Стефан Кларк – Париж с изнанки. Как приручить своенравный город (страница 44)

Картины представлены в небольшой усадьбе, которая в свое время была охотничьим домиком герцога де Вальми, одного из генералов Наполеона. В начале XIX века только что построенный дом был в лесу, но огромный Шестнадцатый arrondissement добрался и до него, и сейчас до станции метро «Мюэтт» (La Muette) всего несколько минут ходьбы. Когда-то дом принадлежал семье Мармоттан, семье политиков и коллекционеров. В 1934 году, в процессе сделки по налогу на наследство, он был преобразован в музей. С тех пор и другие коллекционеры последовали примеру семьи Мармоттан и даровали свое искусство музею, который получился весьма эклектичным, но не менее очаровательным.

Новые выставочные помещения, в которых можно посмотреть самые известные полотна, были построены специально для картин Моне. Оказавшись в музее в будний день, я был изумлен отсутствием посетителей, так что ничто не мешало мне надолго остановиться перед картиной, с которой, собственно, и начался импрессионизм: «Впечатление: восходящее солнце» (Impression: Soleil Levant). Она до сих пор завораживает своим желто-оранжевым пятнышком солнца, которое выглядит так, будто Мэрилин Монро накрасила губы помадой, потом решила, что та слишком яркая, и размазала ее на холсте. Неудивительно, что воспитанные на реализме критики смеялись. Это действительно было так же смело, как сексуальные отношения леди Чаттерлей с лесником. И так же непозволительно.

Но эта картина далеко не единственный шедевр в коллекции. Здесь и слегка оскорбительные виды туманного Лондона, и множество лилий, и японский мост, и фирменные стога сена. В главном здании сохранились маленькая, но чудесная комната Берты Моризо, похожая на семейную гостиную, украшенную бесценными полотнами, и комната Наполеона (Поль Мармоттан коллекционировал личные вещи императора), где представлены картины, написанные в период с начала правления Бонапарта и до конца XIX века, среди которых портрет легендарной Жозефины – страстной, с горящими глазами, в откровенном платье с глубоким декольте. Ни один здравомыслящий мужчина не посмел бы сказать такой женщине: «Не сегодня».

Короче, даже житель северных окраин Парижа, вроде меня, для которого экскурсия в глубины Шестнадцатого arrondissement сравнима с пересечением пустыни Гоби, не пожалеет о том, что посетил музей Мармоттан. Я бродил там почти в одиночестве, если не считать группы школьников, но они держались вместе, словно стайка перепуганных скумбрий, так что под ногами не путались. Скажу больше: на дорогу туда и обратно я потратил времени не больше, чем простоял бы в очереди в Орсэ, где мне грозило превратиться в паштет из скумбрии. Купи себе немного Парижа

Если у вас возникнет желание купить авторскую картину известного парижского художника, такого как Арп, это обойдется вам примерно в тысячу евро. Недешево, однако это невысокая цена в сравнении с баснословными суммами, которые люди тратят на рисунки Энди Уорхола или Дэмьена Хёрста. А если у вас нет лишних тысяч евро, то есть масса других возможностей привезти домой кусочек настоящего парижского искусства.

Улица Сены (Rue de Seine) в Шестом округе берет начало у реки с одноименным названием и тянется до самого бульвара Сен-Жермен. Вдоль всей улицы – небольшие художественные галереи. Правда, некоторые вещи, которые там продаются, просто безобразны (на мой взгляд). Недавно в одной витрине я увидел бронзового быка высотой пять футов, который выглядел так, будто у него произошло лобовое столкновение с поездом. Однако галереи в основном торгуют симпатичными и зачастую очень доступными по цене картинами. Правда, продавцы иногда ведут себя немного высокомерно, но, как отметила Эдина Монсун в одном из эпизодов Absolutely Fabulous^[263], они всего лишь продавцы, не стоит их бояться. Обычно они очень вежливы – в конце концов, если бы это было не так, они бы не продавали ежедневно десятки картин и были бы не в состоянии оплачивать аренду помещений в центре Парижа.

Я отправился на улицу Сены в поисках доступного парижского искусства и начал с галереи, в которой проходила выставка одного из самых известных современных художников Франции – Бена. Сам он родом из Ниццы, но обладает настоящим парижским остроумием. Бен известен тем, что пишет на полотнах загадочные послания витиеватым, довольно старомодным почерком, обычно белыми красками на черном фоне.

