Стелла Так – Бойся света (страница 45)
– Скоро увидимся, радость моя, – прошептал я исчезающему за горизонтом острову.
Лекция 3
Глава 26. Фалько
Тупилак. Демон-кукла, сделанная из кожи, костей, зубов и других частей животных или людей. Подобно кукле вуду может заимствовать у жертвы какие-то части, например волосы. Кукла принимает «идеальный образ», перед которым невозможно устоять. Обычно тупилак соблазняет жертву, а затем высасывает всю жизненную энергию из тела.
Я с силой ударил по боксерской груше и почувствовал, как от удара завибрировали мышцы. Сквозь бинты на костяшках выступила кровь, а при каждом ударе кости противно хрустели. Боль была достаточно громкой, чтобы заглушить мои мысли.
Я продолжал видеть ее перед собой. Я видел последние несколько часов. Я видел Лиф, Темпест, Зэро, Лора, Интенданта, директора Гейла, Каина. Я видел боль в глазах Зэро, когда он вглядывался в лицо мертвого гомункула, обеспокоенное хмурое лицо директора Гейла, когда я поведал ему о лаборатории, улыбку Лора, когда он держал Лиф в своих объятиях. Опять Лор. Опять он.
Пот тек ручьями по моей обнаженной груди, и я ударил грушу с такой силой, что она отлетела назад. Я обернулся вокруг своей оси, поднял левую ногу и пнул всей своей мощью. От удара кожаная оболочка лопнула, и на песчаный пол арены посыпалось содержимое груши, чем-то похожее на муку. Металлическое основание опасно покачивалось.
Распущенные волосы спутались на моих плечах, пока я, превозмогая боль в лодыжках и жжение в мышцах, продолжал бить уже разорванный мешок. С каждым ударом я разбивал улыбку Лора, слезы Лиф, ярость Темпест, горе Зэро, боль Крэйна и себя самого. Свою слабость.
Я бил, бил и бил, пока кровь не пропитала бинты, а из легких не вырвался горький крик. Я больше не мог прятать свое разочарование.
Снова сделав оборот, я ударил ногой с такой силой, что материал окончательно порвался, и все содержимое высыпалось на песок, подняв в воздух белый клуб дыма. Я запрокинул голову и вслушался в бешеный стук моего сердца и пульсацию ран. На секунду шум в голове стих, пока до меня не донесся нерешительный голос.
– Фалько?
Я заставил себя открыть глаза и увидел ее.
Темно-каштановые волосы Лиф сильно отросли за последние несколько месяцев и, собранные в хвост, были ниже лопаток. Кончики волос завивались в мягкие колечки, а в зеленых глазах застыло беспокойство. Девушка стояла в стороне от меня, прикусив нижнюю губу.
От тоски мое сердце сжалось. На мгновение я решил, что она мне привиделась. В последний раз я видел ее на кровати в лазарете, и ее голова была повернута совершенно в неправильную сторону.
– Фалько? – вновь окликнула меня Лиф, наконец решив подойти ко мне.
Только сейчас я понял, что она настоящая. Тут. Живая. Здоровая. Она выздоровела после того, от чего любой человек давно бы умер. Она должна была умереть и тем не менее была жива. Это было похоже на чудо – или на дурное предзнаменование.
– Лиф, ты давно очнулась? – задыхаясь, спросил я, пытаясь восстановить дыхание после изнурительной тренировки.
– Где-то час назад. Я искала тебя.
– Прости, просто хотел немного потренироваться, прежде чем… Если бы я знал, что ты не спишь, я бы… Как ты? – я остановил свой поток мыслей, которые никак не мог сформулировать.
– Фалько, все хорошо. Все болит, но шея в порядке, – заверила меня девушка, опуская руку на шею и скорчив милую гримасу.
– Хорошо, хорошо, – пробормотал я, разматывая окровавленные бинты со своей руки.
Все во мне желало обхватить ладонями ее треугольное лицо и поцеловать. Притянуть к себе, пощупать пульс, чтобы удостовериться, что она действительно в порядке и рядом со мной. Но я не мог. Взгляд мой задержался на крови, которая капала с пальцев вместе с моим гневом, страхом и ненавистью к себе.
– Фалько? – спросила Лиф в третий раз. Она стояла передо мной. Так близко, что было достаточно протянуть руку, и я мог бы коснуться ее. – Что с тобой?
– Ничего. Просто тренируюсь, чтобы… голову проветрить.
Лиф посмотрела за мою спину на изуродованную боксерскую грушу и приподняла бровь.
– Очевидно, – согласилась она, а затем опустила взгляд на мои ушибленные лодыжки и вздохнула. – Директор Гейл рассказал мне о Темпест. Сказал, что у нее было сильное сотрясение мозга после столкновения с демонами и она не помнит последние несколько часов.
Девушка внимательно изучала меня сантиметр за сантиметром, пока я вытаскивал бутылку воды из-под песка и кучи белого порошка.
– Темпест все еще в лазарете. Она сильно пострадала и теперь злится. Директор Гейл расспрашивал меня о случившемся.
Я сделал большой глоток воды.
– И что ты рассказала?
