Стефан Анхем – Фабиан Риск (страница 91)
Ей надо уходить.
Она открыла дверь ногой. Он действительно лежал в постели, одетый в пижаму. Но он не спал. Перед ней лежал мертвец, чьи руки и ноги были привязаны к кровати.
Она ничего не поняла. Ей вспомнились все прочитанные детективы и все следы, которые можно найти на месте убийства. Ей не следовало бы входить, но пришлось. Первый раз она по-настоящему видела мертвого человека – за исключением того раза, когда проехала мимо машины, перевернувшейся на шоссе 111, рядом с которой уже стояла машина скорой помощи. Тогда она притормозила и увидела покрытые носилки.
Но сейчас все было по-другому.
Она нажала указательным пальцем на голую ступню. Ступня была холодной, и на ней осталось светлое пятно. «Можно ли по пятну определить, как давно он умер?» – подумала она. Во всех детективах есть свои приемы, но до какой степени они соответствует действительности? Например, много где говорится, что тело начинает застывать сразу же после наступления смерти.
Она посмотрела на его руку. Рукава пижамы были закатаны, и на предплечье виднелась струйка засохшей крови. Она присмотрелась внимательнее и обнаружила маленькую красную точку на сгибе руки. Его отравили. Кто-то ввел шприц ему в руку и отравил его. Она почувствовала, как у нее учащается пульс. Она хорошо чувствовала такие вещи.
Она никак не могла понять, что с его лицом. Когда она сначала заглянула в комнату, ей показалось, что у него усы. Но подойдя ближе, поняла, что все как раз наоборот. Усов не было. Их срезали вместе с кожей, и на лице осталось только месиво из свернувшейся крови.
106
Ким Слейзнер проснулся в холодном поту на мокрой простыне. Было только без десяти четыре. Он мог бы спать еще два часа и даже успел бы спокойно принять душ и позавтракать перед пресс-конференцией.
Он испытывал нетерпение. Наконец-то софиты будут направлены на то, что действительно имеет значение.
На настоящего преступника.
Преступник лишил жизни шесть шведов и двух датчан. Скоро газеты станут писать о чем-то существенном, а не копаться в его личной жизни. Он посмотрел в окно и перевел взгляд в сторону востока. Было по-прежнему темно, необычно темно для июля, но далеко в направлении Швеции небо уже начинало светлеть. Несмотря ни на что, всегда приходит новый день. Новый день, полный возможностей.
По каналу в сторону разводного моста Лангебру прошел катер с зажженными огнями, и он мысленно перенесся в гараж, доехал на машине до моста, прыгнул на палубу и оставил все это дерьмо позади. Вперед, навстречу новым приключениям, и никогда не возвращаться назад.
Сердце по-прежнему стучало быстро, он явственно это ощущал. Только не мог понять почему. За весь вчерашний день он не выпил ни одной чашки кофе, и все шло по плану. Дуня вышла из игры, и скоро он сообщит новость, которая разом положит конец всякой критике в его адрес. Но вместо уверенности Слейзнер испытывал одно беспокойство.
Он сделал несколько вдохов и выдохов, наклонился как можно ниже и встал, одновременно глубоко вдохнув. Потом вытянул руки над головой и описал ими круг. Именно так делала Вивека, когда занималась йогой. Слейзнер попробовал еще раз, но никаких изменений не почувствовал.
Он сдался, подошел к письменному столу, включил ноутбук и проверил почту.
Три сообщения пробрались сквозь спам-фильтр.
10 июля 2010 02.12.40 СЕТ viveca.sleizner@gmail.com:
Обратилась к риелтору. Он придет смотреть квартиру сегодня в 13:00. Надеюсь, там чисто, красиво и не будет тебя. /В.
10 июля 2010 03.32.51 СЕТ jens.duus@politi.dk:
Снимок распечатан, взят в рамку и выложен на нашем сервере. Пароль Кb48Grtda7. До связи! Йенс
Слейзнер не мог понять, почему Йенс Дус всегда упорно придумывает такие сложные пароли. Всего лишь через несколько часов пароль будет передан всем журналистам страны, чтобы они смогли получить доступ к снимку, и уже сейчас он знал, что как минимум треть из них ошибется при наборе.
10 июля 2010 03.51.10 СЕТ niels.pedersen@politi.dk:
http:/politiken.dk/
Никакого приветствия. Только ссылка на газету «Политикен». Слейзнер посмотрел на часы и понял, что сообщение пришло только что. Но кто такой Нильс Педерсен? Он его не знает. Или знает? Он кликнул на ссылку, после чего на экране открылся браузер с сайтом газеты.
Слейзнер не поверил своим глазам и ничего не понял. Совершенно ничего.
