Стася Качиньска – Служанка из западных земель (страница 7)

– Илиана!

Я обернулась на зов и увидела, что со стороны набережной ко мне бежит Лилия, держа в руке сверток из одежды. Я помахала девочке рукой и направилась навстречу к ней.

– Ты что здесь делаешь одна? – крикнула я ей.

На девочке было надето праздничное коричневое платье с белым воротником и черные полуботинки на низком каблуке. Волосы, как обычно, растрепались. Щеки покраснели от непривычного быстрого бега.

– Я не одна, – ответила мне подруга, поравнявшись со мной. Дыхание сбилось. – Все наши – там.

Она указала куда-то рукой.

– Я принесла твою одежду. Смотр уже начинается. Его перенесли на утро.

– Что? Почему мне не сообщили?

Новость вызвала во мне не столько удивление, сколько раздражение. Лилия пожала плечами:

– Настоятельница сказала, что ты сама виновата, раз не присутствовала на утреннем собрании.

– С каких пор собрание проводят так рано? Солнце только встало.

Девочка вручила мне сверток. Я развернула его и увидела такое же платье, как у нее, с обувью. Наша праздничная одежда.

– Миссис Стоун будет присутствовать? – спросила я.

– Нет, она отправила с нами одну из воспитательниц. Говорят, настоятельница уехала из города.

Я фыркнула. Вот же старая ведьма! Предпочитает отсиживаться, пока ее воспитанниц проводят через все это унижение. Во мне взыграла решимость.

Я быстро переоделась под пирсом в это ужасное платье, оставив старую одежду под камнем, и наспех заплела косу, особо не заботясь о своем внешнем виде.

Лилия взяла меня за руку, и мы отправились в сторону Рыночной площади. По пути нам встретились остальные шесть девушек, во главе с сутулой воспитательницей и Мирандой. Девушка шла с неимоверно гордым видом.

Рынок рядом с главной городской площадью уже заполнился жёнами рыбаков, выкладывающими на прилавки свежий улов. Запах рыбы, рапанов и устриц смешивался с ароматами прибрежной жизни, достигая всех уголков маленького Дейра. Центр города представлял собой ряд однотипных домов, выстроенных из желтого песчаника с серыми крышами. Во дворах сушилось пестрое бельё, а из распахнутых окон доносился звон посуды и голоса, смешиваясь в гармоничный хаос повседневности. Дейр жил своей неспешной жизнью, как и большинство подобных портовых мест.

Я не раз задавалась вопросом, как бы выглядела моя жизнь, если бы у меня были родители. Слонялась бы я по рынку или рано вышла замуж за рыбака с мозолистыми ладонями? Или, может быть, вообще жила бы в другом городе? Живы ли мои родители? Этот вопрос я давно перестала задавать. Затолкала его вглубь сознания, как будто от этого он мог стать менее мучительным. Прохожие поглядывали на нас с интересом, понимая, какое событие приближается. Наверняка, на отборе будет присутствовать половина города, а также приезжие смотрители. Я попыталась придать своему лицу суровый вид, чтобы никто не смог заметить моё волнение.

На Рыночной площади возвели высокий помост и несколько столов со стульями. На них лежали чистые пергаменты. Вся атмосфера больше напоминало место казни, чем отбор. Вокруг площади начали собираться полусонные зеваки, и я видела в их лицах интерес, слышала взбудораженные перешептывания. Они воспринимали отбор как бесплатное представление, возможность развлечься за счёт чужой судьбы.

Лилия дёрнула меня за рукав, указывая на мужчину, который приближался к нам. На нем была надета все та же форма пепельного цвета, как у служителей. Лицо с острыми скулами застыло в безразличном выражении.

– Следуйте за мной, – произнес он безразличным голосом.

Миранда выдвинулась первой. Лилия крепко сжала мне руку на прощание. Она не могла идти дальше, так как не принимала участие в отборе.

– Удачи тебе, – шепнула девочка голосом с нотками испуга.

Я обняла подругу и решительным шагом направилась вслед за остальными воспитанницами. Собравшиеся продолжали перешептываться, и мне было слышно, как кто-то рядом прокомментировал: «Эта, кажется, пойдет на кухню». Внутри меня всё сжалось. Я почувствовала, как уверенность начинает покидать меня.

По мере того, как смотрители поднимались на помост, молчание накрыло площадь, как надвигающаяся буря. Впереди стояли женщины в строгих нарядах, и их холодные взгляды жалили нас. Хищники ищут жертву. Ни одна из нас не знает, что ждет впереди, и это ужасало больше, чем само назначение. Когда дойдет моя очередь, что скажут про меня? Я пыталась сосредоточиться на Миранде, которая стояла на шаг впереди. В её глазах отражалось спокойствие, но я заметила, как дрожали руки.