Впрочем, судя по ценам на его творения, он относится к себе гораздо серьезнее, чем я думал. Холст, обозначенный как chef d’oeuvre inconnu (шедевр неизвестного художника), тянул на восемь с лишним тысяч евро. Такая же цена была и на другую картину, на этот раз с красными письменами на белом фоне и ироничной подписью «Beau et pas cher» («Красиво и недорого»). Хорошо бы еще было понять: c’est quoi l’idée? (а в чем, собственно, идея?). Как я уже говорил, это очень по-парижски – отрицать значимость искусства и одновременно пытаться продать его за бешеные деньги. Как бы то ни было, ради забавы можно купить подписанный рисунок за сотню евро. Если и это дороговато, тогда сгодится черный пенал для карандашей от Бена за пять евро или нечто подобное.

Потом я зашел в небольшую галерею рисунков и объяснил, что ищу что-нибудь парижское. Продавщица показала рисунок с видом Эйфелевой башни.

– Ну, не совсем такое парижское, – сказал я, добавив, что интересуюсь творчеством художников, живших в Париже.

Она рассмеялась:

– Все они когда-то жили здесь, в то или иное время.

Она показала мне открытку с изображением Нового моста, в 1985 году обернутого тканью Христо (псевдоним двух человек – Христо Явашева и Жанны-Клод Дена). Открытка была вставлена в рамку, подписана Христо (вероятно, мужчиной), а на обратной стороне стоял штамп о подлинности. Это как раз и было самое парижское, только вот мне показалось, что 350 евро – дороговато для открытки.

Продавщица предложила посмотреть папки с рисунками, и я быстро нашел открытки, которые мне очень приглянулись. Это была серия черно-белых гравюр Огюста Бруэ, художника с Монмартра конца XIX века, и его балерины мне показались даже более реалистичными, чем на картинах Дега. Все гравюры были с факсимильными подписями и стоили по двести евро – куда меньше, чем полотна Дега. В той же папке я нашел и абстрактные рисунки в стиле Арпа, но менее известных художников, и разнообразные виды Парижа, написанные или нарисованные в период с 1900-го по 1960-е годы, все по сто или двести евро. Плюс в том, что в таких местах вы всегда можете торговаться, – с умом, конечно, это ведь искусство, а не подержанная машина.

Я перешел на другую сторону улицы Сены и заглянул в одну из моих любимых парижских галерей, галерею Поля Пруте. Из-за неудачного имени, которое на жаргоне звучит «Поль испортил воздух», бедный владелец галереи испытывает настоящий шок, заказывая номер в отеле, однако, несмотря на проблемы с фамилией, его галерея – одно из лучших мест в Париже, где можно купить немного старины.

Галерея была открыта более века назад, и складывается впечатление, что продавцы застряли в том же времени. Молодые или пожилые, они одинаково спокойные и бледные, словно никогда и не выходили в мир.

Стены здесь заняты не картинами, а деревянными стеллажами с папками, набитыми сплошным искусством. Вы можете зайти (предварительно позвонив в дверь и дождавшись заветного щелчка, поэтому не стоит рядиться под панка или самурая) и расспросить обо всем, что вас интересует. У них есть все. Вы ищете религиозные гравюры XVI века? Пожалуйста. Итальянские акварели XIX века, современные абстракции, английские карикатуры? Все для вас.

Я снова поинтересовался видами Парижа. Вопрос, конечно, из разряда туристических, но ко мне отнеслись с таким вниманием, будто я спросил о рисунках с автографами Мане. Все три толстые папки, которые мне вручили, оказались настоящим сокровищем. В них хранились удивительные гравюры Парижа XVII века с изображением песчаных берегов и покачивающихся на Сене лодок. Это были времена, когда сразу за Тюильри открывалась сельская местность. В папках я нашел и виды Бастилии, когда тюрьма гордо стояла у ворот города. Это был маленький средневековый замок, который стал известен всему миру только после того, как был разрушен. Мне понравились и картинки запущенного тенистого сада Марэ XIX века, где в зарослях полыни притаились бордели, и деревенского Монмартра с ветряными мельницами. Но больше всего запомнились рисунки дворцов и садов XVIII века, в том числе и Елисейского дворца, где сегодня находится резиденция президента, а на картинке солдаты свирепо поглядывают на художника: революция витает в воздухе.

Все эти кусочки парижской истории искусства стоят около сотни евро, чуть больше, чем еда в ресторане Мишлена. Лично я лучше съем сэндвич в café на углу, но куплю произведение искусства.

Да, я все-таки встретил и Арпа – красивую маленькую гравюру, на которой изображена (это я теперь точно знаю) пара выпуклых пупков. И, насколько я понял, цены на Арпа растут. Видимо, коллекционеров предупредили…

Слава с молотка

Еще одно типично парижское место, где можно относительно недорого приобрести картину или скульптуру, – это Друо, аукционный дом неподалеку от Grands boulevards. Это некое подобие «секонд-хенда» универмага «Галери Лафайет», где вы сами предлагаете цену. Здесь «отовариваются» парижские ценители искусства и антиквариата, а рядовые парижане могут купить предметы старины по бросовым ценам.