Они уже получили снимок. Снимок, который он велел взять в рамку и подготовить, чтобы первым его обнародовать, теперь красовался на весь экран.
Вот он!
Шведская полиция объявила в розыск убийцу одноклассников Торгни Сёльмедаля и говорит, что вышла на его след. «Скоро его должны задержать».
Слейзнер зашел на сайт газеты «Берлингске» и увидел тот же снимок.
Шведская полиция делает большие успехи в поисках убийцы одноклассников Торгни Сёльмедаля!
Они даже узнали его имя. Наверное, это Дуня. Кто же еще? Но как, черт возьми, это произошло? Она хуже таракана – сколько ее ни дави, все равно будет путаться под ногами. Он ведь велел заблокировать ее электронную почту. И все же ей удалось сбыть снимок шведам. Снимок, который вопреки всем слухам о том, что он объявит о своем уходе, был краеугольным камнем всей его пресс-конференции.
Ему придется все отменить. Понятно, это означает реальную потерю престижа, да и Хаммерстен удивится. Но выбора у него нет. Без снимка ему нечего сказать, и речь тогда пойдет о его возможной отставке. Как ни крути-верти эту ситуацию, вывод один. Маленькая мерзкая проклятая шлюха выиграла и отправила его в нокдаун.
Но он и раньше поднимался.
Его отнюдь нельзя сбрасывать со счетов.
107
– Послушай…
– Да?
– Не забудь, что он крайне опасен.
В трубке раздался щелчок, и разговор закончился.
Он взял чашку с кофе, но рука так дрожала, что ему пришлось держать ее обеими руками. Кофе успел остыть, но он надеялся, что сахар даст ему необходимую энергию. Он не испытывал особого желания, но знал, что выбора у него нет. Малейшее колебание с его стороны в худшем случае приведет к новым жертвам. Он встал – ноги, по крайней мере, держали его. В туалете спустили воду, после чего вышел его коллега, держа в руках газету.
– Что с тобой? Ты выглядишь совершенно… Что, черт возьми, произошло?
– П-позвонили из к-криминального от-тдела. Эта, Т-Ту-Тувессон.
– Да? И какого черта ей нужно?
– Он здесь. Убийца к-к-класса.
– Что? Что ты мелешь? Как так здесь?
– С-Сета Корхедена нашли у него дома, – ответил он с облегчением, поскольку заикание наконец стало проходить.
– Ты хочешь сказать, что преступник лежит здесь вместе с остальными, загримированный под Сета Корхедена?
Он кивнул и почувствовал, что начал успокаиваться. Теперь, когда они вдвоем, ему стало гораздо лучше.
– Проклятье.
– Они вызывают спецназ. Но ты и я, мы… Мы должны его взять, чтобы он не успел еще что-нибудь натворить. Мы не можем ждать.
– О’кей. Давай прямо сейчас. Давай. Ты поможешь?
– Конечно. Как я могу не помочь?
Коллега слегка ударил его кулаком по плечу.
– Подумать только, как круто. Мы с тобой схватим это чудовище.
Они быстро проверили свое снаряжение и вышли из комнаты надзирателей. Дойдя до запертой двери, которая вела в спальную комнату, остановились и обменялись взглядами.
– Готов?
Он кивнул, а его коллега повернул ключ как можно осторожнее и открыл дверь.
– Подожди-ка. Давай снимем ботинки, чтобы никого не разбудить.
– Ладно.
Они сняли обувь, вошли в помещение в носках, закрыли за собой дверь и стали ждать, пока глаза привыкнут к темноте. Они точно знали, кто он и в какой кровати он лежит. Это он больше всех выступал против идеи ночевки в СИЗО. Хладнокровный дьявол. Но скоро его схватят. Он совершенно перестал нервничать. Все пойдет, как надо, в этом не было сомнений.
Через несколько минут они разглядели ряд кроватей вдоль одной стены и направились к предпоследней кровати с левой стороны. Его коллега приготовил наручники. Предложение снять ботинки оказалось гениальным. Их шагов по полу было не слышно.
Подойдя к кровати, они увидели, что он спит на животе. Голова повернута к ним затылком, правая рука лежит под подушкой, левая вытянута вдоль тела. С виду не очень удобно, но за семнадцать лет работы ночным надзирателем успеваешь насмотреться на самые странные позы спящих людей.
Они переглянулись и кивнули, будучи более чем готовы.
Он поднял левое колено в воздухе и выдвинул его вперед, одновременно склонившись над спящим мужчиной, чтобы ударить его коленом в спину и завести ему руки за спину – это движение в крови у каждого надзирателя. Он сам производил его столько раз, что уже сбился со счету.