В моем представлении смотр должен был длиться долго, но на самом деле всё произошло так быстро, что я едва успела осознать, что происходит. Служитель, который привел нас, схватил Миранду под локоть, и вытолкнул на помост, окруженный уже ожидающими смотрителями. Я заметила среди них парочку, которая посещала наш приют. Они с равнодушием в глазах уселись за столы, готовясь записывать что-то на подготовленных бумагах.

Миранда выглядела очень уверенно, как всегда, с её длинной, густой косой, развевающейся на ветру.

– Господа, вашему вниманию представляю воспитанницу под номером один, – произнес служитель с острыми скулами, глядя в свои записи. – Миранда. Фамилия неизвестна, происхождение тоже.

Среди девушек пробежали шепотки. Все обратили внимание на то, как он назвал её «номером», словно мы были лотами на аукционе.

– Физически здорова, – продолжил он. – Умственных и физиологических нарушений не наблюдается. Рост – приблизительно пять с половиной футов. Волосы темные, глаза карие. Все способности указаны в ваших списках, господа.

Миранда горделиво вскинула подбородок и свысока посмотрела на присутствующих.

Рыжеволосая женщина-служитель подняла руку, привлекая к себе внимание.

– Мы давно просмотрели все списки, – отметила она. – Назначение девушки – гувернантка в семью Говард.

Миранда не смогла сдержать радостный смех. Семья Говард – одна из самых богатых в Дейре, и назначение гувернанткой – большая удача. Мне это показалось подозрительным, потому что Миранда никогда не отличалась выдающимися способностями или рвением к учебе. Перед тем, как её увели с помоста, она подмигнула мне, словно намекнула, что и здесь ей удалось достичь успеха, как и всегда.

Следующей вызвали Кристину – скромную рыжеволосую тихоню. Служители не сразу огласили ее назначение, чем вызвали слезы у девушки. Ей досталась самая низшая должность – служанка в семье, живущей где-то на юге. Никто не желал становиться прислугой, но хороших назначений раздавали мало, а служанки нужны всегда и везде.

Моника выходила на помост уже с заплаканные лицом. Служителям не пришлась по душе ее внешняя привлекательность, поэтому девушку отправили служить сиделкой у слепого богача.

– Воспитанница Илиана.

Назвали мое имя. С трудом сдерживая бешеное сердцебиение, я быстрым шагом поднялась на помост. Сразу же поймала на себе взгляд толстого смотрителя, который насупил брови и что-то шептал своей напарнице. Ненавижу их всех.

– Фамилия неизвестна, как и происхождение. Физически здорова, умственных нарушений не наблюдается. Волосы темные, глаза карие, – произнес служитель, просматривая свои записи.

Я заметила, что возле рыжеволосой женщины-служителя появился странный мужчина: лысый, но с густой длинной бородой, одетый в форменную одежду. Он напоминал пирата.

– Рост примерно… – продолжил служитель на помосте, но рыжеволосая прервала его.

– Назначение распределено, – произнесла она, вставая из-за стола. – Служанка на кухню в семье Менсфилд.

Громкий вздох изумления прокатился по толпе. Семья Менсфилд – это династия правителя Нэрии. Самого короля. Никогда не было назначений во дворец, и никто не смел даже мечтать об этом. Во дворце сами выбирали себе работников и делали это с особой тщательностью.

– Это ошибка… – выдавила я, обращаясь к служителям, словно надеялась, что они одумаются. Женщина лишь покачивала головой, делая пометки на своем пергаменте, а толстяк активно жестикулировал и о чем-то спорил с бородатым мужчиной. Лилия, стоявшая в толпе, широко улыбалась мне, явно довольная тем, что я оказалась в центре внимания.

– Простите, – обратилась я к служителю, стоящему рядом.

– Вы хотите сказать, что я назначена в…

– Да, ты будешь служить при дворе, – перебил он меня с таким безразличием, как будто речь шла о чем-то обыденном. – Это огромная честь, но тебе предстоит многому научиться. Прошу освободить помост. Джонатан проводит тебя.

Я и не заметила, как на помост поднялся тот самый бородатый знакомый толстяка, похожий на морского разбойника.

– Куда? – спросила я, глядя на служителя с отчаянием в глазах.

– На корабль, следующий в столицу, – ответил он, и эти слова прозвучали в моей голове, как гром среди ясного неба. Я не успела попрощаться ни с Лилией, ни с Тессой, ни с той жизнью, которую оставляла позади.

– Мне нужно поговорить с друзьями и забрать вещи.

В горле стоял ком. Я хотела закричать и убежать, но не могла пошевелиться.

– Все уже доставлено на корабль. Как мне доложили, вещей у тебя и не было. Ступай, не задерживай отбор, – отмахнулся от меня служитель.

Я не верила своим ушам. Не должно все было быть таким стремительным. Никто не предупредил, что мы не сможем больше посетить приют после распределения.

Да и я так ничего и не спланировала. Как убежать с корабля? Будет ли он причаливать к портам, или же мы поплывем прямиком в столицу? Я не хотела служить у короля. Я ненавидела его за все ужасные законы.