– Что я не так много помню из-за досадного перелома шеи.
– Вот как? – ответил я, выбрасывая обратно в песок пустую бутылку.
Лиф вздохнула и сделала шаг ближе ко мне. Я застыл, когда ее пальцы коснулись моей груди, а взгляд ее остановился на моем лице.
– Теперь вопрос в том, стоит ли мне помнить об этом?
Я позволил своей ладони опуститься на ее руку на груди. Сердце невольно забилось быстрее, и дело уже было не в тренировке.
– Как ты считаешь? – тихо спросил я, и зеленые глаза Лиф потемнели.
– Я могла бы сказать, что Темпест пыталась убить меня. Я могла бы сказать, что Лор нашел меня и умолял сбежать вместе с ним. – Ее слова ударом выбили воздух из моих легких, но она спокойно продолжила, не спеша поглаживая мою кожу: – Я могла бы сказать, что отказала Лору, пока не пришла Темпест и не сломала мне шею. Я могла бы сказать тебе, что проснулась в лазарете с адской головной болью и засомневалась, приняла ли я правильное решение остаться с людьми, которые желают мне смерти и пытаются меня убить. А еще я могла бы сказать, что слышала, будто Лор сбежал из страны, и Интендант отправляет за ним Темпест с группой экзорцистов, в которую, между прочим, входишь ты. Как видишь, я могу много чего рассказать. Вопрос лишь в том, хочешь ли этого ты.
Смена эмоций на ее лице была настолько стремительной, что трудно было понять ее мысли или чувства в данный момент, но при этом голос оставался спокойным, будто она рассказывала о погоде на улице. Я сжал ее руку и склонил голову. Пряди темных волос упали мне на лицо.
– Как ты понимаешь, Темпест опасна, небрежна, ею движут эмоции. Ты не обязана защищать ее от совершенных ошибок.
– Я и не хочу, – возразила она и приподняла мой подбородок, заставляя посмотреть в глаза. – Я защищаю тебя от ее ошибок. Если сейчас лучше промолчать, то я так и сделаю.
– Лиф…
Ее имя вырвалось как короткая молитва, и я почувствовал странный поток эмоций после ее предложения солгать. Эмоции, которые я обычно грубо подавлял, потому что эмоции – это слабость. Но Лиф, как никто другой, смогла пробиться сквозь мою толстую броню и вытащить на свет все, что я так рьяно скрывал от себя и от всего мира. То, что она извлекла из меня, опьяняло и одновременно тревожило.
Не успел я опомниться, как преодолел последний шаг между нами и притянул ее к себе, зарываясь пальцами в мягкие волосы.
– Прости, – прошептал я ей в ухо, вдыхая ее запах. Я отчаянно пытался побороть эмоции, но они бурлили и выливались из меня, словно кипящая вода из кастрюльки. Я был таким беззащитным, слабым, беспомощным.
– Я должен был раньше понять, что что-то не так. Я не смог остановить Темпест. Я уже рассказал директору Гейлу о произошедшем, и мы убедили Интенданта, что вам не стоит находиться рядом друг с другом слишком долго из-за конфликта интересов. Он согласился на эти условия, только если я присоединюсь к команде для поимки Лора. Это все, что я могу сейчас сделать. Даже если это не компенсирует ущерб, нанесенный моим поздним вмешательством. А что касается Лора… Это я оставлю на твое усмотрение. Когда я увидел тебя в его объятиях, чуть не умер от ярости и страха… В отчете я лишь указал, что тебя пытались похитить.
Последние слова дались мне с трудом. Лиф почти незаметно напряглась, и ее рука на моей груди сжалась в кулак.
– Фалько, – она чуть придвинулась ко мне, и между ее бровей образовалась складка. – Ты же понимаешь, что одна из причин, почему я не пошла с Лором, это ты?
Комок в моей груди, который, как оказалось, был сердцем, забился слишком быстро.
– Тебе не следует говорить такие вещи, Лиф. Я не могу дать тебе то, что тебе нужно. Сейчас это невозможно, – сурово ответил я, но Лиф не сдавалась.
– Фалько, я не говорю о чем-то банальном, вроде влюбленности или любви, я говорю о том, что ты – единственный кусок скалы во время шторма, за который я могу ухватиться. Без тебя я утону. Между нами гораздо больше, чем просто секс. Ты нужен мне, Фалько.
Она взяла меня за руку и задрожала всем телом. Она выглядела такой смелой и красивой, выражая сложные чувства простыми словами.
– Я потеряла все – дом, семью, себя. Я все еще пытаюсь поступать правильно, но мне кажется, я больше не знаю, что такое правильно, – на ее глазах показались слезы, и она смахнула их пальцем. – Пожалуйста, Фалько, скажи мне, как поступить правильно. Потому что мне страшно до чертиков находиться здесь и вверять свою жизнь экзорцистам, но страшнее всего то, что случится со мной, если я действительно стану демоном. Может, Темпест права. Может, я и вправду опасна.
Слезинка вырвалась на свободу и скатилась на пол. Я осторожно вытер мокрый след большим пальцем и поддался порыву обхватить ее лицо руками.