Стелла Так – Бойся света (страница 21)
Лиф: И что теперь? Я: Теперь нам надо собрать все, что осталось, и отнести обратно в подземелье.
Лиф: О господи, кажется, я под кайфом.
Я: Так и должно быть. Вот и все вроде. Честно говоря, после этого я проснулся полуголым в столовой, окруженный частями тела драуга там, где их быть не должно. Я набрался смелости и выбросил улики вместе с трусами в ближайший мусорный бак. Прочие останки можно найти в подземелье 5В. Некромант Крэйн Парацельс
Scientia pro viribus
Sanguis ad vitam
Lux pacis
Глава 11. Лор
Глусун. Существо, похожее на бешеную гигантскую свинью. Полный рот острых клыков и светящиеся глаза. От копыт разлетаются воспламеняющиеся искры. Щетина, которой он может стрелять, как стрелами, острая и ядовитая.
– Это плохая идея, Лор. За последние тысячу лет тебя посещали сотни плохих идей, но эта входит в топ десять, – сухо сказал Каин.
– Надо же, ты почти каждую мою идею включаешь в топ десять, – перебил я.
Мы пробирались грязными переулками Чайнатауна. Запахи еды, мочи и страданий перемешались в отвратительную субстанцию, от которой хотелось блевать. Каким бы развитым ни было человечество, в каждом городе стояла вечная вонь, которая не уходит веками.
Каин поправил на переносице очки, которые ему были совершенно не нужны, и, как по мне, он таскал их с собой только для того, чтобы с презрением смотреть на своих собеседников. Потом он фыркнул и с отвращением отвернулся от желтоватой лужи на растрескавшемся асфальте.
Жизнь пульсировала повсюду сотнями, тысячами маленьких сердец. Какие-то светились ярко, какие-то тускло, а другие и вовсе погасли. Гневный женский рев заглушал плач ребенка, мужской смех из баров, звон бокалов и вой сирен сплелись в единый запутанный клубок жизни, хаоса и смерти. Абсолютное совершенство, если бы меня спросили. Но никто не спросил.
– Если тебя узнают в клубе – а Он тебя узнает, – тебе крышка, – предсказал Каин.
– Мое новое лицо пока мало кому известно. Не могу же я вечно прятаться в твоей квартире, устраивая оргии и страдая от нехватки жрачки в холодильнике?
– Верно, но ты мог бы поступить разумно: скрыться на несколько десятилетий, найти работу, завести семью. У тебя так давно не было детей. Эй, вспомни, твоя прошлая карьера певца была не такой уж и плохой. Уверен, люди обрадуются возвращению Элвиса. Мы спокойно подождем, пока все уляжется, а потом попробуем…
– Через несколько десятилетий будет поздно, – сухо отрезал я. Каин цокнул и поправил свое серое кашемировое пальто.
– Как всегда преувеличиваешь, Лор. Ты не веришь, что твой отец вернулся. Уна лжет. Если бы что-то подобное произошло, то все почувствовали бы или услышали об этом. Да хотя бы слухи пустили. Но ничего.
– Вот именно в этом и проблема, друг мой. Слухи есть всегда, – проворчал я, и мы остановились перед выделяющейся среди гор мусора и остатков фастфуда красной дверью. Над ней висела зеленая лампа, отбрасывая искаженные тени на темную улицу. И больше ничего. Ни вывески, ни названия, ничего. Этого места даже нет на Гугл-картах. На самом деле, только демон может узнать его название. Сколько я себя помню, «Дыра» существовала всегда, в разных странах и эпохах. Иногда ее уничтожали, стирали с лица земли, но она возрождалась снова и снова, как гнойный прыщ на заднице мира.
В «Дыре» можно добыть все что угодно, если ты готов заплатить высокую цену и/или потерять несколько жизней. Я в этой «Дыре» потерял столько оболочек, что сбился со счета, и пообещал себе, что ноги моей здесь больше не будет. Тем не менее сейчас я стою прямо напротив нее. Я постучал в дверь и улыбнулся так, словно был добрейшим коммивояжером, продающим пылесосы. В дверном глазке появился светящийся зеленый глаз.
– Кто такие? – гавкнула дверь.
