. Психология бессознательного. - М.: АСТ, 2020.
Newman L. S., Duff K. J., Baumeister R. F. A New Look at Defensive Projection: Thought Suppression, Accessibility, and Biased Person Perception // Journal of Personality and Social Psychology, 1997, Vol. 72, No. 5.
Юнг К. Г. Архетипы и коллективное бессознательное. - М.: АСТ, 2019.
Smith R. H. Envy: Theory and Research. - Oxford University Press, 2008.
Gilligan J. Violence: Reflections on a National Epidemic. - Vintage, 1997.
Suler J. The Online Disinhibition Effect // Cyberpsychology & Behavior, 2004, Vol. 7, No. 3.
Ницше Ф. К генеалогии морали. - М.: Академический проект, 2018.
Шелер М. Ресентимент в структуре моралей. - СПб.: Наука, 1999.
Глава 3. Социальная механика
Человек в одиночестве и человек в толпе - это два разных существа.
Не метафорически. Нейробиологически.
Когда человек становится частью группы - что-то меняется в его мозге. Границы собственного «я» размываются. Ответственность за действия рассредоточивается между всеми и поэтому не принадлежит никому конкретно. Эмоции усиливаются через резонанс - как звук в замкнутом пространстве, который отражается от стен и возвращается громче.
Французский социолог Гюстав Лебон описал это ещё в 1895 году в книге «Психология толп» - и хотя с тех пор многое в науке изменилось, его базовое наблюдение осталось в силе: толпа делает с человеком что-то, чего он сам с собой не делает.