– Нам бы войти, – сказал я, и мои глаза, как и глаза Каина, почернели. С душой, не черной как смоль, сюда не пробраться.
– А я бы хотел перепихнуться с Кинг-Конгом и стать лидером культа поклонения обезьянам. Всем мечтам не судьба сбыться.
– То, чему не сбыться, можно помочь сбыться, – заверил я дверь. Глаз тупорыло уставился на меня.
Каин вздохнул.
– Сезам, откройся, – стыдливо пробормотал он.
– То-то же, – буркнула дверь и распахнулась.
Я закатил глаза и толкнул дверь плечом.
– «Сезам, откройся»? Серьезно? Ну и скука. Раньше они были более изобретательны.
– Лет так через двести у них и вовсе идеи иссякнут, – сказал Каин, и мы вошли внутрь.
Покалывания конечностей дало понять, что мы не просто переступили через порог. Владелец этого местечка был одним из немногих, кто мог, так скажем, изгибать грани времени. «Дыра» никогда не была совсем рядом и никогда не была слишком далеко. Это было промежуточное царство, словно застывшее между двумя вдохами или ударами сердца.
Все выглядело так, как было при последнем моем посещении в 1890 году: пол из старых деревянных балок, которые противно скрипели при каждом шаге, со стен осыпалась штукатурка, выступала голая кирпичная стена. Время от времени можно было лицезреть порванные занавески, прожженные кое-где сигаретами. Их даже моль пожрала. «Дыра» – это лабиринты, тупики и маленькие лестницы, ведущие то вверх, то вниз. По всем углам стояли столы и стулья из разных эпох и веков, на стенах висели старинные картины, ретроплакаты и фотографии с обнаженными телами, постеры аниме из подростковых журналов и великие произведения искусства. Вся мебель и декор из разных столетий, если не тысячелетий, и все вместе было похоже на работу сумасшедшего дизайнера.
Едкий запах опиума густым туманом стоял в комнатах, также к нему примешивался сладковатый шлейф чешуи василиска. От такого сочетания ты либо будешь валяться под кайфом, либо умрешь от сердечного приступа. Не скажу, что сам не совершал такой ошибки разок-другой, но эти наркотики были настолько тяжелыми, что ни одна человеческая оболочка не могла продержаться долго.
Мы поднялись наверх по узким скрипучим ступенькам, которые, казалось, вот-вот сломаются. Наверху обстановка была такая же, разве что света было поменьше, да чуть больше накурено и воняло затхлостью. Некоторые проходы были погружены во тьму, в которой попадались светящиеся пары глаз и слышались звуки секса и причмокивания. Иногда все это происходило одновременно.
– Погоди! – я резко остановился, и Каин врезался мне в спину и стукнул портфелем мою ногу.
– Что такое, Лор?
– В какой комнате тебя ждет информатор? – в замешательстве спросил я.
– Если ты не знаешь, куда идти, зачем тогда прешься впереди меня? – раздраженно спросил меня заместитель.
– А я и не прусь вперед. Я иду за тобой, просто чуть быстрее шагаю.
Каин тяжело вздохнул и потер переносицу.
– Информатор Вайпер, второй этаж, третья дверь справа.
– Кем бы я был без тебя? – промурчал я, посылая ему воздушный поцелуй.
– Вопрос в том, кем бы я был без тебя, – мрачно ответил Каин. Я усмехнулся про себя. На каждом лестничном пролете я беспокоился, что под весом двух мужчин он может рухнуть в любой момент. Наконец, поднявшись на нужный этаж, мы увидели некий лабиринт из маленьких комнат и коридоров, за дверьми которых происходило все, что только можно представить. А представлять, буду откровенным, не очень-то хочется.
Я остановился перед третьей дверью справа. Она была сделана из старого перекосившегося дерева, а по древней выцветшей табличке сверху можно было предположить, что это комната номер три. Древесина пахла плесенью, а петли были настолько ржавыми, что от одного прикосновения дверь могла с них слететь. Тем не менее, когда я постучал, она не шелохнулась.
Тишина.
Я приподнял бровь и обернулся к Каину.
– Это точно то место?
Мой друг поправил очки и переложил чемодан из одной руки в другую.
– Да, – уверенно ответил он.